— И вы согласны с этим утверждением? — спросила доктор Бхавсар.
— Да, — просто ответила я.
— И я думаю, что вы абсолютно правы. Но мы могли бы пойти дальше. Иногда полный горшок может помешать нам получить то, что мы действительно хотим. Это почти как клише о переносе багажа старых отношений в новые отношения. Вы знакомы с такой ситуацией?
— Да, мы приносим опыт и мировоззрение в каждые новые отношения, которые мы начинаем, — ответила я, когда Джаред поерзал на своем месте.
Доктор Бхавсар продолжила.
— Я думаю, что есть разница между тем, чтобы нести с собой наш опыт, куда бы мы ни пошли, и обременением себя полным чемоданом — или, как любит говорить Лао-Цзы, полной кастрюлей. Нет места ни для чего другого. Вы можете упустить новый опыт, потому что слишком заняты старым.
Кто-то позади меня решил вмешаться.
— Итак, мы должны просто постоянно относиться к каждому дню как к чистому листу? Многие философы призывают нас наоборот использовать ранний опыт и держать его в нашем арсенале, чтобы осмысливать мир и учиться. Какой смысл, так сказать, каждый раз наполнять горшок, если все надо жить каждый день как новый?
Доктор Бхавсар улыбнулась.
— Очень хорошее замечание, мистер Шайн. Что вы думаете, мисс Гарнер?
Я сглотнула, думая, как ответить.
— Горшок — это не метафора нашего полного человеческого опыта. Я думаю, что это несложно. Считаю, что способность горшка освобождаться от бремени, которое больше не является полезным или выгодным. Готовность излить старое имеет решающее значение. Возможно, лучшей метафорой был бы фонтан или река? Всегда меняющаяся, но все еще течет из одного источника.
— Я хотел бы наполнить тебя, — пробормотал себе под нос тупица в заднем ряду. Я закатила глаза. Доктор Бхавсар продолжила:
— Молодец, Вера. Я лично думаю, что вы могли бы многому научиться на этом уроке. Вы немного сдержались. Я хочу, чтобы вы действительно углубились в мельчайшие детали этих заданий.
Доктор Бхавсар повернулась лицом к аудитории, теперь обращаясь ко всем:
— Большинство из вас просто обсуждают эту концепцию, не применяя ее к собственному опыту. Ваше следующее задание: я бы хотела, чтобы вы ссылались на себя при изучении этих концепций. Философия имеет смысл только тогда, когда мы ее применяем.
Урок продолжался, и я делала заметки. Джаред дразнил меня за то, что у меня нет ноутбука, но мне нравилось писать от руки. Информация закреплялась лучше. Девяностоминутный урок пролетел незаметно, и к его концу у меня свело пальцы от перегрузки информацией.
— Хочешь пообедать? — спросил Джаред, когда мы собирались.
— Ага. Я не позавтракала этим утром, потому что проспала, — простонала я.
— Ты снова поздно легла из-за грязных разговоров с дядей? — дразняще спросил он, хотя его тон был жестким.
Я закатила глаза и сунула блокнот в сумку.
— Эй! — воскликнул он. — Мы друзья. Мы можем это обсуждать. Нечего стыдиться. За исключением того факта, что технически он твой дядя. И вроде на десять лет старше. И его нет уже полгода.
Я прикусила губу.
— С твоих уст это звучит гадко.
— Разве я в этом виноват? Мне просто интересно, что у него есть такого, чего нет у меня.
Я хотела сказать, что он полностью завладел мной, но все же решила промолчать.
— Я не знаю. Я думала, мы перестали говорить об этом, Джаред. Если ты собираешься продолжать давить на меня, то я…
— Прости, — прервал он. — Пошли обедать, ладно? Я не буду поднимать эту тему снова. Но могу поспорить на свою задницу, как только он напортачит, я вмешаюсь.
Я медленно выдохнула, вспоминая слова Джесс.
Он своего рода шлюха.
Сколько времени пройдет, прежде чем он потеряет интерес? Я знала, что только вопрос времени, когда он найдет кого-то еще, кем будет одержим. Хамильтон не был похож на человека, который останется надолго.
— Я хочу сегодня пиццу, — сказала я, меняя тему.
— Отличный выбор, пойдем.
