— Тебе лучше привыкнуть делать именно это, — я дергаю за уголок ее блокнота для рисования. — Ты станешь мамой. Ребенок меняет все.
— Доктор сказал, что срок всего несколько недель, — она кладет блокнот обратно на колени. — Это значит, что у меня есть месяцы, чтобы все организовать.
— Ты можешь организовать все у меня дома, — говорю я. — Я переставлю кое-какую мебель и освобожу место в своем кабинете для твоей швейной машинки.
— Это не оставляет места для детской, — она соединяет большой и указательный пальцы в круг. — Мы не можем жить в такой тесноте.
— Я куплю новую квартиру.
— Пока нет, — в ее голосе слышится раздражение. — Мы только несколько часов назад узнали, что собираемся стать родителями. Нам не нужно ни с чем торопиться.
— Я хочу торопиться. Хочу жить с тобой. Я хочу, чтобы мы поженились. Хочу, чтобы у нашего ребенка была прекрасная жизнь.
Ее глаза наполняются слезами.
— Не проси меня выйти за тебя замуж сегодня. Я не могу этого слышать. Не делай этого так.
— Почему нет? — я поднимаюсь на ноги, чтобы встать перед ней. — Я упаду на колено прямо здесь и сейчас. Выходи за меня замуж, София. Будь моей женой, чтобы мы могли стать семьей.
— Нет, — она поднимается на ноги. — Я не выйду за тебя замуж.
— Что? — я засовываю руки в передние карманы джинсов, пальцами скольжу по холодному металлу дедушкиного кольца. — Скажи мне, почему это?
Взглядом она следит за движением моих рук.
— Ты касаешься кольца, которое собирался подарить Бриэлле. Ты попросил ее выйти за тебя замуж в тот день, когда узнал, что она беременна.
Я замираю и пристально смотрю на нее.
— Все по-другому, София. Это мы.
— Я знаю, ты любишь меня, — она приподнимается на цыпочки, чтобы поцеловать меня в подбородок. — Позволь мне создать свою историю. Пусть мой опыт останется моим собственным.
— Это твой опыт, — я крепко обнимаю ее. — Это наш опыт.
— Я никуда не поеду. Хочу остаться здесь, пока не закончу подготовку к запуску линии. Хочу, чтобы ты поработал над своей книгой, и до рождения этого ребенка все встанет на свои места так, как и должно быть.
Глава 36
София
— Это все магазины, с которыми мы сотрудничаем? — мой взгляд мечется между Габриэлем и Сашей. — Это правда?
Они в унисон смеются.
— Это все по-настоящему, София, — Саша подходит, чтобы встать рядом со мной. — Интерес к линейке высок. Фотографии изделий, которые просочились в сеть, стали вирусными. Наш отдел продаж был завален звонками через пару минут.
Утечка — субъективный термин для того, что произошло. Мы с Габриэлем обедали в «Аксель в Нью-Йорке», когда я поделилась с ним идеей. Сначала он отнесся к этому скептически. Он старой закалки, а это значит, что вы держите все в секрете до пресс-дня. А я хотела сделать что-то нестандартное, и когда, наконец, уговорила его согласиться на это, сфотографировала две свои самые любимые вещи и загрузила их в совершенно новый аккаунт «Инстаграме» со всеми мыслимыми хэштегами, связанными с модой.
Я отметила магазины, которые, как я знаю, подходят для коллекции «Элла Кара», а затем начала подписываться на стольких модных блогеров, которых смогла найти. Прошло всего три дня, прежде чем пост набрал более десяти тысяч лайков, а через неделю их число выросло более чем до ста тысяч. Не помешало и то, что Клаудия Стефано одной из первых сделала репост фотографии с подписью, что она хотела бы продемонстрировать коллекцию в своих бутиках. Я напоминаю себе отправить ей букет цветов, чтобы поблагодарить за выполнение моей просьбы.
— Я ошеломлена, — я смотрю на экран Сашиного планшета. — Мы все еще показываем линию на Неделе моды?
— Мы включим ее в показ «Ариллия», — говорит Габриэль. — Ты представишь ее, и мы хотим услышать твое полное мнение о моделях, аксессуарах, обо всем, что связано с показом.
