class="p1">Она отвечает не сразу — украдкой стирает соленую влагу со щек и только после этого оборачивается ко мне.
— Вроде да, — улыбается. Сдавленно, через силу, — спасибо тебе. За то что вытащил…снова…
Да, Ежик, я мастер по вытаскиванию твоей пятой точки из неприятностей. Просто Чип и Дейл в одном лице.
— Рассказывай давай. Как, что, куда и почему. С подробностями. Я хочу знать, как все это вообще стало возможным.
Она сначала мнется. Видно, что не хочет, но я дожимаю, вынуждая ее раскрыть всю правду. От и до.
Снова деньги. Как всегда, все упирается в них. Щеглов заказал дорогущий тур, потом отказался, Лерка не проконтролировала — в результате долг.
До этого момента, если честно, ничего удивительного не вижу. Вознесенская любит косячить и умеет. Хотя, даже для нее перебор. Она шальная, но не идиотка пустоголовая, чтобы вот так подставляться.
А вот то, что Щеглов решил поиграть в мафию — это уже что-то из ряда вон. Говно унылое он, а не мафиози. Или на старости лет моча в голову ударила?
— Лер, давай начистоту. Ты что-то еще делала, чтобы спровоцировать его. Может кокетничала, жопой крутила, или наоборот нахамила, как ты умеешь.
Жмет плечами:
— Крутить перед ним даже не думала, а относительно хамства…может быть. Немного. Самую малость. От предложил отработать у него на фирме, я резко отказалась.
— И все?
— Все.
Вроде ничего, что могло бы подтолкнуть этого придурка к таким действиям. Бред какой-то.
Я отвожу Лерку домой и строго настрого запрещаю в ближайшие дни выходить на улицу:
— Бери больничный.
— Но…
— Не заставляй меня сажать тебя под замок.
Именно этого мне хочется больше всего на свете. Забрать ее к себе. Чтобы всегда была под боком и в безопасности, чтобы в любой момент я точно знал, где она находится и чем занимается.
К счастью, а может, наоборот, к сожалению, но у нее нет сил сегодня спорить. Вознесенская с тяжелым вздохом соглашается и выходит из машины, правда напоследок останавливается возле моей двери. Я жамкаю на кнопку, опуская стекло и смотрю на ее несчастную физиономию.
— Спасибо, — тихо роняет Ежик. Потом порывисто прикасается ладонью к моей щеке и прежде, чем я успеваю перехватить тонкую руку – убегает к подъезду.
Я, как всегда, жду, когда она придет к себе. Нахожу знакомый силуэт в окне и только после этого уезжаю. На душе скребут кошки. Мне теперь кажется, что стоит отвернуться и все — с ней опять что-нибулдь.
К сожалению, ночью мне не удается добраться до Щеглова. Потный сукин сын, как сквозь землю провалился. Прячется урод, чувствует, что хана настала.
Я больше не звоню, просто с самого утра еду к нему на работу. Прохожу мимо секретарши, которая что-то блеет о том, что начальник занят, что пускать не велено. Мне насрать, что там и кому не велено. Отодвигаю ее в сторону и захожу в кабинет.
Завидев меня, Щеглов поспешно поднимается из-за стола.
— Демид Сергеевич, какая встреча, — расползается в приторной улыбке и протягивает руку, — какими судьбами?
— Не догадываетесь? — игнорирую руку и усаживаюсь напротив.
Он хмурится, прячет свою потную клешню и тоже садится:
— Нет ни малейшего представления.
— Что за разборки вчера были с Вознесенской?
— Вознесенская? Кто это? — морщится, будто не может вспомнить.
Я на такие игры не ведусь.
— Девчонка, которую ты утащил на заброшенный склад.
Он возмущенно охает.
— Барханов, ты в своем уме? Какой склад? Какая девчонка?
— Та самая, которая теперь из-за твоего отказа по уши в долгах.
— Ах, эта-а-а, — тянет он с усмешкой. Потом и вовсе начинает смеяться, качая головой, — молодец, девка, не пропадет.
— Что смешного?
— Я из-за ее халатности чуть денег не лишился. Довольно приличных. Так она мне сначала названивала, грозила какими-то разборками, потом ревела, потом предлагала отработать…если понимаешь, о чем я, — протер лысину платком, — я ее отправил, конечно. С такими чайками, готовыми ради выгоды под кого угодно запрыгнуть — принципиально дел не имею. А она, видишь, не угомониться никак. Через тебя решила зайти. Мерзавка.
— Хочешь сказать, что она врет?
— А сам как думаешь? Похож я на человека, который по старым складам будет бродить?
— Где ты был этой ночью?
— Ну так дома же. С женой. Где еще? Не веришь? Спроси у нее. Или камеры проверь. Мне скрывать нечего.
Глава 13.3
Глава 13.3
— Конечно, проверю.
— Артур Сергеевич, — Щеглов сокрушенно качает головой, — посуди сам. Девка та не большого ума, да и воспитанием не блещет. Что я тебе рассказываю, ты и сам в курсе.
Я в курсе. У меня диссонанс. Лера — оторви и выкини, но вот так врать бы не стала. Наверное…
Вспоминаю, как она в том заброшенном зале на меня набросилась, как ее трясло. Глаза вспоминаю огромные, перепуганные.
Нет. Не врала. Этот потный боров, может говорить что угодно, но я безоговорочно верю чокнутому на всю голову Ежику.
— Я даже всерьез опасаюсь, что к жене моей полезет. Свела ведь нелегкая, хотел же в другое агентство пойти, — он тяжко вздыхает.
— Может и полезет, — соглашаюсь, потому что Лерка действительно могла бы. Если бы захотела. Только она не захочет, я в этом уверен.
— Все беды вот от таких вот дур.
За эти слова мне хочется хряпнуть его мордой об стол, но вместо этого прохладно улыбаюсь. Шашкой наголо махать — шума много, урона мало. Толку от этого не будет, а вот если достать всю подноготную, перетрясти и вывернуть наизнанку…
— Ты уж проведи там беседу, раз она снова к тебе прибежала, — Щеглов решает меня поучать, — скажи, что со взрослыми серьезными людьми так себя не ведут. А то ведь я и сам поговорить могу.
Мне стоит огромного труда сдержать пренебрежительную ухмылку. Этот разговорщик только и способен, что девок молодых пугать. Ничтожество.
— Не переживайте. Поговорю и все выясню.
Я поднимаю со стула, поправляю галстук, снова игнорирую потную лапу. Щеглов держит кривую улыбку, но идет пятнами. Не нравится ему, что не прогибаюсь. Нервничает. И это только начало.
Уже в машине набираю Стефа.
— Ну что? — без приветствия начинает он.
На заднем плане эхо и голоса, и звон металла,
