— Наш Бог учит нас милосердию к несчастным, мавр, — ответил добрый иудей. — Я так думал, что и у вас в Коране что-то написано насчет милости.
— Ну да, — согласился мавр. — Насчет милостыни, вернее.
— А у тебя деньги есть? — пожал плечами иудей. — У меня-то нет ни единой монетки, но хотя бы я могу проявить доброту.
У Мэта возникло теплое чувство к этому человеку. Он понадеялся на то, что ему удастся снова встретиться с ним, когда он сумеет уйти с галеры.
Это случилось намного быстрее, чем он ожидал. Корабль снова тряхнуло так, что верхние зубы Мэта с болью ударились о нижние, но на этот раз он был готов к потрясению и последовал совету иудея и потому ко времени появления кузнеца сидел прямо. Кузнец же явился за тем, чтобы расковать нескольких рабов — тех, которых захватили в море, и еще пару-тройку.
— И этого тоже, — велел надсмотрщик, указав плетью на Мэта.
— Зачем? — нахмурился кузнец. — Он только учиться начал.
— Капитан говорит, что за него можно неплохие денежки выручить, а за эту цену он себе двоих рабов купит. — Надсмотрщик пожал плечами. — Что до меня, то не думаю я, чтобы он столько стоил, да только капитан говорит, будто кое-кто готов втридорога уплатить за немого.
Мэт задумался о том, что бы это могло значить, и мысленно содрогнулся. Он всей душой надеялся на то, что тот, кто его приобретет, нуждается всего лишь в надежном слуге, при котором можно болтать о чем угодно.
Невольничий рынок принес Мэту новые унижения. Ему раскрывали рот, смотрели, какие у него зубы, потом тыкали под ребра, щупали плечи, бицепсы. Мэт неустанно твердил себе, что может удрать, как только пожелает, и ощущал сильнейшее сострадание к другим рабам, которым это было не дано. Он даже задумался о потенциальном успехе всемирной кампании по отмене рабства и о том, какими средствами и методами ее можно было бы осуществить. Вдруг он поймал себя на том, что среди этих средств и методов можно было бы учесть и маленькую светло-коричневую кошку. Ну чем не идеальная шпионка?
Хотя, пожалуй, он бы все же предпочел такого шпиона, которого нельзя было подкупить сочным тунцом.
В итоге Мэт был продан за неплохую сумму, которую, впрочем, сам не нашел сногсшибательной. Его новый владелец повел его с рынка за собой на веревке, другим концом которой были связаны руки Мэта. Мэт шагал и думал о том, что, видимо, в Египте неплохая полиция — любой раб, которого вели подобным образом, запросто мог связанными руками шарахнуть своего хозяина по башке и без труда скрыться.
Купивший Мэта человек подвел его к лодке и распорядился:
— Садись да берись за весла!
Затем он опустился на колени, привязал свой конец веревки к швартову и, держа веревку одной рукой, плюхнулся на скамью позади Мэта.
— Греби в открытое море!
Мэт обернулся и уставился на своего хозяина так, словно решил, что тот сбрендил.
— Греби! — приказал тот и выхватил из-за пазухи весьма зловещего вида небольшую плетку. — Греби, как я сказал, а не то пожалеешь!
Мэт мгновенно пересмотрел свое мнение насчет египетской полиции. Этот человек явно полагал, что одолеет раба, если тот вздумает вступить с ним в схватку. На самом деле Мэт пока не собирался бунтовать — ему было очень любопытно узнать, куда они направляются.
Он начал грести, размышляя на этот счет. Купивший его мужчина был круглолицым, с кожей потемнее, чем у берберов, с волосами и усами черными как смоль. Судя по тому акценту, с которым он говорил по-арабски, он скорее всего был уроженцем Индии. Индия располагалась намного южнее тех мест, где хозяин Мэта мог бы вступить в контакт с варварами, однако за время плавания Мэт успел наслушаться всякого разного от своих друзей по несчастью и решил, что пока не стоит торопиться с побегом.
Работая веслами, он заметил, что из тени, сгустившейся под кормовой скамьей, на него смотрят два желтых глаза. Мэт попытался улыбнуться и поймал себя на том, что уже проникся необъяснимой симпатией к маленькой кошке. Наверное, она преследовала какие-то собственные эгоистические цели, однако при всем том хранила ему верность.
Мэт работал веслами. Тянулись часы. Со временем он понял, что лодка движется вдоль берега к востоку. Когда начало темнеть, хозяин велел Мэту причалить, после чего довольно долго вел его по берегу в полной темноте. Глядя на звезды, Мэт вычислил, что движутся они на юг. По его расчетам выходило, что если маршрут не изменится, то выйдут они к Красному морю. Через какое-то время Мэт снова ощутил запах моря и понял, что не ошибся. Хозяин вывел его на каменистый берег и подвел к новой лодке.
— Полезай.
Мэт повиновался, а когда взялся за весла, задумался о том, как же его теперь разыщет Валкие. Расстояние, пройденное ими, было великовато для кошки. Но как только хозяин столкнул лодку в воду, Мэт заметил маленький темный силуэт, перескочивший в лодку через борт. На сердце у него сразу стало теплее.
Хозяин впрыгнул в лодку, Мэт начал грести. Греб он с час, если не больше. А потом вдруг рядом с лодкой возникли мрачные очертания галеры.
— Суши весла, — велел хозяин.
Мэт повиновался — с нескрываемым облегчением. Он думал о том, что всего несколько недель назад ему никогда в жизни не приходилось по столько времени заниматься греблей. Обернувшись, он увидел, как с борта галеры сбросили канат. Хозяин поймал его, развязал руки Мэта и приказал:
— Забирайся.
Мэт полез вверх по канату. Хозяин — следом за ним. Мэт гадал, достаточно ли низко свисает канат, чтобы на борт галеры смогла забраться Балкис, но подумал, что лодку скорее всего привяжут к галере.
Хозяин Мэта отвесил поклон пожилому мужчине в роскошных шелковых одеждах. Довольно странно было видеть столь шикарно разодетого человека в такой поздний час.
— Твой новый раб, мой капитан.
Капитан окинул Мэта оценивающим взглядом.
— Откуда ты родом?
— Из Меровенса, — попытался ответить Мэт, но с губ его сорвалось только нечленораздельное мычание. Капитан довольно кивнул:
— Вполне годится для того, чтобы служить на борту корабля, перевозящего контрабанду. Приковать его к скамье.
В то время как кузнец заковывал Мэта в кандалы, Мэт думал о том, что угодил на весьма специфический корабль. Понятно, что судно контрабандистов было выкрашено в черный цвет и плавало под покровом ночи, но эта галера была длинная, низкая и стройная. Такой корабль скорее предназначался для скоростных плаваний, нежели для перевозки грузов. Ясное дело, контрабандисты во все времена старались уйти от преследования налоговой полиции в той или иной форме, но все-таки всегда пытались нагрузить свои корабли под завязку, дабы их рейсы были прибыльными. Золото? Бриллианты? Мэт не мог так сразу придумать что-либо такое, что дешевле было приобрести у контрабандистов, чем на рынках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
