считать овально-выпуклые фибулы с изображением клешней рака типично корельским украшением. Это, скорее всего, было корельско-емское украшение. За пределами этой территории фибулы типа Н обнаружены в Швеции (Arne Т.J., 1914, fig. 59), в земле ижоры (ОАК, 1907, с. 109), в Орешке (Кирпичников А.Н., 1980, с. 14), Новгороде (Седова М.В., 1981, с. 84, рис. 30, 3), Изборске (Sedov V.V., 1980а, р. 88).
Согласно П.Л. Лехтосало-Хиландер, эти фибулы бытовали с XI по XIII в., а основная масса их была в употреблении в XII в. (Lehtosalo Р.L., 1966, s. 23). Новгородская находка датируется 60-80-ми годами XIII в., тиверская — первой половиной XIV в.
Среди женских украшений корелы широкое распространение получили бронзовые цепедержатели двух типов — биспиральные и ажурные крестовидные (табл. XV, 8). Первые из них нельзя считать собственно корельскими, поскольку в эпоху викингов они были в употреблении в Финляндии и Эстонии (Aspelin J.R., 1880, р. 1487, 1580, 1611; Kivikoski Е., 1973, s. 105, abb. 767) и встречены на Ижорском плато (Спицын А.А., 1896, с. 22, табл. XV, 13), в Новгороде (Седова М.В., 1981, с. 35) и в костромских курганах. Зато ажурные крестообразные цепедержатели можно считать типично корельскими. Регион их распространения ограничен Карельским перешейком и регионом Миккельских озер.
Бронзовые копоушки с овальным пластинчатым расширением в средней части, ушком вверху и узким ложкообразным завершением внизу (табл. XIII, 2, 4, 5) являются типично корельскими. Пластинчатые расширения украшены обычно аканфовым, растительным узором или плетеным орнаментом. Реже встречаются копоушки с ажурными расширениями. Распространены эти предметы исключительно в западном Приладожье и в регионе Миккели.
Шумящие привески-пронизки в виде буквы Ф (табл. XV, 6, 14, 20) характерны для многих финно-угорских племен. Они широко представлены в памятниках Прикамья (Спицын А.А., 1902, табл. X; Савельева Э.А., 1971, табл. 36, 19, 21), в земле веси (Голубева Л.А., 1973, с. 42, рис. 5, 2). В небольшом числе они найдены в памятниках Карельского перешейка и в регионе Миккельских озер.
На основе охарактеризованных украшений, в большей или в меньшей степени являющихся этнографическими для этого племени, можно очертить территорию расселения корелы. В XII–XIV вв., к которым относится множество погребений рассматриваемых могильников, основным регионом корелы было западное и северо-западное Приладожье. Южной границей расселения этого племени оказался северный берег Финского залива. На западе рубежом корелы был бассейн р. Вуоксы. Отчетливой северо-западной границы корельского расселения, очевидно, не было.
В восточной Финляндии (Саво), вблизи Миккели, по-видимому, корела перемешалась с емским населением. Здесь в могильниках найдены многие вещи, аналогичные корельским, в том числе украшения этнографического характера. Таковы подковообразные пластинчатые и выпуклые фибулы, орнаментированные рукоятки ножей, черепаховидные фибулы типов С2, F1, ажурные крестовидные цепедержатели и бронзовые копоушки. Таких предметов здесь довольно много, что свидетельствует не только о том, что область Саво входила в орбиту корельской культуры, но и о наличии здесь корельского населения.
Однако невозможно согласиться с теми исследователями, которые относят область Саво целиком к корельской территории. Наряду с типично корельскими украшениями в могильниках этой области постоянно встречаются вещи емских типов. Таковы, в частности, названные овально-выпуклые фибулы типов C1, E, G, J. Финляндские археологи указывают на отличия в способах крепления бронзовых спиралек к ткани женской одежды у того и другого населения, отсутствие в женском наряде региона Миккели характерных застежек для волос. Самым важным является то, что погребальный обряд средневековых могильников этой области заметно отличается от корельского. Здесь отсутствуют каменные вымостки, обозначающие погребения, нет характерных для корелы погребальных срубов. Очевидно, область Саво была заселена корельско-емским населением, может быть, при преобладании корельского в отдельных местах этой территории.
Основным типом поселений корелы как во второй половине I тысячелетия н. э., так и в первых веках II тысячелетия н. э. были селища. К сожалению, эта группа памятников археологии остается неизученной. Такие поселения корелы известны пока по исследованиям городищ, возникших на месте неукрепленных селищ. Одно из них — у Куркыйоки в Лопотти, раскапывавшееся траншеями Я. Аппельгреном (Appelgren Hj., 1891, s. 150). Здесь в северной части будущего городища выявлены материалы XI–XII вв. По-видимому, тогда же было заселено всхолмление на южной стороне залива Хямеэнлахти в 5 км от Куркийоки, которое позднее было укреплено (Appelgren Hj., 1891, s. 126–136), а также место, где впоследствии стоял город Тиверск (Tallgren А.М., 1931b, s. 197, 198). Кажется, что большинство поселений XII–XIV вв. расположено на разрушенных памятниках X–XI вв.
1. Украшения ливов XI–XII вв.
Булавки с ажурной головкой (Джикли): нагрудное украшение с цепочками (Айзкраукле); фибулы (Лиелварде, Кандава); цепедержатель, подковообразная застежка и браслет (Даугмале); шейная гривна (Джикли).
2. Бронзовые привески веси XII в. (Несреднево I).
3. Фибула корелы (Паасо).
4. Бронзовая фигурка коня. Верх-Саинский могильник. IX в.
5. Изделия из кости. Городище Иднакар. X–XII вв.
6. Бусы из сердолика, янтаря и стекла. Верх-Саинский могильник. IX в.
7. Бронзовая привеска. Дубовский могильник. X в.
8. Костяной гребень. Городище Иднакар. X–XI вв.
9. Бронзовая привеска. Дубовский могильник. IX в.
10. Бронзовая привеска-уточка. Могильник Крохинские Пески (Белоозеро). XI–XII вв.
