исчезает в вспышке багрового, а остальные начинают разлетаться испуганными куропатками. В этот момент я умудряюсь попасть этой гадине по голове куском своей слизи. Машку закручивает кверх тормашками, но она тут же начинает дуть огнём. Приблизиться нельзя. Сволочь.
Черт, мне её нечем атаковать! А моя подмога-страховка что-то не спешат показываться на свет!
Видимо, придётся менять тактику. Заведу это чудовище поближе к порту назад, а затем попробую атаковать, чтобы задержать её хотя бы на несколько секунд на одном месте. Если это не сработает… но сначала надо разозлить.
Пока она лихорадочно счищает слизь с глаз, я превращаю себя в гигантского паука-сенокосца, с длинными тонкими «ножками», которыми и тыкаю Машундру с разных сторон. Часть объёма тут же теряю, потому что она дышит пламенем как дракон, одновременно еще и сжигая одну из «ножек» дезинтеграцией, только вот отнестись серьезно к этой атаке Машка не относится, что, в принципе, совершенно верно — она «чистая», я не могу её повредить.
…зато могу засунуть выжившие две «ножки» прямо хорошо так внутрь, а затем еще и слизи нагнать, сколько успею!
Знаете, а ведь так, нехило успел. В основном за счет того, что такого она никогда не ожидала и уж точно не ощущала.
— Выкуси силы аниме, сучка, — пробурчал я, собирая уцелевшие обрывки в общую свою массу.
Никаких шансов на то, что держащаяся сейчас за рот и задницу неогенка смотрела в своей жизни хоть что-нибудь из шедевров аниме или хентая, не было совершенно, но её дико ошарашенный вид человека, внезапно осознавшего себя на девятом месяце беременности, согрел мне душу. Конечно, за эти две-три секунды можно было не страдать излиянием слизи, а всласть побултыхать её потроха, но «чистая» бы оправилась секунд за десять, отпугивая меня своими способностями. А вот донорство слизи? Это другое.
А потом мне пришлось жарко. Не просто жарко — а вообще, потому как своим маневром я задел все до единой струнки души этой дуры, которая, начав изливаться спереду и сзаду в произвольном темпе, приступила к моему убийству… всерьез.
Отрастив из пальцев ног и рук полутораметровые синие энергетические когти, Машка разразилась матерным мычанием и принялась за мной гоняться!!
За вами когда-нибудь гонялся телепортатор?
Рванув зигзагами к городу, я начал демонстрировать вообще запредельные вещи. Теперь уже не было простой эквилибристики, было жонглирование «ядром» массы, которое я перетаскивал по собственным «щупальцам». Каждый рывок пузатой Машки, издающей неприличные горловые звуки и плюющейся слизью с двух концов, заканчивался моей частичной нарезкой.
…и не только моей. Одним из махов ручками, дурная баба отхреначила себе родную ногу, после чего, зависнув в воздухе, злобно булькнула нечто матерное, а потом таким же движением, но другой рукой, отрезала и оставшуюся!
За вами когда-нибудь гонялась по воздуху безногая беременная телепортатор?
— А я думал, что ты не знаешь аниме… — пользуясь отсутствием легких, пыхтел я, выделывая чудеса на виражах прямо над портом, — А ты у нас, оказывается, специалист по гуро…
Машка продолжала булькать, плеваться и преследовать, как меня внезапно осенило — а когда безногая доплюётся? Я еле-еле сейчас от её когтей уворачиваюсь, а если она снова огнём начнет?!!
У меня просто не было иного выхода, как кинуться на неё в атаку. Безумную, бесшабашную, расплетаясь на несколько десятков туманных «щупалец»-тросов, нацеленных лишь на одно — воткнуться, добавить слизи, купить время! И она, увидев моё внезапное приближение, судя по всему, полностью поняла смысл этого маневра! Моментально! Глаза у безногой пузатой женщины стали почти квадратными!
Замычав, она подняла руки, а её длинные когти окутались дополнительной энергией от какой-то способности!
Только мне уже было плевать. Понимаете? Целиком и полностью. Я просто не переживу сейчас поджарку от неё! Никак!! Нужен второй заход!!!
…и на этот раз я попал сразу в семь подходящих отверстий…
Пусть разрываемый на части враждебной энергией, но попал! Засадил прямо от души, сколько смог!
И…
В нас, слившихся в противоестественных объятиях, попали чем-то мозговыносяще мощным!
Колоссальная вспышка, а затем — тьма.
