Читаем без скачивания Маскарад любовных утех - Дарья Донцова

– Да, – согласился Костин, – похоже, она могла пролить немного света на эту историю. Интересный штрих: вскоре после вынесения Фроловой приговора Пырьева получила в наследство от очень дальнего родственника трехкомнатную квартиру в Москве. Думаю, она была подставным лицом, настоящий адвокат остался в тени, Пырьева просто зачитывала то, что тот ей писал. Скорей всего умный опытный защитник сидел в зале во время заседаний, прикидывался одним из публики.

Я вынула из сумки пудреницу.

– Зинаиде после встречи с Пырьевой стало очень стыдно, она нашла адрес колонии, куда отправили Ксению, и написала ей несколько писем, но те вернулись обратно. Администрация зоны не сообщила адресату, что Фролова отпущена на волю.

– Правильно, – кивнул Вовка, – такие сведения получают лишь родственники и только с согласия осужденного. Ну и, конечно, полицейские могут все увидеть в особой базе. Теперь о том, где сидела Ксения. Ее отправили в глубь России. У заключенных есть поговорка: «Чем дальше от Москвы, тем ближе свобода». На окраинах хозяин зоны – царь и бог, с ним легче договориться, чем с теми, кто руководит исправительными заведениями неподалеку от столицы. Итог: Фролова отделалась легким испугом.

– И где она сейчас? – спросила я.

Костин криво улыбнулся.

– Бедняжка скончалась в крохотной больничке, в местечке с поэтическим названием «Красные зори» и была кремирована за госсчет. Куда подевалась урна с прахом, понятия не имею.

– Полагаешь, она жива? – не утихала я.

Мой друг глянул в окно.

– Снег пошел, опять Москва намертво встанет в пробке… Вообще-то не исключено, что Ксения действительно тяжело заболела, но кто-то шепчет мне в ухо: «Володя, Фролова под другим именем живет припеваючи». Вопрос: кто ее спас? Вопрос номер два: кто и почему хотел отравить Ирину Леонидовну? И кому так насолила добрая зубная фея поселка, безобидная, искренне всем помогающая старушка?

Я задумалась.

Вопросов на самом деле больше. Почему Фролова внезапно явилась в отделение с чистосердечным признанием? Кто и почему помог ей – нанял отличного адвоката и спрятал его за спиной Валентины Ивановны? Куда подевалась Кутя? Кто и по какой причине послал Ирине Леонидовне черничный пирог с ядом? Может, он от дочери Кутузова? Но почему Кутя решила отравить Горскую, да еще замаскировала лакомство под покупку из «Мадам Маффин»? Что, если дело не в пожилой даме, а в том, что некий человек хочет подставить Зинаиду Калинину, владелицу вновь открытой кондитерской?

Вовка встал.

– Прости, больше не могу болтать, у меня встреча с клиенткой, которая не имеет отношения к обсуждаемому делу.

– Езжай спокойно, удачи тебе, – пожелала я. – Сейчас попытаюсь соединиться с верной домработницей Кутузова, очень хочется с ней побеседовать. Когда буду возвращаться в «Крот», зайду на первый этаж торгового центра, там есть пекарня с кондитерской. Вдруг пирог с черникой приобрели в этом заведении и хозяйка запомнила, кто его купил?

– Последнее из области фантастики, но попробуй, – улыбнулся Костин.

– И перешли мне фото спальни гостевого домика, на котором запечатлена кровать, – попросила я.

Пекарня была небольшой, в ней неожиданно оказалось очень холодно. За стеклянным прилавком тосковала продавщица, натянувшая поверх платья пуховик, – покупатели не спешили сюда за выпечкой. Увидев меня, тетка откровенно обрадовалась и начала соблазнять:

– Свежие булочки! Сами печем! Не размораживаем чужое! Тесто домашнее! Начинка без консервантов! Химию не кладем!

– Зябко у вас, – поежилась я. – Странно, духовой шкаф работает, а в помещении стужа.

– И правда околеть можно, – согласилась женщина. – Кругом окна, из них дует. Что хотите вкусного?

– Пироги с черникой есть? – спросила я.

– Один остался, вон слева, – обрадовалась торговка.

Я внимательно осмотрела круглое изделие и обрадовалась – Ирина Леонидовна принесла точь-в-точь такое же. Перекладины из теста образуют фирменный значок в виде переплетенных двух букв «М». Я-то сначала, помня внешний вид пирога Горской, решила, что они означают «Мадам Маффин». Но позже Зинаида Калинина объяснила, что этот знак принадлежит фирме «Маша и Медведи», специализирующейся на производстве и поставке в магазины и кафе замороженной выпечки. Торговка беззастенчиво лжет, в булочной представлен товар, испеченный из полуфабриката.

– Ну? Берете? – поторопила меня она. – Это последний.

– Хорошо черника идет? – осведомилась я.

