потребуется. А судя по его заинтересованности, он вполне может это сделать. Поэтому вранье Виталия Андреевича будет дорого ему стоить. И все его лживые слова обернутся против Дениса или других членов семьи.
— Теперь понятно, почему она показалась мне знакомой, — произноси задумчиво. — Странно все это, не находишь?
— О чем ты?
— Несколько месяцев назад у Романовых все было отлично. А сегодня Лариса находится в компании нашего племянника. В качестве его женщины или в качестве адвоката? — догадывается он.
— Ближе к сути, Леша, — поторапливает его Виталий Андреевич.
— Денис сегодня сказал, что он не определился с адвокатом, — рассуждает Алексей. — Я думаю, это было сделано нарочно.
— Тебе бы в детективы, Лех, — усмехается Виталий Андреевич.
— Что если тот, кто копает под нашего племянника, заодно с этой парочкой? А девушка эта — для отвода глаз, — понизив голос, продолжает двоюродный брат Рязанцева. — Ты не думал об этом?
Прижавшись к стене, стою ни жива, ни мертва. Как же он лихо перевернул все с ног на голову. Неприятное ощущение расползается по телу, растягиваясь как нечто липкое, которое хочется поскорее смыть с себя. Но ответ Рязанцева помогает мне прийти вернуть холодную голову на место.
— Нет, я не думал, потому что это чушь собачья. Лару я знаю давно. У нее обостренное чувство справедливости как и у меня. И если бы ты знал, как Вадим с ней поступал, то так не говорил бы.
— Просто будь начеку, брат, — быстро произносит Алексей.
— Всегда, — произносит только одно слово, а затем я слышу приближающиеся шаги.
Я прохожу мимо кабинета, едва не сталкиваясь с двоюродным дядей Дениса. Мы обмениваемся холодными взглядами, и он понимает, что я все слышала. Не сказав ни слова, я следую в туалет, а затем поднимаюсь в отведенную нам комнату. Уткнувшись в подушку, я еще раз прокручиваю услышанный разговор, а затем от усталости и эмоционального напряжения проваливаюсь в сон.
Глава 14
Утро следующего дня начинается с неожиданной и неприятной новости — в серверной московского филиала произошло возгорание, которое было ликвидировано только спустя два часа.
— Рома, как такое могло произойти? — рычит Денис. — Новый год. Охрана слишком бурно отмечала? Что с камерами? Почему датчики не сработали?
Вяземский расхаживает по комнате туда-сюда, задавая один вопрос за другим. Денис пару секунд молчит, слушая ответы своего подчиненного, но вдруг повышает голос и в ярости сносит рукой светильник, располагающийся на комоде гостевой спальни. Красивая интерьерная вещица разбивается на мелкие осколки, но Вяземский этого, кажется не замечает.
Я поднимаюсь с кровати и иду в ванную комнату, которая примыкает к спальне. Нахожу веник, совок и тряпку, которую смачиваю водой, а затем возвращаюсь к Денису. Он все еще говорит по телефону, а выражение его лица стало мрачнее, чем минуту назад. Попросив его отойти от места разбитого светильника, я аккуратно собираю осколки.
— Сегодня вечером я буду в столице, — быстро произносит Денис и, сбросив вызов, обращается ко мне: Лар, не нужно, я сам уберу.
— Все нормально, я уже заканчиваю, — отзываюсь я.
Вяземский садится на край кровати и, опустив голову, запускает пальцы в свои волосы. Его настроение передается и мне, но я не подаю вида и не задаю лишних вопросов. Ни к чему это.
— Лар, я сегодня уеду в Москву, — тихо начинает он. — Кроме водителя я приставлю к тебе человека, чтобы…
— Это лишнее, Денис, — отзываюсь моментально.
— Я так не думаю, — он отрицательно качает головой. — Меня не будет как минимум дня три, а как максимум неделю или даже больше. Я не хочу, чтобы ты в мое отсутствие попала в неприятности.
— Денис, так ведь не может постоянно продолжаться, — возражаю я. — Рано или поздно, Вадик успокоится.
— Мы не знаем, когда это произойдет, поэтому пока он не успокоился, ты будешь под охраной. Лара, — он поднимается на меня глаза, — давай не будем спорить.
— Я не собираюсь никуда ходить в эти дни. У меня много работы, которой я планировала заняться еще до новости о твоем отъезде. Так что я буду у тебя дома. И если решу куда-то выйти, то поеду на машине с твоим водителем, — я мягко улыбаюсь.
— Лара, иди ко мне, — хрипло произносит он.
От его слов по коже прокатывается мелкая дрожь, дыхание перехватывает от возникшего в одну секунду жгучего желания. Я закрываю дверь на щеколду и медленно подхожу к Денису. Он рывком притягивает меня к себе и жадно впивается в мои губы своими. С той же пылкостью я отвечаю на его поцелуй, бесстыдно выгибаясь Вяземскому навстречу. Голова идет кругом от нарастающего возбуждения, и от одного только поцелуя я рассыпаюсь на мелкие осколки словно тот светильник, который несколько минут назад разбил Денис. Одной рукой он срывает футболку, оставляя на мне лишь одни трусики и легонько толкает на кровать. Мужчина резко отстраняется от меня. Он смотрит, изучает каждую частичку моего тела потемневшими от дикого желания глазами. Вяземский улыбается — ему определенно нравится то, что он видит. Дыхание сбивается, становится рваным от опьяняюще интимного момента, а сердце хаотично колотится с запредельной скоростью, точно у меня появилась тахикардия. Пальцы перебинтованной руки касаются живота. Он ведет ими вверх, пока ладонь не накрывает мою небольшую грудь. Мужчина нависает надо мной словно скала, а я закрываю глаза, предвкушая развязку. Он снова целует меня — грубо, жадно, по-мужски. Его язык проникает в рот, вытворяя нечто невообразимое, и я буквально сгораю от адского желания получить Вяземского полностью.
— Ты сводишь меня с ума, Лара, — хрипит он, спуская губы на мою шею, а затем еще ниже.
Я снова выгибаюсь. Его пальцы впиваются в мои бедра, пока он покрывает поцелуями все мое тело. Каждое его движение властное, дикое уносит меня в параллельную реальность, заставляя тихо стонать от наслаждения. Я едва отдаю себе отчет, где нахожусь, и что нас в любой момент могут услышать. Но мне почти плевать. Еще никогда я не испытывала таких эмоций, когда искры из глаз, и когда тело со всей пылкостью откликается на происходящее.
— Денис, я хочу тебя, — эта фраза становится последней, после чего все его предохранители напрочь срывает.
Мы погружаемся в объятия