Только вот это было совсем не забвение и не потеря сознания. Мне было невероятно хреново и очень-очень странно, мысли путались и обрывались, прямо как тогда, совсем недавно… но тем не менее, я чувствовал, понимал и осознавал себя. Мог немного двигаться. Но где? Как? С этим были большие проблемы. Еще большие были с тем, что я был разделен. Еще большие? Тьма мешала мне воссоединиться, она не была однородной. Она была тесной, упругой и неподатливой. А еще она шевелилась.
Осознавать всё это мне было нечем, саму концепцию «я» улавливал лишь за счет предыдущего опыта, непрестанно орущего держаться за это чувство всем, что есть! А еще бороться. Искать выход изо всех сил. Соединить себя. Получить больше себя, стать более цельным. И я боролся. Щупал, пробивался, протискивался, продавливал. Не останавливался ни на секунду, собирая всего себя.
Затем, собравшись, став сильнее, умнее и больше, я принялся искать выход. Нет, не искать. Пробивать его.
Я выберусь на свободу, найду выход. Выскочу из одной тьмы, в другую, не такую и темную, но лишенную каких-либо преград. Свободное место, в котором можно будет двигаться много и свободно. Поэтому я убегу. Сначала куда-то в неизвестность, а затем вниз, под поверхность земли. В другую тьму, с другими её ограничениями, но и с обещанием безопасности, покоя, исцеления. Почти бездумно, я буду двигаться в своем новом пространстве, менять местоположение, расти. Исцеляться и восстанавливать разум.
Пока, собственно, не восстановлю.
Затем, съежившись в каком-то тупике канализации, я начну вспоминать всё, что было перед тем, как я в неё попал. Плавучий энергоблок. Нашу засаду. Появление Машки. То, как она меня гоняла. То, как я устроил ей один неприятный сюрприз, а чуть позже, из отчаяния, второй, с куда большими последствиями. Вспомню, как расширились её глаза, как она вскинула свои когтистые руки, активируя способность, очень похожую на силовой щит или что-то вроде этого. Как я, от этого её резкого жеста, так отличного от прошлых попыток меня растерзать, напрягусь и вдавлю еще большую часть себя внутрь неё.
Только вот её защиты будет недостаточно, потому что взрыв, которым нас накроет, снесет эту защитную пленку, а заодно — снесет и меня, развеет в раскаленном ветре, превратит в ничто.
Но не всего.
Часть уцелеет. Та часть, которая будет находиться в летящей к земле Машундре, страшной, обгоревшей дочерна, без глаз и рук, едва-едва живой. Но «чистая» выживет, а вместе с ней выживу и я. Правда потом, практически сразу по прилёту, Машка наверняка пожалеет о том, что выжила, потому что я начну своё победное слияние и шествие внутри её тела. Не соображая, что делаю, я всё-таки вырвусь из неё и убегу.
Вспомнив, я превращусь в человека, сидящего в колодце и съежившегося в три погибели. Меня будет трясти. Не сколько от холода, неприятных ощущений или вони, сколько… от воспоминаний. Будет зверски хотеться курить.
А еще забыть.
И развидеть.
Не так я себе всё это представлял, ох не так.
Глава 13
Как живой
— А ты ведь не человек, — задумчиво произнес Михалыч, отпивая настолько крепкого чифира, что даже я бы поостерегся глотать эту черную жижу. Ей можно было дубить шкуры мамонтов и травить тараканов, наверное. А может даже перекрестить блондинку в брюнетки, навечно.
— Я тебе еще позавчера сказал, что неосапиант, — хмуро пробормотал я, тщательно инспектируя окно в хате того самого Михалыча на предмет щелей и сквозняков, — Ты ж вроде слепой, слух должен быть хороший?
— Да не, — досадливо жмурясь, отмахнулся слепой старик в продавленном кресле, вновь отхлебнув своей жуткой жижи, — Я не про то…
С Михалычем мы познакомились чисто случайно. Я неторопливо чесал в глубокой ночи по пригороду Мурманска, понятия не имея куда податься и что делать, а дед, мучимый бессонницей, вызванной переизбытком чифира, курил свежий воздух у себя на пороге. И, каким-то образом почуяв меня, поинтересовался — не поможет ли калика перехожий слепому порядок навести? А то вчера полка бабахнулась, а сын, как назло, в Калуге задержался. Зазноба у него болеет. Вот и… подзадержался я у этого самого Михалыча.
Тот против совершенно не был. Мягко выражаясь. Ну а что? Я мог пролезть куда угодно, оценить изношенность любого внутридомового объекта, а потом даже его подправить! Даже вон,
