Симона встала, искоса посмотрела на незнакомца из зеркала, слегка ему кивнула и пошла к выходу, украдкой выключив диктофон. Он нагнал ее уже на улице.
– Быстро вы управились. Моя машина припаркована за углом.
Они завернули за угол и сели в машину.
– Куда прикажете? – спросил он.
– Амендола Фьера. У станции метро.
– А поточнее? Вы что, в метро живете?
– Именно. Ночую на скамейке.
– Тогда, может быть, поедем ко мне? У меня покомфортнее будет, чем в метро.
Симона повернулась к нему.
– Вот это темп. А сначала, помнится, только до дома довезти предлагали.
– Буду с вами откровенен. Это мое правило. Вы мне очень понравились, мало того, вы заинтересовали меня. Я хотел бы продолжить наше знакомство. Но если вы что-то имеете против, говорите без обиняков, я не обижусь.
Симона задумалась. Он, безусловно, ей симпатичен, он из тех людей, которые сразу внушают доверие, и вообще ей всегда нравились мужчины старше ее.
– Давайте познакомимся поближе и тогда решим, что с этим делать, ладно?
– Вам не откажешь в рассудительности. Кстати, я не представился.
– Давайте, я угадаю. Вас зовут Франко.
Он изумленно уставился на нее. Симона и сама удивилась.
– Неужели я угадала?
– Да.
– Поверьте, это совершенно случайно. Вы просто очень похожи на Франко Неро.
– В том-то и дело. Мне всю мою сознательную жизнь этим отравили. Шучу, конечно.
– Итак, Франко. А я Симона.
– Я хотел бы видеть вас почаще. До недавнего времени я был женат, но сейчас совершенно свободен. А вы?
– Вроде того, – уклончиво ответила Симона.
– То есть тоже в разводе и куча детей?
Симона хихикнула.
– Вот именно. Я старая, больная женщина.
– Это мне как раз подходит. Обожаю ухаживать за немощными и больными.
– Значит, мне не о чем больше беспокоиться. Моя старость обеспечена.
Легко и непринужденно болтая, они не заметили, как доехали до дома. Франко припарковал машину, выскочил, распахнул дверцу с ее стороны и помог Симоне выйти.
– Вот и ваша станция. Будем надеяться, что не все скамейки еще заняты. Завтра в восемь часов я буду ждать вас на этом же месте и вы расскажете мне наконец, зачем спаивали этого молодчика.
Каков напор, подумала Симона и улыбнулась. Он очень нравился ей. За пятнадцать минут дороги от бара до дома она уже успела в этом убедиться.
– До завтра. – Она нехотя повернулась, чтобы уйти.
Он удержал ее за руку.
– Вы что-то забыли. Ведь таксистам положено платить.
Симона недоуменно обернулась. Он привлек ее к себе и поцеловал. Симона затрепетала от головы до ног. Никто еще не целовал ее так. Уверенно, ласково и страстно. Его язык проник в ее рот и выделывал там какие-то невообразимые волнообразные движения. Она ответила ему тем же. Его руки свободно гуляли по ее спине. Он был настойчив, но не груб. Она совершенно отдалась его мужской силе, голова слегка кружилась, колени дрожали.
Вдруг он оторвался от ее губ и, улыбаясь, заглянул в ее полузакрытые глаза.
– Значит, я не ошибся. Вас надо целовать, и почаще. Спокойной ночи, Симона. До завтра.
– До завтра. – Она неуверенной походкой дошла до подъезда и пока поднималась в лифте, снова и снова переживала эти волшебные минуты.
Паола распахнула дверь, когда Симона только вышла из лифта.
– Наконец-то. Я уже начала беспокоиться. Тебя не было целую вечность. Как все прошло?
Симона молчала. Мечтательное выражение не сходило с ее лица. Она протянула Паоле диктофон и прошла мимо нее в гостиную.
– Что с тобой? Ты вся светишься. Неужели Марио…
– Марио просто тупой идиот. Я познакомилась с потрясающим мужчиной. Дай отдышаться, и я все тебе расскажу.
8
С утра у Марго было отличное настроение. Она даже что-то довольно фальшиво напевала себе под нос, что с ней случалось чрезвычайно редко. Накануне она ужинала с Марио. Ужин плавно перетек к ней на квартиру, где они сначала довели друг друга до полного изнеможения изощренными любовными упражнениями, а потом отлично выспались на ее огромной круглой кровати. Эта кровать была предметом ее особой гордости. Нигде она не получала большего наслаждения от секса. А ей было с чем сравнить.
Вообще секс был основой жизни Марго, главным стимулом, хобби, целью и средством одновременно. Как только на этом фронте наступало затишье, она увядала, как цветок без воды. Именно поэтому она так тяжело переживала охлаждение со стороны Гольвезе. Появление в ее жизни Марио заполнило вакуум, сделало ее снова счастливой и беззаботной. Вернее, почти счастливой. Не хватало самой малости. Мужа. Ведь ей скоро двадцать шесть, а подходящего кандидата все нет и нет.
Одно время она мечтала о том, чтобы Гольвезе бросил свою старуху и женился на ней. Все, казалось, к тому и шло. Он совершенно не мог без нее обходиться. Он был ненасытен, и она ему под стать. Господи, что они вытворяли в его кабинете! Потрясающий мужчина, несмотря на возраст. Один раз ей пришлось забраться под его письменный стол, который как нельзя лучше подходил для таких ситуаций, поскольку со стороны двери имел сплошную панель до пола. Она только начала показывать ему маленький стриптиз, как в дверь постучали. Ей ничего не оставалось, как ретироваться под стол. Но и там она времени не теряла. Гольвезе чуть не кончил у нее во рту во время разговора со своим помощником. Он еле-еле успел выпроводить его под каким-то липовым предлогом. Это было просто божественное время, но вдруг все кончилось. Она быстро поняла, что надоела ему, и никакие ее ухищрения не помогали.
В конце концов ей пришлось смириться с мыслью, что Гольвезе для нее потерян. К тому времени она уже познакомилась с Марио. Как партнер в постели он ее вполне устраивал. Но как потенциальный муж… Ни денег, ни солидности, ни положения. Ну, ничего, пока можно довольствоваться и этим, а там видно будет.
Она даже облизнулась, вспомнив, какое дивное пробуждение он ей устроил сегодня. Она проснулась в раю. Пока она спала, он тихонько развел ее ноги и принялся обрабатывать ее снизу. Первый раз она кончила еще во сне, от этого и проснулась. Но он не отставал, пока не довел число оргазмов до пяти. Она думала, что сердце просто не выдержит. Но ничего, потом она ему показала. Он даже запросил пощады. В результате она чуть-чуть опоздала на работу. Гольвезе уже был у себя, когда она пришла. Но он ничего не сказал, ни разу ее не вызвал, так что, наверное, обойдется. Хотя он даже и в лучшие дни был не в восторге, если она слишком расслаблялась. Работа есть работа.
Марго принялась варить кофе. В голове было пусто и легко. Работать совсем не хотелось. Большой беды не будет, если она полентяйничает немного. Особо срочного все равно ничего нет. Или есть? Думать об этом было невмоготу. Как-нибудь в другой раз, завтра, например…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
