ей обязательно займемся потом. Жаль, что Седнеш и Юрак больше не в нашем распоряжении. Нам обязательно нужно будет посетить сектантов, которые развернули торговлю, и помочь им осознать, что торговля такими вот гадостями может быть смертельно опасна для их здоровья.
Илор и Джоан отреагировали с большим энтузиазмом. Тех, кто продает такие ритуалы, им хотелось наказать не меньше, чем мне.
Перешли в кабинет кланлидера. Моя жена впервые поприсутствовала при том, как я вскрываю настоящий тайник, тренировки не в счет. Пришлось ее предупредить, что, поскольку клан не очень сильный, то и тайники защищены по достаточно простой схеме. Чтобы она не вообразила, что способна теперь сама где угодно взламывать тайники. Джоан согласно закивала, скривив губы при виде скромной добычи. Тысяч десять золотых монет да копия той самой некромантской книги, в которой описывался ритуал с жертвоприношением, которую жена кланлидера купила у зарубежных сектантов.
В подземелье проникли, использовав зелье с саграссиксом, позволяющее подружиться с родовым камнем, и подстраховавшись артефактом, блокирующим запись всего происходящего. Раньше я планировал уничтожить родовой камень, но теперь это необязательно — его все равно заберет Королевский корпус стражей.
Поэтому мы занялись делом — принялись энергично вскрывать тайники. В обоих нашлось еще золотых монет и всякого другого добра тысяч на тридцать пять золотых монет. В точности как и говорил кланлидер. Члены клана слишком мало занимались охотой, будучи увлечены своими безумствами на почве некромантии, так что больших накоплений у клана не было.
Ну а затем пришло время избавиться от четырех членов клана, знавших слишком опасную для мира тайну. Пошли по комнатам. Сначала Илор просачивался сквозь дверь, оценивал обстановку и по возвращении докладывал нам, затем я тихо открывал замок, и мы забирались внутрь. Илор обращался в каракета и убивал клешнями каннибала, я вырубал и связывал его спутницу, Джоан нас подстраховывала на случай, если у одного из нас что-то не получится. Хотя, конечно, Илор в обличье каракета делал любое сопротивление бесполезным… Монстр такого размера еле вмещался в просторных комнатах, производя совершенно сногсшибательное впечатление…
Убили так двоих слишком хорошо информированных членов клана, а с двумя последними, это оказались муж и жена, стратегию изменили. Пробудили обоих, и первое, что они увидели, это клешни каракета на своем горле. От них я потребовал письменные признания в том, что творил их клан, и они особо и не сопротивлялись моему требованию, шеями ощущая бритвенную остроту клешней огромного монстра.
Долго Илор в форме каракета быть не мог, так что мы завязали им глаза, связали руки, а у шеи держали ножи в тех же местах, где раньше их касались клешни каракета. Вся их магия была бесполезна против такого монстра, и они это прекрасно знали… С завязанными глазами они были уверены, что он по-прежнему держит свои клешни у их шей и за доли секунды может их обезглавить. Не хотелось оставлять их без повязок, давая увидеть во время допроса, как каракет внезапно превращается в обычного человека, — пленники могли осмелеть и попытаться поднять шум, предупредив остальных членов клана. Два мага, еще и муж с женой, да в такой ситуации — вполне могут создать проблем, если решат, что есть хоть малейший шанс уцелеть… Или попросту желая поднять тревогу, чтобы остальные члены клана за них отомстили.
Они попытались, правда, вымолить жизнь, но я спросил их — хотят ли они живыми попасть в руки Королевского корпуса стражей, после всего, что натворили? Как им понравятся многочасовые пытки в подвалах, а потом изощренная казнь на площади на потеху толпе? Тогда они поняли, что я прав, и вымолили у нас в обмен на признание жизнь своих детей, девочки и мальчика шести и восьми лет. Я дал клятву, что мы их не убьем и не передадим в руки Королевского корпуса стражей, и вот тогда они и признались во всем. В том числе и в том, что формула ритуала известна еще одному человеку — как оказалось, они буквально на днях приняли в клан нового члена, мага одиннадцатого уровня, как раз в обмен на эту формулу. Он еще не успел приехать в клан, пакует свои вещи в провинциальном городке в сотне километров от столицы. На мой логичный вопрос, почему об этом не знали кланлидер и его жена, они ответили, что случайно с ним познакомились недавно и решили подтянуть его в клан, чтобы усилить собственные позиции. Право вербовать и принимать в клан новых членов у них было.
Я подумал, что эта честолюбивая парочка, хоть и не сказала об этом, вполне могла строить планы по захвату власти в клане в будущем. Когда еще не знала, что наше появление все эти планы разрушит.
Взяли точный адрес, и Илор сам вызвался слетать и покончить с новичком, как только тут закончим. Такие энтузиасты нам живыми в Аргенте не нужны…
Чтобы взять у них письменные признания в зверствах клана, сажали по одному за столик в углу, развязывая руку, которой они писали признания, и прорезая повязку на глазах таким образом, чтобы получалось что-то вроде шор, с узким полем зрения. Затем, словно невзначай, давали взглянуть на обращавшегося вновь в форму каракета Илора, после чего я лично диктовал им текст, который надо написать. Сломленные присутствием высшего монстра пленники делали все, как я говорил.
Когда закончили, Илор снова обратился в каракета и снес им головы молниеносными ударами клешней. Я тут же закинул трупы в пространственное хранилище — по моему плану для Королевского корпуса стражей они должны остаться живыми… Туда же последовал и ковер с брызгами крови.
— Тьфу! — сказал Илор, обратившись вновь в человека. — Такие прямо образцовые родители, так заботятся о своих детях! И совершенно плевать на тех подростков, которых принесли в жертву своему родовому камню, и на ставших сиротами детей тех магов, которых убили и сожрали.
— Тем не менее обещание мы выполним. Только вот не знаю еще, куда пристроить этих детей?
— Они дети магов, высока вероятность, что сами станут магами. Таких детей охотно усыновят в любом провинциальном клане, не задавая лишних вопросов…
— Тоже верно. Поручим эту задачу нашему юристу, он быстро организует этот процесс.
Дети мирно спали в соседней комнате, что тоже объясняло покорность их родителей-монстров. Прекрасно понимали, что если бы попытались вступить в сражение, то каракет разнес бы и соседние комнаты тоже, убив при этом их детей. Пришлось вставить им кляпы, завязать глаза и связать, чтобы не шумели. Впервые
