них, и только после этого позволила себе оглянуться.
Огромный волк ходил вдоль берега и метал во все стороны молнии. Он то подходил к кромке воды, то снова от неё отскакивал. Я решила было, что он боится воды, как кошка, но оказалось боялся волк только воду волшебной реки. Сообразив, что реку ему не переплыть, райдзю попробовал её перелететь. Зверь зарычал и прыгнул, но волшебная река не дала ему это сделать: отбросила его обратно к берегу.
«Немного перебеситься и уйдёт. Ведь не может он делать это вечно», — решила я и немного поёрзала на прохладном камне. Волк ещё раз прошёлся взад в перёд по берегу, после чего повторил попытку и на этот раз у него это почти получилось до меня достать. Его лапа пролетела сантиметрах в двадцати от моего лица. Я не ожидала от противника такого прогресса и от неожиданности плюхнулась в воду около камня.
— Да, он издевается! — воскликнула я, как только взобралась обратно на камень. Я уже не думала о мокрых волосах и не мечтала о том, чтобы райдзю свалил куда по дальше. Единственное что занимало теперь мою голову была шея чудовища. Тех пары мгновений, что морда волка-молнии была в непосредственной близости с моим лицом, хватило, чтобы я успела заметить на его шее тонкий зачарованный ошейник. Подобный аксессуар был весьма не обычен для дикого животного, но меня привлёк не он, а тёмно зелёная жемчужина, которая его украшала. — Мэл, успокойся, ты справишься. Ты уже это делала: забрала жемчужину у слизней… — Стала я себя успокаивать, но вспомнила, что если бы не Ньют тогда, то я от туда не выбралась бы. О Серенах даже думать не хотелось, мы от туда все еле ноги унесли и ободрением это вряд ли могло послужить. — Оморхат. — Вспомнила я и всеми силами вцепилась в это воспоминание. Это был единственный раз, когда я справилась с испытанием в одиночку и теперь я раз за разом стала прокручивать в голове всё, что случилось в подводной пещере.
«Я одолела Оморхат, потому что она боялась воды. От слизней мы сбежали, потому что действовали сообща, а Сирены… — я не надолго задумалась, — Сирены охотятся только на юношей и дев, а вот на бумайку не обратили бы внимания. — Я подняла глаза на электрического хищника, который продолжал расхаживать вдоль берега. — «У бумаек и троллей иммунитет к яду огнечихов», — всплыли вдруг в моей памяти слова, которые на следующее утро после игр мне сказал Булл. — «Вот оно! Владыка в каждом испытании оставляет лазейку, прячет ответ победы у всех на виду. Слабость слизней в их медлительности, Оморхат в воде, а Сирен во вкусовых предпочтениях. Но что может быть за слабость у мечтающего молнии волка?» — Я на долго задумалась над этим вопросом, а волк тем временем возобновил попытки меня поймать. Уже было совсем отчаявшись найти выход, я покрутила в руках нож, и меня вдруг осенило. В рукояти оружия находился тёмно-зелёный кристалл, точно таково же цвета, как и жемчужина.
— Ответ спрятан у всех на виду. — Шёпотом повторила я свою догадку. Я очень сомневалась, что нож сможет мне помочь, но кроме как проверить вариантов не оставалось: хищник с каждой попыткой оказывался всё ближе ко мне.
Я перехватила нож поудобнее и медленно сползла с камня в воду. Взбешённый своими не удачами волк нервно ходил вдоль берега и скрёб когтями землю. Моё неожиданное появление очень изменило ситуацию. Райдзю остановился и стал медленно дёргать хвостом. Он наморщил морду, расставил лапы пошире и тихонько зарычал. Я обхватила рукоять своего оружия так, что костяшки пальцев побелели. Я один на один с райдзю. Нож против молний. В этой ситуации для большей яркости момента не хватало только музыки, как в старых вестернах.
Волк выждал пару минут и убедившись, что я слишком напугана, чтобы нападать, решил сделать это первым. Он вскинул голову и в следующее мгновение в меня полетела молния. Единственное, что я успела сделать, так это прикрыть лицо руками. В тот момент мне казалось, что я умру, но нет. Молния не достигла цели, она отразилась от клинка, который я держала в руках, и вернулась обратно в тело хозяина. Я, опьянённая призрачным шансом на победу, бросилась на волка. Тот никак не ожидал такого поворота событий и даже не стал защищаться, а просто сделал шаг назад. Я не целилась, а просто ударила зверя наугад где-то в области шеи. Как только клинок коснулся «шерсти» животного, всё вокруг вспыхнуло, и я снова зажмурилась.
Я открыла глаза. В лесу снова было темно и тихо, а райдзю и след простыл. На месте же, где он недавно был в лунном свете поблёскивал зачарованный ошейник. Я подняла вещицу и вынула из неё жемчужину. Как только мои пальцы коснулись зелёного шарика, внутри него зажглась надпись:
«Ты честен с собой и другими, вода так сказала, но из этого леса выйдет лишь тот, кто сможет ответ дать на один лишь вопрос: без чего нельзя выиграть битву и любовь сохранить?».
— И чтобы это значило? — возмутилась я, но это были ещё не все сюрпризы, за ночь. Нож в моей руке начал блестеть, после чего вдруг обратился в пыль и развеялся по ветру. — Да вы смеётесь? Одноразовое оружие! Я не знаю, что вы там себе придумали, но я не могу отгадать эту загадку, а теперь точно останусь тут на вечно! Где-нибудь в овраге, хладным трупом! Довольны! — крикнула я, после чего изо всех сил пнула первый попавшийся камень.
Я была одна ночью в лесу, который кишел неведомыми чудищами. Я лишилась оружия, накричала на повелителя, отбила себе ногу об камень, — всё было хуже некуда. Мне вдруг захотелось запустить жемчужину в моей руке, куда-нибудь по дальше, а самой упасть здесь и уснуть до рассвета. Эта идея мне сразу даже понравилась, но как только я взглянула на жемчужину, то она сразу же померкла.
— Что это такое? — спросила я сама у себя и покрутила в руках маленький шарик. Жемчужина была уже не просто зелёной, а очень-очень тёмной, почти чёрной в свете луны. — Всё таки мне придётся отгадать эту загадку. — Со вздохом сказала я, беря себя в руки.
Где-то в лесу раздался душераздирающий вопль, и я решила, что уже слишком задержалась на этом берегу. Я положила жемчужину в кармашек на поясе, а сама пошла в брод по реке. На другой берег реки Эйч меня никогда не водил, а потому мне пришлось
