своим спокойствием и некоторой флегматичностью сможет выдержать её вредный характер.
Поделив остальных, развернул добытый в архивах магистрата план уничтоженного квартала и, достав перо, принялся цифрами обозначать участки, тут же, чтобы не забыть, подписывая имена закреплённых за ним студентов.
У нас было двадцать пять студентов, моя адъюнкт и я, поэтому после разбивки на пары остались я, Ланика и Авсан. Сын Ясулы чувствовал себя слегка не в своей тарелка, косясь на Сильф, но я всё равно поставил их вместе, ничего, поработает с ней в паре.
Сам я остался один, но мне было не привыкать, тем более, в первую очередь собирался заняться выяснением причины, почему на Плеши за триста лет ничего не выросло и расти не собирается, а не раскопками.
Но тут, меня, когда я уже собирался пойти распределять народ по участкам, отвлёк Бари.
— Профессор, — подойдя вместе с Айной, он как-то немного неуверенно попросил, — разрешите нам с вами, вы один, а я бы хотел помочь в раскопках.
— Вот как? — брови мои взлетели вверх, — ну, если и Айна не против, то пожалуйста. Айна?
Айна, как-то странно косясь на напарника, кивнула:
— Я не против.
— Ну, тогда держитесь рядом.
Идя с планом и расставляя пары, я только мысленно покачал головой. Не ожидал, честно признаюсь. Бари ведь мог провести время вдвоём со своей девушкой, пусть не совсем наедине, но уж точно не боясь, что их разговор подслушают, точки раскопок отделяли друг от друга десятки метров, но он решился работать с преподавателем. Это что, учёба для него важнее романтики? Гормоны-то в теле бушуют, любовь, амор и прочие кружащие молодую голову вещи витают в воздухе. Перебороть их, тут надо иметь силу воли. Вновь парень смог меня удивить.
Распределив двойки по участкам, мы втроём подошли к месту, с которого я собирался начать изучение. Неподалёку располагался монумент, на чьих гладко отполированных сторонах были высечены имена. Особого дела до давно умерших людей нам не было, потому, оставив его на потом, я начал с обхода периметра школы, внимательно осматривая всё в магическом зрении. Возможно, где-то под нами, на уровне прежней поверхности, находился какой-то амулет или артефакт, ставший причиной катастрофы. Здание школы напоминало о себе едва видимым на земле контуром из камней, и вдоль него я сканировал местность особенно тщательно.
— Профессор, — идущий следом Бари, негромко меня окликнул.
— Да? — не поворачивая головы, переспросил я.
— Когда нас всех усыпили эти бандиты из кирианской диаспоры, почему они не усыпили вас?
Остановившись, я задумчиво обернулся. Мой лучший студент снова задал правильный вопрос. Похоже, события ночи, которые он пропустил, до сих пор будоражили его беспокойную натуру. Впрочем, божественный меч я ему вручил не только за своё спасение. Скорее за настойчивость и упорство. Вот и сейчас он ждал от меня ответа, и было понятно, что общими фразами отделаться не получится. Врать тоже было неприемлемо. Какой я тогда, к чёрту, преподаватель?
— Они не усыпили меня, потому что хотели убить. Меня спасло то, что я пил божественную амброзию, и яд не смог до конца подействовать, — со вздохом ответил я.
— А потом вы их сожгли?
— Да, — лаконично произнёс я, не слишком желая распространяться о случившемся дальше.
— Просто, я слышал разговор пары стражников, что было несколько трупов, которые увезли, и все они имели страшные раны, словно на них напал какой-то зверь.
А ещё Бари был потрясающе въедливым юношей. Хорошее качество для учёного мага, спору нет, но в такие моменты, как сейчас, я слегка жалел об этом. Но ответил, неохотно, конечно.
— Яд на время блокировал способность колдовать, пришлось руками.
— А как? — тут же живо поинтересовался Ботлер, — научите!
— Зачем тебе это? — я вздохнул, — поверь, ничего приятного в этом не было. Будь у меня магия и не будь настолько безвыходной ситуации, я бы этим не воспользовался.
— А вдруг у меня тоже когда-нибудь наступит такая безвыходная ситуация?
Я открыл рот, чтобы ответить, но подумал и закрыл. Парень-то прав. Исключать подобное нельзя. В мире, где маги — обыденность, средства против магов, лишающие их магической силы, тоже имеют место быть. Имею ли я право скрывать от них, вероятно, единственную возможность сохранить свою жизнь, если они останутся без магии? И вновь, как преподаватель, я не смог ему отказать. Нюанс был лишь в том, что я и сам толком не знал, как работать с магией, которая Ки. Той ночью всё происходило само собой, на автомате.
— Это не так просто, Бари, но я попытаюсь вас научить. Есть методика использования своего магического ядра не для сотворения заклинаний, а для подпитки своего тела. Усиления своей скорости, силы, восприятия. Удары, усиленные внутренней магией, могут пробить даже каменную стену… — тут я усмехнулся, — но при этом надо не забывать, что твоя кожа, кости и мясо хоть и усилены, но не становятся неуязвимыми. Можно серьёзно поломаться.
— А, так вы про ОБМ? — интерес, горящий в глазах парня, чуть потух, а в голосе появились еле слышные нотки разочарования, — мама рассказывала, их в Легионе подобному учат.
— Чему учат? — переспросил я.
— ОБМ, — оборона без магии, — пояснил юноша, — но там степень усиления и длительность зависят от объёма магического ядра, мама сказала, что есть смысл изучать только тем, кого отобрали на службу, обычным магам смысла нет изучать.
Тут пришла пора удивляться уже мне. Я-то себе нафантазировал про какое-то очень тайное учение, а это, оказывается, у них такой магический комплекс самообороны. Наверное, только кирианцами возведённый в ранг боевого искусства. Впрочем, телепортация этой Сюэ Линь меня действительно впечатлила.
— Ну да, — облегчённо кивнул я, — ОБМ.
Больше вопросов Бари не задавал, а я мысленно себе пометил, при оказии у Алисы насчёт этого ОБМ поинтересоваться, как оно происходит. Раз уж у меня эта штука работает, так хоть научиться её включать и выключать самостоятельно.
Я продолжил осмотр остатков здания школы, на некоторое время отвлёкшись от студентов, пока удивлённый вскрик Айны не привлёк моё внимание.
Пока я крутился тут, девушка успела подойти к монументу, торчавшему посреди бывшего двора школы, и, прикоснувшись к нему, застыла, удивлённо приоткрыв рот.
— Что случилось? — окликнул я её.
— Какое-то странное ощущение, — растерянно произнесла Айна, — словно из меня что-то тянет. Несильно, но
