– Я хочу заняться с тобой любовью, Фейт. Я хочу большего.
Сердце чуть не выскочило у нее из груди. Интересно, он говорил искренне? Она так хотела ему довериться…
Фейт наклонилась и коснулась его губ своими, мягко погладила его по волосам и обняла его шею. Пальцы Кэша крепче сжали ее талию, и он притянул Фейт еще ближе.
– Ты не против, если я приду к тебе сегодня вечером? Сможем вместе посмотреть твою передачу.
Она хотела этого. Она хотела его – но что будет дальше? Он ведь закрывает ее программу. А вдруг теперь Кэш решит, что должен сохранить передачу, даже вопреки своим планам? Фейт не желала этого. Она просто хотела его – его самого.
– Я возьмусь за ту работу.
– Что? – Он отшатнулся и в замешательстве взглянул ей в глаза.
– В утренней программе. Если моя передача не отвечает нужным требованиям, я займу место ведущей.
– Почему?
– Потому что существует кое-что, чего я хочу больше признания и наград. – Сердце саднило, будто вскрывшаяся рана, и Фейт замялась, гадая, правильно ли поступает. – Это ты.
Ну вот. Она и сказала это. Открыла для него сердце. Обнажила душу, и теперь Кэш мог причинить ей самую сильную боль, которую она когда-либо испытывала.
Он прижался к ней и снова коснулся губами ее живота.
– Вот и прекрасно. Потому что я хочу тебя.
Глава 24
Этим вечером Фейт переоделась семь раз. Она разлила было вино, но потом слила его обратно в бутылку. Слишком очевидно. Она выключила свет и зажгла настольную лампу. Слишком темно. Она снова зажгла свет. Нет, тогда он увидит прыщ, вскочивший вдруг у нее на подбородке. Ее ладони потели, ее волосы никак не желали укладываться, но, когда телефон зазвонил, Фейт поняла, что времени отступать у нее не осталось. Он был здесь. И он хотел ее.
Он собирался чмокнуть ее в щеку, но Фейт потянулась к его рту, и его губы проехались где-то в районе ее глаза. Она захихикала, он тоже засмеялся, и, когда ни один из них не проронил ни слова, она провела его в гостиную и включила телевизор.
– Вина? – спросила Фейт.
Кэш кивнул, и она ушла, чтобы снова разлить вино по бокалам.
Она понятия не имела, почему так нервничала. Они ведь уже занимались этим. Видели друг друга обнаженными, много раз целовались. Но когда она наливала красную жидкость в огромный бокал, ее руки дрожали.
– Уже началось?
Музыкальная заставка ее передачи прорезала нервозную атмосферу, и Кэш потянулся к пульту, чтобы прибавить громкости. Ощущение комфорта окутало тело Фейт. Она подогнула ноги под себя и подвинулась к Кэшу. Он тут же приобнял ее за плечи, и Фейт замерла, не желая отодвигаться и рвать установившуюся между ними связь.
«– Фантазии. Они есть у всех нас. Одни мечтают выиграть в лотерею, другие – выступать за национальную сборную…» – Фейт услышала, как хихикнул Кэш, когда на экране мелькнула она, одетая в крикетные щитки. Она последовала его совету и привнесла в передачу немного юмора.
«– А еще существуют фантазии, которые есть у всех, но большинство из нас слишком боятся делиться ими», – на экране возникла «темная комната» Китти. Фейт затрепетала – здесь они с Кэшем впервые поцеловались. – «Сексуальные фантазии».
Передача продолжалась. Кэш смеялся там, где и следовало. Замолкал там, где это требовалось, и, когда на экране появилась Фейт, одетая в школьную форму, его рука покровительственно легла на ее бедро. Даря комфорт. Защиту. Понимание. Сердце Фейт чуть не вырвалось из груди, к глазам подступили слезы. «Остынь, – одернула она себя. – Не показывай ему, насколько он тебе дорог». Она научилась этому на своем горьком опыте. Когда позволила компании девчонок из интерната увидеть, как ей понравился пакет с подарками, присланный в утешение матерью. Это была первая посылка Фейт, и внутри оказались все самые любимые ею вещи. Книга «Школа в ласковой долине», упаковка печенья и письмо от матери. Те девчонки толкали Фейт, пока она не выронила пакет, а потом со смехом прочитали вслух ее письмо, съели ее печенье и украли ее книгу.
Передача закончилась, по экрану побежали титры, и Кэш услышал, как Фейт с шумом втянула воздух ртом. Собравшись с духом, она повернулась к нему, и синие глаза встретились с карими. Будто океан встретился с сушей. Какими красивыми были ее глаза… Они держали его в плену с того самого дня, как он впервые попробовал закрыть ее программу. Чуткие, неравнодушные. Фейт всегда искала ответы, и сегодняшняя передача не стала исключением. Юморная, фривольная, познавательная. Он был идиотом, когда считал, что ее передача им не подходит. Фейт просто требовалось больше помощи – больше руководства.
Создавалось ощущение, будто он жил в мире теней, которые вдруг рассеялись. Он должен был рассказать Фейт. Сегодня ему звонил Грант. Но Кэш не хотел говорить ей – пока. Не теперь, когда она была рядом. Завтра все будет кончено, но у него осталась эта ночь, и, даже если это уничтожит его, он покажет Фейт, что чувствует и как много она для него значит. Всегда значила.
– Ну, как тебе? – взволнованно спросила Фейт, и Кэш крепче обнял ее. Она сомневалась в себе, ведь он ни разу не дал ей понять, что верит в ее силы.
– Это было… – начал он, и Фейт в ожидании подняла на него взгляд, – гениально.
Она расплылась в улыбке, и Кэш наклонился, чтобы поцеловать ее.
– Разве я не говорила тебе, что гениальна?
– Нет, не говорила. Но ты и правда гениальна. Ты – гениальная и красивая.
– Наконец-то ты прозрел! – засмеялась она, и в груди у Кэша заныло. Фейт и понятия не имела…
– Тебе не следовало делать все самой.
Улыбка дрогнула, Фейт немного напряглась.
– Теперь это уже не имеет значения.
Он хотел сказать ей, что имело. Хотел сказать, что передумал, но тогда Фейт решила бы: он говорит так исключительно потому, что хочет секса. Оставалось только молчать, вопреки его настойчивому желанию всегда быть честным. Но он мог быть честным в другом.
– Ты знаешь, что имеет значение? Ты. Мы. Прямо сейчас. Здесь. Это имеет значение. Ты много значишь. Для меня.
Ее обжигающий взгляд пронзил его грудь.
– Ты тоже много значишь для меня, – прошептала Фейт. И не успела она продолжить, как Кэш потянулся к ней.
Он опустил Фейт на диван и, нависнув над ней, прижался губами к ее рту в жадном поцелуе. Его губы скользнули к ее шее, и Фейт застонала от наслаждения.
– Значит, ты думаешь, что передача была хорошей.
– Просто великолепной.
– Так какая фантазия понравилась тебе больше всего?
Он взглянул ей в глаза.
– Единственная фантазия, которая мне нужна, – здесь, в моих объятиях.
* * *
Кэш целовал ее. Снова и снова. Целовал до тех пор, пока она не потеряла способность дышать. Но он не спешил. Фейт знала, что он сдерживается. И понимала, почему. Он занимался с ней любовью – это был не просто секс.
