По предложению председателя, Дерюгину поставили ряд вопросов по деталям проекта, но было ясно, что его необходимо принять, как единственно пока возможный исход.
После непродолжительных прений было постановлено просить правительство приступить немедленно к осуществлению намеченного вчерне плана.
Слово было за Воздвиженским.
К столу президиума вышел маленький, тщедушный старичок со взъерошенными волосами, реденькой бородкой и пронзительными, слегка раскосыми глазами.
Он оглянул притихшее собрание рассеянным взглядом, сделал широкий взмах рукой, точно захватывая что-то в сухонький кулачок, и заговорил высоким тенором:
- Я очень рад, что ясные данные докладчика позволили собранию стать на твердую почву цифр и формул. Если б не было этого доклада, я, вероятно, не решился бы выступить со своим предложением, так как принятый только что план является необходимой предпосылкой к тому, о чем я хочу говорить. Не забудем, что постройкой электромагнитов задача еще не решается. Атомный вихрь может быть на некоторое время взят в плен, но он все же будет неуклонно расти с прогрессирующей скоростью, и, значит, впереди все-таки катастрофа. Где искать выход? Первая мысль - попытка остановить процесс, заняться синтезом, связыванием материи из обломков разваливающихся атомов. Но надо честно и откровенно сознаться - это вещь безнадежная. На той стадии процесса, до которой он дошел уже сейчас,- перевести практически в дело миниатюрные работы в Кембридже - невыполнимо. Для этого нужны годы работы. Мы их не имеем. Но если злокачественную опухоль нельзя лечить, ее удаляют прочь. Я именно это и предлагаю: надо выстрелить атомным шаром в небо...
Возгласы недоумения прервали докладчика; зал гудел, как раздраженный улей; сзади кто-то крикнул:
- Бросьте шутки!
Председатель зазвонил и сказал что-то Воздвиженскому, чего не слышно было за общим шумом. Старичок у стола весь взъерошился, задвигался и замахал руками.
- Я вовсе не собираюсь шутить,- закричал он,- вам не угодно аналогий? Давайте говорить прямо. Пока атомный шар на Земле,- с ним ничего сделать нельзя. Следовательно, его надо выбросить туда! - старичок указал рукой на потолок.- Конечно, выстрелить им, как снарядом, немыслимо: он не сможет пронизать атмосферу,- благодаря своей малой плотности. Значит, надо заставить воздух двигаться вместе с ним. Надо создать газовую волну, которая вылетела бы за пределы атмосферы, как солнечные протуберанцы, и вынесла бы вместе с собою атомный шар,вот моя мысль.
- Но позвольте,- закричал кто-то с места,- даже стальные снаряды орудий теряют девять десятых своей скорости благодаря сопротивлению воздуха!
- Да, разумеется,- вцепился Воздвиженский в нового оппонента,- потому что они летят в нижних, плотных слоях его. А с тех пор как немцы догадались под Парижем задирать дуло пушек круче кверху,- их бомбы летели большую часть пути на высоте 30 километров, где плотность воздуха уже ничтожна. И они стали бросать свои снаряды на сотню километров. Мы же будем стрелять вертикально кверху. А во-вторых, речь идет не о бомбе, повторяю, а о сплошной газовой волне и о заряде не в сто-двести килограммов, а в сотни тысяч тонн взрывчатых веществ! Вот тут у меня тоже формулы и выкладки. Цифра получается солидная, но не фантастическая...- Воздвиженский замахал пачкой мелко исписанных листков.
Неистовый шум снова покрыл его слова.
Он постоял несколько минут среди несмолкающего гомона, потом засеменил к своему месту.
Среди общего смятения слово снова взял Дерюгин. Он уже с самого начала, слушая странного старика, почувствовал, как его охватывает бурная радость. Для него стало совершенно ясно: найдено единственно возможное решение задачи.
- Товарищи,- заговорил он медленно, ясным, торжественным голосом,имейте терпение выслушать меня и вдумайтесь в то, что здесь говорилось. Андрей Петрович нашел единственный возможный выход. Вы считаете его идею неосуществимой? Давайте рассуждать. Разве вы не знаете о таких волнах, выбрасываемых за пределы газовой оболочки небесного тела? Профессор упомянул о протуберанцах. Я напомню вам то, что имело место на Земле. Вы знаете, конечно, о катастрофе 1883 г. на острове Кракатау. Во время огромной силы извержения вулкана из кратера его поднялся столб пара и газов на необычайную высоту. Вам должно быть известно, что эта газовая струя достигла верхних слоев атмосферы. Мельчайшая пыль, унесенная ею, была выброшена туда и, оставаясь на такой высоте в течение целого года, окрашивала в пурпуровый цвет небо во время солнечных закатов по всей земле. Вот вам пример нашего земного происхождения.
А теперь несколько грубых цифр. Задача состоит в том, чтобы всю массу воздуха, расположенную над пушкой, поднять кверху, выбросить за пределы атмосферы, то есть произвести некоторую работу. Вес его, приходящийся на каждый квадратный сантиметр поверхности земли, как вам известно, несколько больше одного килограмма. При диаметре пушки в двести метров сечение ее канала получится около тридцати тысяч квадратных метров; возьмем с запасом тридцать пять тысяч.
На такую площадь приходится груз воздуха около 350 миллионов килограммов.
Если считать, что всю эту массу надо поднять на триста километров высота земной атмосферы (это, конечно, преувеличено, так как верхние слои воздуха ближе к этому пределу), то необходимо произвести работу в 350 миллионов, помноженных на триста тысяч метров, то есть около ста триллионов килограмометров.
Между тем один килограмм нитроглицерина при полном сгорании может дать до 730 тысяч килограмометров энергии, а миллион тонн его, как легко вычислить, до 730 триллионов килограмометров, то есть в семь раз больше, чем нужно. Ну, конечно, не вся эта энергия будет использована на работу,много пропадет зря на нагревание воздуха, сотрясение земли и прочее, но если пятнадцать процентов пойдет в дело,- цель будет достигнута. Идея, как видите, в принципе не невозможная. И если вдумаетесь внимательно, то увидите, что и единственная. Или - или. Другого выбора нет!
- Ну, прекрасно,- сказал среди наступившей тишины все тот же протестующий голос,- допустим, что все это так. Но каким же образом вы засадите шар в вашу фантастическую пушку?
- Насколько я понял Андрея Петровича, он имел в виду направить его на приготовленный заряд именно при помощи электромагнитов и взорвать в момент прохождения над ним атомного шара,- ответил Дерюгин.
Старичок стоял на своем месте, одобрительно кивая головою, и вдруг порывисто бросился к столу, схватил руку Дерюгина и стал трясти ее, не находя слов. На глазах у него показались слезы. После этого еще двое профессоров высказались за проект Воздвиженского. Посыпались, конечно, и возражения, на которые отвечали то Андрей Петрович, то Дерюгин, и которые не дали ничего существенного, так как касались второстепенных деталей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
