в весе. А раз старик — Одаренный Земли, а точнее — песка, то мог нивелировать вес своего оружия. Теперь мне понятно, почему его удары были такой мощи. Пески он не покидает потому, что именно здесь может быть «Императором».
— Цесаревну ты упустил… — стал загибать я пальцы. — Бороду потерял… И клинок про… играл… — все же решил быть я культурным.
Нужно было видеть его глаза, когда он вскочил на ноги.
— Ты!!! — только и заорал он, видя, как я спрятал свою Аквилу в ножны, и сейчас стою наперевес с его саблей.
— Ага, я! А теперь прощай!
Больше задерживаться здесь я не могу. К нему уже бегут на подмогу. Призвал виверну, и та стремительно подхватила меня из земли своими когтями, а в воздухе уже забрался на спину. Почему я выбрал именно его своей целью? Так это не я… Я орудовал на Смотрителе, когда меня нашел Шнырька и показал этого бывшего бородача.
Он понял, что провалил свое задание, и очень нелестно отозвался о моих погибших родственниках. И не просто это были слова. Это слова очень обиженного человека, который с ними встречался. И хотя сейчас у него нет страха, но раньше он явно был, и большой. Может, я и пропустил бы его слова мимо ушей, но он сказал, что у него нет приказа на моё убийство. Поэтому они уходят, а затем добавил, что когда приказ будет, тогда он с радостью нарушит свое правило и сойдет с песка, чтобы прийти в мой дом. И желательно, когда меня там не будет, чтобы забрать моего сына и моих жен. А из песков, по его словам, они уже не вернутся.
Бархан… Демон Пустыни, так его называли. Он был легендой в плохом понимании этого слова. И действительно, семьи его врагов навсегда пропадали в пустыне. Говорят, что у него где-то есть свой маленький город, в который имеют доступ только он и его личная армия.
Конечно, по хорошему, его нужно было убить. И сделать это на месте, но увы… Тогда проклятие передалось бы мне. Да-да! У него имелось чрезвычайно сильное проклятие. И чрезвычайно неприятное! А мне одного Антохи маловато, там Катя на очереди, так что… живи пока, клоун.
Проклятие Джина и, пожалуй, я еще не настолько силен, чтобы его развеять. А вот найти того самого Джина и грохнуть теперь могу… Джины сильны… Однако, все же их проклятия сильнее. Хотя, со стороны кажется, что я напал на него по своим личным причинам. Вот только это было неправдой. Одна из причин — это Ольга, и он мог найти её благодаря этому клинку, который не принадлежал этому Миру.
— Ш-ш-ш-ш-ш-шандр!!! — орет Шнырька мне на ухо и показывает новую картинку.
— Твою мать… Кажется, я его разозлил.
Когда я обернулся, чтобы взглянуть на безбородого, то тут же отдал ментальный приказ всей своей братве бежать на точку эвакуации, куда скоро прибудут мои люди, чтобы забрать нас. Шнырьку же попросил то же самое сообщить Призраку. Но тот сейчас с Баньши, и думаю, что сами всё смекнули, и давно. Ведь они снимали с более дальнего расстояния.
Еще раз вздохнул и, на всякий случай, снова взглянул за спину. Это явно нехорошо… За моей спиной вздымалось огромное цунами. Песчаное цунами, которое, даже не знаю, смогу ли я облететь с любой стороны, настолько оно было высоким. Будь тут Хельга, она точно обрадовалась бы. Ведь смогла бы своими глазами увидеть еще одного небожителя.
Плохи дела у этого мира. Явно скоро будет большая война, и непонятно, к чему она приведет. Когда небожители начинают выходить из своего «стазиса» — это прямой предвестник больших перемен. Вот и сейчас мигом были прекращены любые сражения. Люди теперь или бежали, или готовились отразить цунами. Полагаю, что сегодня множество людей будут погребены заживо, но среди них точно не будет меня.
Вот только… Я бросил взгляд на слегка скукожившуюся аномалию. Да, Ольга сама дура, вот только два брата-акробата с зелеными кольцами тут не при чем. Или причем? В любом случае, от Бархана они ничего хорошего не получат.
Как там Волк всё время талдычит? «Своих не бросаем?» Они там, вообще, еще живы? Чёрт! Чёрт!!! Ольга, зар-р-раза…
Императорский дворец
Российская Империя
г. Петербург
— Бархан, значит, — грустно покачала головой Елизавета. — За моей дочерью послали это чудовище…
Бархан был известен, как один из тех, кто давно носит статус Мага Вне Категории, и непонятно, какой он теперь силы. Ведь нечасто его могли обнаружить. Индирцы сделали свой ход, и сделали его достаточно явно.
— Давно мы не слышали о нем, — ответил ей нахмуренный Болконский.
— Кто снимал? — лишь спросила Елизавета.
— Люди Александра. А видео передали через канал Анны. Галактионов сам попросил её это сделать.
Лиза кивнула.
— Это хорошо… — после недолгой паузы сказала она.
— Что именно? — не сразу понял Болконский, о чем говорит его Императрица.
Лицо Елизаветы посетила грустная улыбка.
— Хорошо, что Александр жив.
— Прошу прощения, — извинился вдруг он. — Можно задать личный вопрос?
— Задавай! — пожала она плечами, с такой же грустной улыбкой.
— Вы просмотрели видео, и видели, что там происходило. Почему вы до сих пор не спросили у меня о судьбе своей дочери?
Лиза усмехнулась, и не спешила дать ответ. В её голове сейчас роилось множество мыслей, и ей было невероятно сложно собрать их всех в кучу, чтобы мыслить здраво. Будь она обычной простолюдинкой или хотя бы графиней, пожалуй, бросила бы всё и побежала на поиски дочери. Вот только она была Императрицей целой Империи, в которой проживали миллионы людей. Такого она себе не могла позволить. Дочь она любила, несмотря ни на что Однако… Вся Империя зависит от нее и от её решений. Не могла она так подставить Империю.
— Нет смысла… — вдруг ответила она. — Ольга пропала… В отчете, который передала мне Анна, все было описано. И даже её слова.
— Но…
— Что но? — перебила она его. — Нет больше никаких но! Всё, что только можно было, я дала своей дочери. Любые её прихоти исполнялись. Я пыталась вырастить дочь нормальной и ответственной. Проблема, что делала я это в одиночку, и не справилась. Ольга слетела с катушек, и сейчас все её действия идут вразрез с интересами Империи. Она не просто повела
