– Точно, – согласился Колин.
– Что еще я должна знать про нынешнего Колина? – спросила она, за чем последовал неспешный разговор о жизни в Роли, о дружбе с Эваном и Лили. Колин рассказывал про родителей и старших сестер, про то, каково было расти под присмотром многочисленных нянь, про детские драки, в которых он участвовал, про школы, в которых учился, про годы после выпуска, хотя он и признал, что они, в общем, мешались в его сознании. Он рассказал про Ассоциацию смешанных боевых искусств, а когда Мария настояла, поведал о некоторых памятных поединках, в том числе о недавнем бое с морпехом, наставившим ему синяков. Хотя Колин старался сглаживать острые углы, услышанное все-таки соответствовало тому, что Мария и так уже знала.
За разговором они не заметили, как начал подступать прилив, подгоняя доски. Солнце постепенно клонилось к горизонту, вода сверкала, как начищенная монетка. Небо затянули тонкие облака, смягчив неумолимый жар, и все вокруг стало менять цвет, становясь розовым, оранжевым, лиловым.
– Поплыли на остров? – наконец спросила Мария.
Колин кивнул. Пока они гребли к берегу, Мария заметила блестящие черные спины трех черепах, которые плыли навстречу. Их панцири виднелись из воды. Когда Мария указала на них, Колин широко улыбнулся. По молчаливому согласию они перестали грести, позволив доскам дрейфовать на волнах. К удивлению Марии, черепахи изменили курс и направились к людям. Девушка инстинктивно взяла фотоаппарат и принялась делать снимки, меняя план и ракурс с каждым кадром. Каким-то чудом ей удалось запечатлеть всех трех черепах, прежде чем они проплыли мимо единым строем, разбрызгивая воду из дыхал, так близко, что она могла к ним прикоснуться. Мария повернулась, наблюдая за тем, как черепахи плыли к выходу из бухты, в океан. Интересно, что привело их сюда именно в этот момент?
Когда черепахи наконец скрылись из виду, она заметила, что Колин смотрит на нее. Он улыбнулся, и Мария машинально подняла фотоаппарат и сфотографировала его, вспомнив, каким беззащитным он казался несколько минут назад. Несмотря на внешнюю уверенность, которую источал Колин, девушка понимала, что он тоже искал поддержки, ведь он, как и она, по-своему был одинок. Мария почувствовала щемящую тоску и вдруг подумала, что они одни на целом свете. В ту минуту она поняла, что хочет провести с Колином как можно больше вечеров, таких, как этот – самый обычный вечер, который отчего-то казался ей волшебным.
Глава 7
Колин
На пляже Колин сел на полотенце рядом с Марией, стараясь не обращать внимания на то, как она выглядела в черном бикини, до этого скрытом под одеждой. Вчера он смотрел на нее как на необычную незнакомку, но сегодня стал видеть в Марии друга. И теперь он мог предположить, что будет дальше. Черное бикини мешало собраться с мыслями. Колин решил, что Мария не просто хорошенькая, а потрясающе красивая. Он чувствовал, что за день между ними что-то изменилось, но никак не мог понять, что именно.
У него было мало опыта общения с такими женщинами, как Мария. У девушек, с которыми Колин встречался, вместо университетских дипломов и дружных семей были многочисленные татуировки, пирсинг, дерзкие лица и серьезные комплексы. Они ждали, что с ними будут грубо обращаться, и он, как правило, соответствовал ожиданиям. Отсутствие иллюзий относительно друг друга создавало нечто вроде зоны комфорта. Сомнительного комфорта, конечно, но беда никогда не приходит одна. Только одна или две девушки продержались с Колином дольше трех месяцев, но, в отличие от Эвана, он никогда и не стремился к тому, чтобы надолго связать свою жизнь с одним человеком. Он был другим. Ему нравились свобода и отсутствие ответственности. Колин едва мог разобраться со своей жизнью, не говоря уж о том, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.
Ну или, по крайней мере, он так всегда считал, но теперь, украдкой восхищаясь Марией, Колин подумал, что, наверное, просто искал отговорки. Возможно, стабильные отношения его не интересовали, потому что у него никогда их не было и он не знал, что это такое, ну, или потому что он не встретил подходящую девушку. Колин знал, что опережает события, но не мог отрицать, что ему хотелось проводить больше времени с Марией. Он решительно не понимал, отчего она до сих пор одна. Колин убеждал себя, что она, уж конечно, не заинтересуется таким парнем, как он.
И все-таки…
В клинике он много времени проводил на сеансах групповой терапии, где основной задачей было выяснить, каким образом и почему люди сходятся. Понять других значило понять себя, и наоборот, и Колин давно изучил язык жестов и интонаций людей, выказывающих свои страхи, недостатки, сожаления. Хотя у Колина не получалось до конца разгадать Марию, он подозревал, что происходящее смущает девушку ничуть не меньше его. И неудивительно. Хотя он и старался держаться, Мария понимала, что перед ней прежний Колин. Это кого угодно бы смутило. Черт возьми, и его самого смущало. Взрывной темперамент Колина дремал, как медведь в спячке, и он знал, что обязан определенным образом выстраивать свою жизнь, чтобы весна никогда не наступила и медведь не проснулся. Побольше тренироваться, чтобы держать ярость под контролем, и время от времени участвовать в соревнованиях, чтобы давать выход агрессии. Усердно заниматься, много работать, чтобы оставалось меньше свободного времени на посещение неподходящих мест. Держаться подальше от наркотиков и ограничить употребление спиртного. Общаться с Эваном и Лили, которые были не только образцом для подражания, но и всегда оказывали Колину поддержку, не позволяя впутываться в неприятности.
В его жизни не было места для Марии. И времени. И сил.
И все-таки…
Они сидели одни на безлюдной полоске песка, и Колин вновь подумал, что Мария чертовски сексуальна. По логике вещей, девушка давно должна была сбежать, но она, казалось, спокойно восприняла его прошлое, и какие бы усилия Колин ни прилагал, он не мог перестать думать о ней.
Он увидел, как Мария, озаренная лучами вечернего солнца, откинулась назад, опираясь на локти, и вновь подумал, что она неотразима. Чтобы отвлечься, Колин перекатился на бок и протянул руку к холодильнику. Подняв крышку, он достал две бутылки воды, подал одну Марии и спросил:
– Банан или апельсин?
– Банан, – ответила Мария и села, томная и изящная. – От апельсинов руки будут липкие.
Колин вручил ей банан и достал два пакетика с орехами.
– Хочешь?
– Не откажусь.
Мария взяла пакетик и сунула в рот пару миндальных орехов.
– То, что нужно, – сказала она, подмигнув. – Прямо-таки чувствую, как снижается уровень холестерина и растут мышцы.
