жизнь.
В смысле жениться на Лере? Ну уж нет, только не на ней. Эта постаскушка залила мне за шкуру кипяточка.
Я не услышал как дверь открылась. Но когда оторвал взгляд от снимка УЗИ увидел бледную как стена Сеню.
— Это правда? — спрашивает она негромко.
— Я не знаю, но все может быть. Прости, что услышала это.
Я прячу снимок в верхний ящик стола и пытаюсь сделать ещё глоток кофе, но он словно не лезет в меня.
Она так и стоит у двери.
— Ты думаешь она врет? — спрашивает все таким же притихшим голосом.
Я внимательно читаю заключение, смотрю на календарь.
— Если она не подкупила доктора, то вероятность очень велика. Мне нужно обязательно записать ее к проверенному специалисту.
Сеня проходит к столу переговоров и опускается на стул. Устало трет ступню, выпустив ее из плена высоких каблуков. Молчит. Смотрит куда-то в пол мимо меня и не говорит ни слова.
— Если это мой ребенок, я должен его спасти. Ты видишь, какая из нее мать.
— Это не нужно пояснять, — говорит все так же негромко и совсем поникшим голосом.
— Что будет теперь? Если он твой? Чего она хочет? — бьет не в бровь, а в глаз.
— Она хочет, чтобы я на ней женился, иначе она сделает аборт.
Это было нелегко повторить, тем более моей девочке.
Она молчит, потом кивает.
— И ты женишься. Ты сделаешь все, чтоб спасти ребенка, потому что ты хороший отец. И потому что так правильно.
Она поднимается на ноги и бросает взгляд в сторону двери.
— Пойду. Не забудь, через час встреча.
— Ты же не думаешь, что я буду с ней жить?
Смотрю в упор. Вот только не надо драм, я же знаю, что она адекватная. А это прошлое и мне по шарам хорошенько ввалило.
— Ты же не думаешь, что она позволит тебе жить со мной? — смотрит пристально в ответ. — Мы взрослые, адекватные люди, Артур.
— Если ты готова со мной пройти этот путь, то мы найдем выход.
Я не могу Есению заставить, все только на добровольной основе. И если откажется, я попробую принять ее выбор.
— Ты знаешь, что я готова на все ради тебя. Но я не вижу счастливого финала с участием этой особи. Она ненавидит меня, и она будет манипулировать ребёнком, чтоб держать тебя на поводке. Ты умный мужчина, ты понимаешь это.
— И что ты хочешь этим сказать?!
Я резко поднимаюсь с кресла и случайно взмахом руки опрокидываю чашку с остатками кофе.
Сеня тоже моментально поднимается на ноги и подходит к моему столу, поднимает чашку, салфеткой вытирает стол, спасает мои документы. Оказывается совсем рядом, накрывает ароматом ее духов.
— Тогда я сейчас же даю ей ответ.
Рука тянется к телефону, а внутри жестокий раздрай. В том, что женщина беременеет, виноваты оба. И да, я козёл. Но в ещё 2 месяца назад я и представить себе не мог, что встречу этого ангела.
Мои пальцы так и застыли на полпути к мобильному. Черт, почему так больно?! Нажимаю на звонок.
— Что ты делаешь? — звенящим голосом спрашивает Сеня, потянув руку на себя.
— Алло, — голос Леры из трубки прозвучал моментально.
— Я кое что решил. Нам нужно встретиться ближе к вечеру вне офиса.
— Приезжай ко мне, — звучит в трубке.
Сеня отпустила мою руку и молча смотрит на меня.
— В кафе возле твоего дома, только так.
— У меня, Новицкий. Захочешь — приедешь.
В трубке раздались короткие гудки.
— Не расскажешь, что ты собрался делать? — смотрит на меня настороженно Сеня.
— Сдам ее в психушку, — хмыкаю горько.
Поднимаюсь и иду к дивану, мысли вообще не о том, что надо, не о работе. Я знаю эту женщину, она любит добиваться цели. И теперь я готов целовать руки Полины за то, что была намного прозорливее.
— Это не смешно, — отмечает Сеня.
Она продолжает собирать мои документы и наводить на моем столе какой-то маньяческий порядок, перекладывая каждый предмет едва ли не под линеечку.
— Буду пытаться откупиться деньгами.
Хотя теперь прекрасно понимаю, что Лера поймала свою волну. Она в любом случае меня теперь попробует уничтожить.
— Иди ко мне, — обращаюсь к Есении.
Она подходит к двери и закрывает ее, затем идет ко мне и присаживается на мои колени. Прижимается ко мне и вздыхает. Чувствую, что она дрожит.
— Я пытаюсь мыслить позитивно, но не вижу вероятности хорошего исхода. Интуиция или просто хорошая аналитическая работа мозга, не знаю. Но она акула, и она сделает все, чтоб тебя сожрать.
Сеня выскользает из моих рук и измеряет шагами кабинет. Каблуки стучат по полу в такт ее шагов.
— Тоесть ты хочешь сказать, что между нами конец? — повышаю голос.
Сеня останавливается посреди моего кабинета. Смотрит на меня с горечью.
— Ты знаешь, что я этого не хочу. Я люблю тебя.
— И я не хочу, но и убить ребёнка… это… я не знаю. Правда, надеюсь, алчности в ней больше. Иди ко мне.
Смотрю на поникшие плечи девушки и сжимаю губы.
— Убить ребенка, — повторяет словно зачарованная и ее всю передергивает, — нет, я в этом не участвую.
Качает головой, снова смотрит куда-то мимо меня. Выглядит плохо, бледной и очень растерянной. Я даже не понимаю, услышала ли мою фразу до конца.
Но она возвращается к дивану, садится рядом и откидывается на спинку, прикрыв глаза и потерев пальцами переносицу.
— Я пойму, если ты не сможешь принять чужого ребёнка. Это нелегко. Но поверь, я сделаю всё, чтобы минимизировать ее присутствие в своей жизни.
Беру ее руку своей, и понимаю, что она ледяная.
— Дело не в этом. Я принимаю тебя с двумя детьми и обожаю их обоих. Просто я думала, что следующего твоего ребенка если кто и будет рожать, то это буду я. И у меня все внутри переворачивается от осознания, что она от тебя беременна.
Чувствую, как пальцы ее ледяной руки сжались в кулак от бессилия.
Я сжимаю голову руками и подавляю рычание загнанного зверя.
— Посмотри мне в глаза и скажи честно: если мне придется на ней жениться, чтобы в последствии бороться за ребёнка, ты со мной?
— Ты знаешь ответ на этот вопрос, любовь моя. Ты слишком умен и все прекрасно понимаешь, просто не хочешь думать об этом сейчас, потому что это больно. Ты знаешь, что она не даст нам жизни. Она вытравливала меня до того, как мы стали близки, теперь, если она увидит твои чувства ко мне…
Сеня замолкает и качает головой. Кажется, она рассуждает
