один велосипед мне и был нужен. А ваш все равно нельзя было починить ни за какие коврижки, — повторил он.
Это я и сам мог сказать отцу. По сути, я так и сделал, но вся беда в том, что, пока ты еще мальчишка, взрослые слушают тебя вполуха.
— Слышал о машине, которая упала в озеро, — сказал на прощание мистер Скалли, и его голос эхом разнесся под сводами. Я ощутил, как напрягся рядом со мной отец. — Негоже так умирать без погребения по христианскому обычаю, — продолжил мистер Скалли. — Шериф Эмори нашел хоть какую-нибудь зацепку?
— Насколько я знаю, ни одной.
Голос отца дрогнул. Я не сомневался, что он видел тонущую машину с мертвецом, прикованным наручниками к рулю, всякий раз, когда закрывал глаза, ложась спать.
— У меня есть соображения, что это за человек и кто мог его убить, — продолжал мистер Скалли.
Мы уже стояли в дверях сарая, но дождь снаружи усилился и теперь нещадно хлестал по горам мертвых вещей. Дневной свет угасал, приобретя какой-то зеленоватый оттенок. Взглянув на моего отца, мистер Скалли прислонился плечом к дверному косяку.
— Это наверняка был человек, перебежавший дорожку семейке Блэйлок. И парень этот, скорее всего, был не из местных, потому что все здешние, кто еще в здравом уме, знают, что Уэйд, Бодин и Донни — самые зловредные и безжалостные стервятники во всем штате. Где-то в лесах у них запрятана винокурня. Плевали они на всех. А Большое Дуло, их папаша, самого дьявола может за пояс заткнуть. Да, сэр, именно Блэйлоки отправили того парня на дно озера, помяните мое слово.
— Думаю, шерифу это тоже приходило в голову.
— Может быть, и так. Только дело-то в том, что никто точно не знает, где прячутся Блэйлоки. Они порой появляются, чтобы совершить очередное злодейство, а потом снова уползают в свою змеиную нору, где их не найти.
Мистер Скалли взглянул на улицу:
— Дождь, похоже, немного стих. Если и вымокнете, то несильно.
И мы стали с трудом пробираться сквозь грязь к нашему грузовичку. Я еще раз бросил взгляд на велосипедную гору и заметил то, на что не обратил внимания в первый раз: среди искореженного металла росли вьющиеся стебли жимолости, среди ржавчины кое-где уже распускались белые бутончики, испускавшие сладкий аромат.
Внимание отца привлекло что-то, лежавшее далеко за кучей старых велосипедов, сразу не замеченное нами. Внезапно он остановился, вслед за ним замер и я, после чего и мистер Скалли, который хромал впереди, вдруг почувствовал что-то неладное и обернулся.
— Вот куда ее приволокли… — проговорил отец.
— Да, ее тогда притащили сюда. Хотя надо бы от нее избавиться — расчистить место для нового хлама.
Мало что можно рассказать о том, что я увидел. Это была груда ржавого смятого железа, лишь кое-где сохранилась черная краска. Ветровое стекло отсутствовало, крыша была сплющена. Часть багажника сохранилась, на нем еще видны были нарисованные языки пламени.
Того самого, что поглотило водителя этой машины.
Отец повернулся и двинулся прочь, и я проследовал за ним к пикапу, стараясь держаться к отцу как можно ближе.
— Заезжайте как-нибудь! — сказал нам на прощание мистер Скалли.
Охотничьи собаки снова облаяли нас, и миссис Скалли выглянула на крыльцо, на этот раз без ружья.
А мы с отцом покатили обратно к дому по этой дороге, посещаемой призраками.
Глава 6
Старый Мозес откликается на зов
Примерно через неделю после нашего визита к мистеру Скалли дома зазвонил телефон. Трубку взяла мама.
— Том! — раздался из коридора ее крик, в котором прозвучал смертельный ужас. — Джей-Ти говорит, что на озере Холман прорвало дамбу! Они созывают в здание администрации округа всех, кто может прийти.
— О господи!
Отец вскочил с дивана, лежа на котором он смотрел по телевизору новости, и принялся натягивать ботинки.
— Дело может кончиться наводнением! Кори! — крикнул он. — Быстро одевайся!
По его тону я сразу понял, что мне лучше поторопиться. Я отложил в сторону листы бумаги, на которых пытался записать рассказ о черном автомобиле с призраком за рулем, и быстро запрыгнул в джинсы. Когда чувствуешь, что родители испуганы, твое сердце начинает колотиться со скоростью девяносто миль в минуту. Я услышал, как отец произнес слово «наводнение». В последний раз подобное случилось, когда мне было пять лет. Тогда жители Зефира отделались сравнительно легко, разве что паводок растревожил болотных змей. Но из газет я знал, что в 1938 году во время наводнения уровень воды на улицах Зефира достигал четырех футов, а в 1930-м во время весеннего паводка вода в Брутоне доходила до крыш некоторых домов. Таким образом, наш городок затапливало не впервые, а учитывая, какие проливные дожди шли с начала апреля во всех южных штатах, можно было легко предвидеть, что нам грозило в нынешнем году.
Река Текумсе вытекает из озера Холман, расположенного в сорока милях к северу от Зефира. Если считать, что все реки текут в сторону моря, мы оказались как раз на пути водной стихии.
Я убедился, что Бунтарь совершает свой обычный обход вокруг дома, после чего втиснулся вслед за мамой и отцом в наш пикап, и мы взяли курс на старое здание в готическом стиле в самом конце Мерчантс-стрит, где размещалась администрация округа. Почти во всех домах горел свет, — видимо, сигнал тревоги успел долететь до всех. Сейчас дождь лишь слегка моросил, но уровень воды успел подняться до обода колес нашего пикапа: водосточные трубы не справлялись с нагрузкой и подвалы некоторых домов оказались затопленными. Именно по этой причине моему другу Джонни Уилсону с родителями пришлось на время перебраться к родственникам в Юнионтаун.
На стоянке у здания администрации округа уже скопилось множество машин. Вдалеке в небе полыхнула молния, озарив низко висящие облака. В главный зал окружного собрания плотной массой набились люди. Зал представлял собой просторное помещение с расписным потолком, по которому летали ангелы, несущие тюки с хлопком, — это было наследие прошлого: лет двадцать назад здесь проводились хлопковые аукционы, но потом хлопкоочистительную машину вместе со складом перевели в Юнионтаун, где отсутствовала опасность наводнений.
Мы нашли себе места на шатких стульях у стены и очень скоро поняли, что нам повезло, потому что народ все прибывал. Вскоре в зале стало нечем дышать. У кого-то хватило сообразительности включить вентиляторы, но это мало помогало из-за горячего дыхания множества собравшихся в зале. Миссис Кэтти Ярброу, одна из главных болтушек нашего города, втиснулась рядом с мамой и принялась беспрерывно трещать, а ее муж, молочник из
