Шофер отвез их в Кальяри, где находился дом синьора Витале. Фабио встретил Феличе и Синти в холле и повел к хозяину. Преданный слуга понимал больного без слов и умел трактовать его порой совершенно бессвязную речь. К счастью, в данный момент у Серджио был светлый период.
— Синьор говорит четче, чем обычно, — сообщил Фабио. — Его вполне можно понять. Он будет счастлив, видеть вас.
Они проследовали за слугой в комнату, где Серджио полулежал в инвалидном кресле с длинной подставкой для ног, до пояса укрытый пледом. Голова его покоилась на подушке. С величайшим усилием он сумел повернуть ее навстречу входящим.
— Добро пожаловать в мой дом, — очень медленно и тихо произнес синьор Витале. — Рад тебя видеть, друг мой. А твою жену — особенно.
Феличе наклонился и поцеловал Серджио с абсолютной естественностью. Синти опасалась, что будет заметна ее внутренняя дрожь, однако, когда с формальностями знакомства было покончено, она успокоилась.
Синьор Витале улыбнулся Синти, не подозревая, что некогда она была женой человека, разрушившего его жизнь. Синти поблагодарила Серджио за свадебный подарок — украшенный золотом сервиз из тончайшего фарфора.
— Это подарок для вашего дома, но у меня приготовлен особый презент, лично для вас. Вон там, на столе.
Феличе подал Синти бархатную коробочку, в которой лежали изумительной красоты и изящества золотые серьги.
— Какая прелесть! — ахнула она. — Но я не могу их принять. Это явный антиквариат.
— Верно, — заметил Феличе. — Эти серьги принадлежали жене Серджио.
— Жене… — едва слышно повторила Синти.
— Синьор Витале оказывает тебе большую честь.
Синти судорожно вздохнула, подавляя желание убежать куда-нибудь подальше и спрятаться. И зачем она только приехала сюда? Ведь можно было уклониться от этого визита!
Но тут она уловила на себе многозначительный взгляд Феличе, ощутила теплый нажим его пальцев, и это помогло ей справиться с собой.
— Помоги мне примерить их, — сказала Синти, вынимая серьги из коробочки.
Феличе сдвинул назад ее волосы, аккуратно вдел серьги в уши и защелкнул замочки. Затем легонько погладил по щеке. Синти вновь прерывисто вздохнула, ее сердце ускорило ритм.
Это было первое интимное прикосновение Феличе со времени их поездки на мыс Карбонара. И сейчас, когда Синти меньше всего была готова к этому, к ней вернулись все испытываемые к Феличе эмоции. Она посмотрела ему в глаза и увидела, что он понимает ее состояние.
Но тут прозвучавший со стороны инвалидного кресла вздох заставил их повернуться, и волшебство взаимопонимания исчезло.
— Чудесно! — проговорил синьор Витале. — Великолепно…
— Они такие красивые, — улыбнулась Синти. — Благодарю вас!
На ее глазах выступили слезы. Как ужасно видеть Серджио в инвалидном кресле! Кроме того, Синти мучила мысль, что она обманывает пожилого синьора.
— Детка, ты не должна плакать, — с запинкой произнес хозяин дома.
— Знаю, но ничего не могу с собой поделать, — горячо прошептала Синти. — Мне так жаль… так жаль…
— Не нужно меня жалеть, дорогая. Если по мне плачет такая красивая женщина, мои дела не так уж плохи. — Синьор Витале приподнял руку, но она тут же упала. — Феличе, утешь жену!
Синти изо всех сил старалась удержать слезы, но ничего не получалось, у нее лишь нарастало чувство жалости к синьору Серджио. И не только. Она оплакивала своего ребенка, Фабрицио, себя. Почувствовав, что Феличе обнял ее за плечи, она спрятала лицо на его груди. Все ее тело сотрясли безудержные рыдания.
Спустя несколько минут Синти удалось взять себя в руки. Немного успокоившись, она подняла голову и улыбнулась синьору Серджио.
— Ты счастливчик, — сказал тот Феличе. — Сейчас у тебя мог быть совсем другой брак. Но Синти хорошая жена для тебя. И настоящий человек. Никакой мужчина не пожелал бы себе лучшего. Это тебе говорю я, Серджио Витале.
— Вы правы, — тихо произнес Феличе. — Я и сам это знаю, но мне приятно услышать подтверждение от вас.
Неожиданно пожилой синьор издал тихий стон, после чего его глаза закрылись, а голова безжизненно свесилась набок.
— Фабио! — крикнул Феличе.
Слуга появился так быстро, будто только и ждал, когда его позовут. Феличе и Синти попрощались, но Серджио этого не слышал. По пути домой, сидя в автомобиле, Синти обнаружила, что ее уши до сих пор украшают подаренные серьги. Она стала, было снимать их, но Феличе остановил ее.
— Пусть побудут. Они подарены от чистого сердца.
— Никак не ожидала, что синьор Витале будет так добр ко мне.
— Он увидел в тебе нечто такое, что пришлось ему по душе, — пояснил Феличе. — Я могу это понять.
Последние слова были произнесены так тихо, что Синти засомневалась, прозвучали ли они вообще или ей это показалось. Взглянув на Феличе, она увидела, что тот смотрит в окошко.
Синти переместилась из занимаемой ею комнаты в ту, что предназначалась для хозяйки замка, Феличе же остался в своих прежних апартаментах. Занимаемое им помещение находилось через стенку. Временами к Феличе доносились звуки из спальни Синти. Он старался не прислушиваться, но шумы очень сильно действовали на него.
После визита к Серджио Витале обычная отстраненность быстро вернулась к Синти. А сегодня, пожаловавшись на головную боль, она рано отправилась в постель. С тех пор прошло около шести часов, но было слышно, что Синти все еще бодрствует.
Не в силах больше терпеть это, Феличе вышел в коридор. Минутку, помедлив, он толкнул соседнюю дверь и, быстро войдя, тихо прикрыл ее за собой.
Синти стояла посреди комнаты. Услышав металлический звук сработавшей щеколды, она обернулась.
— Не можешь уснуть? — спросил Феличе.
— Нет, я не хочу засыпать. Стоит мне смежить веки, как я вижу его.
— Серджио?
— Нет, его!
Дальнейших объяснений Феличе не требовалось.
— Меня измучили ночные кошмары, — устало произнесла Синти. — Он приходит каждую ночь…
Феличе приблизился к Синти.
— Твоего покойного мужа не должно быть здесь, — негромко, но настойчиво заметил он. — Никого не должно быть, кроме меня.
— Так прогони его! — и отчаянии воскликнула Синти. — Можешь ты это сделать?
— Да, — сказал Феличе, обнимая ее. — Я заставлю его уйти и сам займу это место. Только скажи, что ты, в самом деле, этого хочешь.
— Хочу, — шепнула она. — Очень хочу…
Однако Феличе все еще не был уверен, и это нашло отражение в поцелуе, запечатленном на устах Синти — нежном и умеренно страстном. Она отвечала как-то по-новому, с отчаянием, почти мольбой. Феличе, казалось, был очень задет этим. Он вновь поцеловал Синти, пытаясь вернуть ее прежнюю.
