съехала и не брала трубку? Я не вижу других причин.
— Я тоже. Ладно, сейчас схожу в кадровый отдел — может, они чего подскажут… Рит, можешь кое-что для меня сделать?
— Все что угодно.
— Позвони ему, спроси, какого черта происходит. Меня он заблокировал.
— Вот же придурок! — воскликнула Марго. — Сейчас позвоню. Подожди буквально пять минут, я сразу тебе наберу, как все узнаю.
Лика ждала у окна не больше пяти минут, но это показалось ей вечностью. Она нервно теребила ремешок от сумки и шуршала пакетом с продуктами, чтобы не слышать собственного сердцебиения. Казалось, сердце вот-вот выскочит из груди. Наконец Марго перезвонила.
— Лик, — упавшим голосом сказала она, — он реально перевел тебя на четырнадцатый этаж. Говорил таким тоном, будто я ему враг. Он на что-то очень зол, но я понятия не имею, на что именно. Может, Смагина что-нибудь ему о тебе наплела? Надо будет об этом поразмыслить…
— Почему? — спросила Лика. — Почему он меня перевел? Он сказал?
— В том-то и дело, что нет. На все мои расспросы Витюша жестко ответил, что это не моего ума дело. Я обалдела от такого тона… Тебе он посоветовал привыкнуть, что теперь твое рабочее место в архиве на четырнадцатом этаже, и к нам заявляться не надо. Так и сказал. Я спросила, когда он приедет на работу. Сказал, что сегодня его не будет — у него плановый объезд объектов. После этого просто отключился, даже не попрощавшись… Я в шоке. Лика, слушай, ты, главное, не впадай в панику, я сейчас пошуршу по отделу, постараюсь выведать, какого лешего творится. Как будет информация, сразу перезвоню. Не нервничай раньше времени, поняла меня?
— Да, ага, — отсутствующим тоном отозвалась Лика. — Я пока схожу в кадровый отдел… Спасибо, Рит.
У нее все плыло перед глазами. В висках стучали отбойные молотки, в ушах звенела фраза: «Теперь твое место в архиве на четырнадцатом этаже…»
Глава 27
Лика с опаской ждала, когда лифт доедет до четырнадцатого этажа. Не сводя глаз, следила, как по возрастающей меняются красные цифры на маленьком дисплее.
«Это просто немыслимо! — думала она. — Прошло всего две недели после нашего расставания, а он уже вычеркнул меня из своей жизни и отправил работать в архив как расходный материал. Как так? Устал от меня, разлюбил? Или тут что-то ещё? Или кто-то…»
Наконец лифт слегка дрогнул и остановился. Двери открылись, и перед Ликой образовался длинный белый коридор.
— Это, блин, какая-то Матрица… Где тут архив? Какая дверь?
Лика была обескуражена. Белый коридор петлял и образовывал ещё множество таких же безликих коридоров со множеством одинаковых дверей. И никаких тебе опознавательных знаков или табличек. Она постучалась в первую же дверь, но ей никто не ответил, а на проверку дверь вообще оказалась заперта. Девушка постучалась в следующую — и то же самое.
— Да какого черта!
Лику уже начала раздражать вся эта ситуация. Может, это какой-то пранк, и сейчас изо всех углов с хохотом выскочат люди?
Она зашагала по коридору, сворачивая в разные ответвления, и каждый раз обнаруживала очередную запертую дверь. Вконец взбесившись, Лика решила была вернуться к лифту, но поняла, что заблуилась. Вдруг ее кто-то окликнул.
— Анжелика Андреевна, заплутали?
Девушка обернулась на голос и увидела Валентину Демьяновну. Это была женщина неопределенного возраста — от 36 до 55. Ее голова с копной фиолетовых, забранных в высокий пучок волос, выглядывала из дверей безликого кабинета.
— Вам сюда, — с этими словами фиолетовое чудо исчезло за дверным косяком.
Пожав плечами, Лика двинулась туда, откуда только что торчала фиолетовая башня. Что удивительно, на двери имелась золотистая табличка с надписью «Архив». Девушка была готова биться об заклад, что уже проходила здесь и наверняка бы заметила табличку, если бы она была, но это казалось абсурдом.
«Не думаешь же ты, что Валентина только что прибила табличку к двери, дабы ты засомневалась в своем здравом рассудке? Успокойся и заходи».
Лика вошла в кабинет, где, как и в белоснежном коридоре, царила гробовая тишина. Она аж звенела в ушах. Впереди был еще один небольшой коридор. Пройдя по нему, девушка оказалась в огромном помещении, доверху заполненном металлическими стеллажами. На них покоились коробки для документации и папки, папки… тысячи папок. Пространство освещалось лишь искусственным светом, окон в архиве не было.
— Анжелика Андреевна, проходите сюда, — донеслось откуда-то слева, — мы вам тут рабочее место выделили.
Лика пошла в направлении голоса, обходя высоченные стеллажи. Еще пара шагов, — и перед ней открылось свободное пространство, оазис среди бумажной пустыни. Судя по письменным столам и людям, сидящим за ними, это и была рабочая зона архива. Выйдя на пятачок, который образовывало четыре стола, стоящих перпендикулярно друг другу, Лика ощутила на себе взгляды четырех пар глаз. Точнее, десяти пар, если считать очки. Все работники оказались женщинами. И за другими столами тоже.
— Здравствуйте! — с опаской поздоровалась Лика и даже слегка поклонилась.
Ни одна из четырех женщин не поздоровалась с новенькой. Все просто молча спрятались за мониторами и, склонив головы, дружно застучали по клавиатурам.
«А почему на входе было так тихо? По идее, здесь должна быть акустика похлеще, чем в оперном театре. А еще интересно, зачем им компьютеры в этом бумажном царстве? Рубятся во что-то?»
На патачке возникла Валентина. Она была подобно скале с фиолетовой вершиной или дубу с фиолетовым гнездом. Девушка никак не могла отвести взгляд от этого изваяния на голове у новой начальницы.
«Не может быть, что еще остались люди, кто красит волосы в фиолетовый… — мысленно изумилась Лика. — Это же двадцать первый век… Хотя, с другой стороны, кому-то в двадцать первом веке ведь пришло в голову выделить целый этаж для хранения тонн макулатуры. Ладно, похоже, здесь просто своя атмосфера. Надо привыкать».
— Компьютером пользоваться умеете? — Не дождавшись ответа, начальница указала вправо, где стоял свободный стол с расшатанным офисным креслом. — Присаживайтесь, я вам покажу программу архивную, в которой мы работаем.
Едва Лика дотронулась до накренившегося кресла, как оно издало то ли скрип, то ли плач, то ли мольбу о помощи. Усевшись, девушка обнаружила перед собой компьютер. Точнее, его подобие. Это была реликвия, настоящий Бронтозавр в мире электроники. Причем, на реликвию тянули все его элементы: и системный блок, и монитор, и даже клавиатура с мышью. Лика билась об заклад, что у последней на дне можно обнаружить шарик.
«Шариковая мышка! Саттаров, будь ты проклят!»
— Ну вы чего, Анжелика Андреевна? Скорее включайте его.
Дрожащей (но вовсе не от трепета) рукой
