Снова Юдела почувствовала, что леди Марлен жестока с ней, как самый суровый палач. Защищаясь от этого напора, она произнесла:
— Я очень… сожалею, но думаю… что, может быть, вам все это… лучше высказать его светлости, а не… мне…
— Он все это выслушает! Уж об этом я позабочусь! — заверила девушку леди Марлен. — И все-таки тебе полезно будет узнать кое-что о человеке, за которого ты собралась выходить замуж. Он не кто иной, как иуда! Подлец из подлецов! Мужчина, который даже не желает взять на себя ответственность за дитя, которое зачал.
Юдела с тоской посмотрела на дверь. Расстояние, отделяющее ее от вожделенной свободы, было слишком велико, и она опасалась, что красивая, но злобная леди сможет перехватить ее по пути к выходу. В то же время Юдела чувствовала, что выслушивать речи, порочащие герцога, извергаемые из уст этой красавицы, она не имеет никакого права. В конце концов она посторонняя в доме.
Что же ей делать? Спасаться бегством или заткнуть уши? Единственное, что поняла Юдела из жуткого монолога неожиданной визитерши, что герцог не без основания обратился к ней за помощью.
И как только она вспомнила о герцоге, тут же дверь распахнулась, и он собственной персоной появился на пороге библиотеки.
Он уже переоделся в вечерний костюм и выглядел в нем великолепно, но Юделу сейчас больше интересовало выражение его лица. А по лицу его было видно, как он рассержен.
— Что тебе здесь понадобилось, Марлен? — поинтересовался он.
— Я так понимаю, что ты меня не ждал. Значит, я сделала тебе сюрприз?
Ее ирония не подействовала на герцога. Он смотрел на Юделу.
— Бабушка ждет тебя наверху, Юдела.
— Нет-нет. Пусть она останется, — вмешалась леди Марлен. — Ей будет полезно узнать, с каким человеком она намерена связать свою судьбу. Если у нее и есть какие-то высокие идеалы о любви и верности, то чем скорее развеются ее иллюзии, тем будет лучше Для нее, Юдела, однако, повинуясь герцогу, направилась к двери. Она уже почти достигла долгожданной свободы, о которой мечтала, чтобы не присутствовать при безобразной сцене, но громогласный приказ леди Марлен заставил ее замереть на месте:
— Стой! Тебе же будет лучше, если ты узнаешь правду! В растерянности Юдела посмотрела на герцога.
— Пожалуйста, поднимитесь наверх, — произнес он очень спокойно, но за этим внешне вежливым тоном она угадывала железную волю, которой нельзя было не подчиниться.
Юдела перешагнула через порог и тут же услышала раскатистый, издевательский смех леди Марлен.
— Если ты думаешь, что эта бледная девица сможет тебя развлечь больше десяти минут, то ты, Рэндольф, наверное, спятил!
Юделе показалось, будто леди Марлен хлестнула ее кнутом. Подслушивать было не в ее правилах, поэтому она обратилась в бегство. Сердце ее бешено колотилось в груди, во рту было сухо, все прежние страхи вернулись к ней.
Она не могла и не хотела никого видеть, даже старую герцогиню. Поэтому, поднявшись наверх, Юдела уединилась в своей спальне.
В библиотеке тем временем герцог разглядывал леди Марлен с таким выражением на лице, что все слова, которые она собиралась обрушить на него, застряли у нее в горле.
— Если ты явилась сюда, чтобы устроить здесь сцену, то ты своего добилась. Теперь я прошу тебя покинуть этот дом, а если ты не сделаешь этого, я прикажу слугам вышвырнуть тебя.
— Как ты можешь разговаривать со мной подобным образом? — поинтересовалась она.
— Потому что ты ведешь себя, как торговка рыбой на базаре. Посмотрела бы ты на себя со стороны. В каком не приглядном виде ты предстала перед молодой девушкой, которая вряд ли ожидала от светской леди столь неприличных слов и поступков? Изливая свою желчь на нее, ты, конечно, метила в меня. Но могу тебя заверить, что я не намерен выслушивать злобный вздор, который ты несешь.
— А я заставлю тебя его выслушать!
— Сомневаюсь, — ответил герцог. — Так как же мы поступим? Или ты спокойно уйдешь, или я буду вынужден выкинуть тебя отсюда.
— Ты не осмелишься! — Вопль леди Марлен буквально пронзил слух герцога.
— Если ты сейчас же не уйдешь, то я сообщу всей прислуге, что тебе запрещено появляться в этом доме, и объясню бабушке причину, по которой я принял такое решение.
— Старой герцогине?!
— Она взяла на себя опеку над моей будущей супругой. Что ж, если ты, Марлен, грозилась шантажировать меня с помощью своих родственничков, то почему я не могу использовать в тех же целях и мою родню?
Произнося это, он понимал, что бросил на стол козырную карту. Любой человек в большом свете знал о высоком общественном положении герцогини. Влияние, которым она пользовалась при жизни мужа, сохранилось и после его кончины.
Так как герцог не был женат, старая герцогиня исполняла при нем роль хозяйки дома на приемах, устраиваемых в загородном поместье, а часто принимала гостей и в столичном особняке. Все признавали, что уважение, которым она пользовалась, было вызвано не только ее богатством и знатностью, но и свойствами ее характера. Она была добра, приветлива, щедра и гостеприимна. К ее советам прислушивались государственные мужи самых различных рангов, вплоть до премьер-министра.
Герцог прекрасно осознавал, что его упоминание о бабушке точно попадет в цель, поэтому, не ожидая ответа от леди Марлен, он молча распахнул перед ней дверь. Леди Марлен замешкалась, и тогда, чтобы поторопить ее, герцог произнес нарочито громко, специально чтобы слышали лакеи, дежурившие в холле:
— Позвольте проводить вас до экипажа. Обещаю непременно передать своей бабушке, что вы хотели почтить ее визитом. Она, несомненно, будет очень огорчена, но так как она сейчас отдыхает, то лишена приятной возможности побеседовать с вами.
Леди Марлен потерпела поражение и сама осознала это. И все-таки, подавая ему руку для прощального поцелуя, она не удержалась, чтобы не прошипеть:
— Мы еще увидимся, Рэндольф, можешь не сомневаться!
Он склонился и коснулся губами ее надушенной перчатки с таким издевательским видом, что этот обычный галантный жест выглядел оскорбительным.
Леди Марлен вспыхнула и, сердито простучав каблучками по каменным ступеням, нырнула в ожидающую ее карету.
Убедившись, что она действительно умчалась прочь и не собирается вернуться с полдороги, герцог принялся размышлять, стоит ли ему повидать Юделу и извиниться перед ней за недопустимое поведение леди Марлен. Но он тут же сказал себе, что подобный разговор не принесет ничего, кроме неудобства, и для девушки, и для него самого. А потом, ведь это его личное дело! Для Юделы же не существовало никаких поводов расстраиваться из-за визита скандальной особы. Фактически ведь она чужая ему и выполняет роль его невесты за определенное вознаграждение.