– У нас все влет расходится! – гордо заявила баба. – Не обращайте внимания, что сейчас пусто. Народ скоро набежит, поток покупателей то приливает, то отливает.

– Вчера меня угостили черничным пирожком, – начала врать я. – Он мне так понравился! Интересно, у вас его брали? Не помните, кому продавали выпечку?

– Первый день сегодня работаю, – «обрадовала» меня продавщица.

Я расстроилась.

– А где можно найти прежнюю сотрудницу?

– Зачем она вам? – насупилась тетка.

Я изобразила смущение.

– Не хотела вам говорить… люди ведь разные бывают, встречаются и нечестные… Но сейчас поняла: вы хороший человек, поэтому выложу правду. Черничный пирог вчера здесь купили, я откусила от него и чуть зуб не сломала – в начинке было кольцо.

– Золотое? – вытаращила глаза собеседница.

– С камнем, с настоящим сапфиром, – вдохновенно выдумывала я. – Поэтому я пришла спросить, вдруг у пекаря или продавца украшение с пальца свалилось.

– Вау! – всплеснула руками торговка. – Кондитера здесь нет, булки и прочее готовыми приезжают, их остается только в печь сунуть. До меня за прилавком Аня Беляева стояла, но я ни телефона, ни адреса ее не знаю. Спросите в компьютерном салоне, там Анькин хахаль управляющий, его вроде Романом зовут.

Дверь в пекарню открылась, в помещение впорхнула стайка девочек лет одиннадцати-двенадцати. Они заговорили хором:

– Кексы есть?

– С шоколадом…

– А мне булочку с яблоками…

– Хочу пирожок с капустой…

Продавщица заметалась между шкафами, а я поспешила в салон. Нашла там управляющего, спела ему песню про перстень и услышала:

– Посидите вон там за свободным компом, сейчас Ане звякну.

Я устроилась у стены и от скуки начала рассматривать посетителей. Около меня сидел паренек лет четырнадцати, за его спиной – два приятеля.

– Убери башку, Пашка, не видно! – сказал один.

– Купи себе доступ и гляди, – огрызнулся Павел.

– Вау, какие сиськи! – воскликнул щуплый мальчик. – Больше, чем у химички!

– У нее силиконовые, – возразил Павел, – а тут натуральные. Глянь! Ну ваще… Вот…

Дружная компания загоготала, затем стала, матерясь, обмениваться впечатлениями. Я поднялась и, сделав шаг в сторону стола администратора, бросила взгляд на монитор, в который пялились подростки. Увидела, что они смотрят порно, держа в руках жестяные банки с коктейлями «Водка-лимон», и, еле сдерживая возмущение, дошла до распорядителя зала. Мужчина болтал по мобильному. Я похлопала ладонью по стойке. Распорядитель скосил глаза на меня и буркнул:

– Анька, скажи ей сама.

Затем протянул мне трубку.

Я взяла сильно пахнущий табаком телефон.

– Добрый день.

– Рома сказал, что вы колечко в пироге нашли? – спросил визгливый голос. – Если зуб сломали, то че ко мне-то?

– Нет, нет, с зубами у меня все в полном порядке, – успокоила я Аню. – Подумала, что кондитер, готовя тесто, потеряла дорогой перстень и расстраивается. Хочу отдать украшение хозяйке.

– Тогда покупай билет в Германию, тамошняя тетка рыдает, – развеселилась продавщица. – Че, поверили рекламе от фирмы «Маша и Медведи», что пироги мы печем и только из российских продуктов? Ха-ха-ха! Вся дрянь от немцев приходит. Мы ее в свои коробки раскладываем, в разные места поставляем, и все довольны. Народ нынче отечественное любит, думает, что товар русская Маша вкупе с косолапыми в супермаркет и в кафе поставляет, и расхватывает булки. А к нам пироги в здоровенных упаковках по двадцать штук из-за границы приезжают замороженными. Хозяйка лавки жаднючая! Ведь если че потекло от тепла, печь нельзя, надо списать, а она плевать на инструкции хотела. Срок годности не соблюдает, берет по дешевке у поставщиков полуфабрикат, которому через пару дней на помойке место, и печет. Выглядит продукт супер и на вкус вроде ничего, консервантов же туда европейцы набухали до фига. Вы лучше кольцо продайте, а деньги отдайте на хорошее дело. Себе не оставляйте! Примета плохая – если найти чего-нибудь стоящее и присвоить, потом в десять раз больше потеряешь. Еще встречаются люди, которые свою беду на ювелирку или на деньги наговорят и на улице кинут, а кто польстится, на того несчастье и перейдет. У меня соседка ведьма, она такие штуки постоянно проделывает. Может, в Германии на заводе кто-то так же поступил.

– Много народу у вас пироги берет? – спросила я. – Вдруг это покупательница кольцо посеяла?