Мы вышли из здания и пошли по двору. Казалось, куда бы мы ни пошли, все знают Джареда. Люди постоянно машут ему, приглашают на вечеринки и предлагают «братанские» объятия. Это было странно, потому что он не был похож на светского человека. Последние две недели он проводил со мной все свое свободное время. Во всяком случае, я хотела, чтобы он дал мне передышку, но я не хотела расстроить единственного друга, который у меня был в этом месте.
— Джаред, мой друг! Ты придешь на вечеринку сегодня вечером? — спросил кто-то.
— У меня сегодня свидание, извини, — дразняще ответил он, прежде чем обнять меня за плечи и повести в сторону обеденного зала.
— Ты же знаешь, что можешь пойти? — сказала я мягким голосом. — Тебе не обязательно проводить со мной каждую ночь. Вечеринки — это не мое, но ты можешь пойти, Джаред.
— И пропустить ужин с тобой и марафон Netflix? Спасибо, не надо. Может быть, вечеринки тоже не для меня, а? Ты когда-нибудь думала об этом?
— Я просто имею в виду…
— Хочешь, я пойду на вечеринку, Вера? — спросил Джаред.
Я остановилась, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.
— Я просто говорю, что тебе не обязательно проводить со мной каждую ночь. Можешь пойти повидаться с друзьями.
— Ты тоже мой друг, — возразил он.
— Мы все еще можем быть друзьями и жить вне друг друга. Мне нравится проводить с тобой время, но…
— Но что? Разве ты не хочешь, чтобы я был рядом? Я не понимаю.
— Конечно, мне нравится проводить с тобой время. Я просто говорю, что это нормально, если ты будешь встречаться с кем-то другим и делать что-то еще. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным…
— Кто тебя обидел? Кто заставил тебя чувствовать себя обязанной? Каждые пять секунд ты отталкиваешь меня. Это он? Это твой дядя?
— Н-нет. Ты меня неправильно понял…
— Ты хочешь, чтобы я поехал к ним, — сказал он, стиснув зубы в гневе. — Знаешь что? Я пообедаю с другим моим другом. Дам тебе немного пространства. Но я все равно не понимаю…
Он провел рукой по волосам и уставился на меня, его глаза задержались на моих губах на одно медленное, неудобное мгновение.
— Джаред? Прости, ладно. Я просто…
— Поговорим позже, Вера, — рявкнул он, прежде чем развернуться на каблуках и уйти. Блядь.
Я должна была чувствовать себя виноватой. Мне должно было быть грустно из-за того, что я причинила ему боль, но все, что могла сделать, это вздохнуть с облегчением. На самом деле, я с нетерпением ждала дня, проведенного в одиночестве, и это многое говорило о моих чувствах к Джареду. Мне нужно было быть тверже в установлении границ.
Я продолжила свой путь в столовую, улыбаясь про себя.
— Я все думал, когда же ты бросишь его. Он прилипчивый ублюдок, да?
Моя кровь стыла в жилах.
Этот голос.
Я знала этот голос.
Сеинт.
— Что ты здесь делаешь?
Я задыхалась, делая шаг назад. Сеинт не беспокоил меня последние пару недель, и мне стало чертовски комфортно. Он стоял у двери обеденного зала, его волосы были зачесаны назад, а глаза скользили вверх и вниз по моему телу. На нем были черные узкие джинсы и свободная гавайская рубашка на пуговицах.
— Я надеялся получить комментарий по поводу последних заголовков, касающихся твоего отчима и матери, — начал Сеинт, доставая свой телефон.
Я увидела, как он включил камеру и начал записывать меня на видео, он сделал еще один шаг назад. Студенты проходили мимо меня, казалось, не замечая и не заботясь о том, что Сеинт подкрадывался все ближе и ближе.
— Что за новости? Я не понимаю тебя, — пробормотала я, потянувшись за телефоном.
— Ой! Ты еще не слышала. Твоя мать солгала о своей беременности. Я продал эту историю прошлой ночью. Кажется, она сфальсифицировала визиты к врачу, УЗИ и все остальное.
Нет.
Конечно нет, он ошибается. Мама бы так не поступила.
— Ты лжешь, — прошептала я.
— Не-а. Да она это сделала. У меня надежный источник. У ее врача отозвали лицензию много лет назад. Она мошенница. Это настоящий скандал. Я думаю, что Джозеф кинет ее. Как ты думаешь, твой дедушка все еще будет платить за твой колледж? Извини, что набрасываюсь на тебя, но мне просто интересно твое мнение.