— Я не могу дождаться этого, — я возвращаю планшет Саше. — Вы придете на шоу, верно?
На прошлой неделе она решила, что начнет долгий и извилистый путь к выходу на пенсию. Она уже сократила работу до двух дней в неделю, и к тому времени, когда Неделя моды будет в самом разгаре, она будет появляться здесь раз в месяц или реже.
— Я бы ни за что на свете не пропустила это.
Я тоже. К тому времени как я появлюсь на публике, все поймут, что у меня будет ребенок. Сейчас срок еще маленький, и хотя пока не вижу изменений в своем теле, я их чувствую.
Наш ребенок по-прежнему остается секретом, которым мы с Николасом дорожим.
— Ник сказал, что вы двое могли бы прийти поужинать в четверг, — вкрадчиво говорит Габриэль. — Нам четверым будет полезно пообщаться.
Так и есть. После того испытания с Франко все относились ко мне как к ребенку. Я мало рассказывала о том, что произошло, но поддерживала тесную связь с семьей Элроя. У него все хорошо, дела налаживаются, и он наслаждается жизнью в Аризоне со своей тетей и мамой.
Франко не потрудился оспорить выдвинутые против него обвинения. Приближается дата суда. Он признает себя виновным, что будет означать, что мужчина проведет остаток своей жизни в тюрьме.
— Ты в состоянии поужинать, не так ли, София?
Я смотрю на Сашу. Неудивительно, что именно она спрашивает меня. Она присматривала за мной с тех пор, как я вернулась на работу. Мы не обсуждали случившееся, но она крепко обняла меня в тот первый день. Я наблюдала, как Саша легко справляется с прессой, когда они звонят в поисках интервью, и даже одолжила мне предоставленную ее компанией машину с водителем, чтобы я могла каждый день ускользать, избегая репортеров, которые больше недели околачивались в вестибюле.
Все успокоилось. Жизнь вернулась в нормальное русло, за исключением вопроса, который я должна обсудить с Николасом сегодня вечером.
— Я бы с удовольствием поужинала, — я поворачиваюсь к Габриэлю. — Для Саши открыто приглашение присоединиться к нам, не так ли?
— Я много лет приглашал Сашу поужинать со мной и Ислой, но… — его прерывает звонок телефона. Он опускает на него взгляд. — Мне нужно идти. Саша знает, что ей всегда рады в моем доме на ужин.
— Я никогда не появлюсь, — Саша коротко кивает нам обоим. — Мне нравятся наши отношения такими, какие они есть. Совместное поедание хлеба изменит их.
— Значит, когда выйдешь на пенсию? — в глазах Габриэля пляшут веселые искорки. — Это оправдание перестанет существовать, как только ты перестанешь получать зарплату.
— Хорошая мысль. Полагаю, как только я стану свободной женщиной, то изменю свое мнение.
Я знаю, что так и будет. Я вижу привязанность между ней и Габриэлем. Даже когда она выйдет из этой дизайн-студии в последний раз, Саша всегда будет частью семьи Фостер.
* * *
— Кто знал, что твое тело станет еще красивее, когда ты забеременеешь? — Николас проводит руками по моей груди. — Твои сиськи набухли.
Ненамного. Они ненамного больше, чем были всегда. Только мои соски теперь чертовски чувствительнее. Он покусывает их, когда трахает меня, и я мгновенно чувствую это внутри своей сердцевины.
— Они все еще маленькие.
— Они идеальны, — он запечатлевает поцелуй на моей груди. — Ты готова ко второму раунду?
Первый раунд длился больше часа. Я жаждала члена, когда добралась до его дома, поэтому взяла Николаса прямо в дверях. Я стянула с него джинсы вместе с боксерами и отсосала ему.
Я чуть не кончила сама от звуков, которые он издавал, и от того, как он дергал меня за волосы. Он не был нежен, когда кончал мне в горло, горячие слова с шипением слетали с его губ, и к тому времени, когда он поднял меня на ноги, я была мокрее, чем когда-либо.
Он не тратил время зря. Николас отнес меня в постель, раздел и поедал мою киску, пока я не взорвалась напротив его рта. Я почувствовала запах своего возбуждения на его бороде, когда он, наконец, прекратил лизать меня и забрался на меня сверху.
