- Ты ничем не отличаешься от своей жены. Оба вы упрямы до невероятности! Поистине вы очень подходите друг другу!
Лорджин лишь усмехнулся в ответ.
Дина открыла глаза и увидела склонившегося над ней Лорджина, на красивом лице которого была написана тревога. Мелькнула мысль, что, если бы он сам не устроил всю эту суету, ему не пришлось бы так волноваться. Он взял ее за руку, и тепло, исходившее от его ладони, заставило ее понять, как же она замерзла. Ее стала бить дрожь.
- Н-неужели з-здесь н-нет какого-нибудь об-богревателя? Я з-замерзаю. - Она обвела глазами комнату, обратив внимание на то, что ее перенесли в спальню. Осторожно ощупав поверхность под собой, Дина с облегчением вздохнула, когда ее рука коснулась настоящего матраса.
- Нет ли здесь еще одного одеяла?
- Нет, давай я укрою тебя моим плащом.
- Лорджин встал и осторожно положил плащ поверх ее одеяла.
- Это последствие сонного питья, которое тебе давали. Оно вызывает понижение температуры тела.
Дина недоверчиво посмотрела на Лорджина:
- Я думала, меня усыпил Риджар... чего я ему никогда не прощу. - Зубы ее стучали от холода.
- Сначала усыпил тебя он, но потом, когда процедура затянулась дольше, чем мы предполагали, Лаэва решила дать тебе сонное питье.
- Значит, это все-таки сделано? - Рука ее потянулась ко лбу. Хотя на ощупь ничего не изменилось и ничего плохого она не чувствовала, по щеке скатилась слеза.
Лорджин сел на край постели:
- В чем дело? Почему тебя это так тревожит?
- Он вытер пальцем слезу.
- В моем мире это делают всем детям. Это же пустяк. Ничто.
- Для тебя, может быть, и пустяк. Теперь в мой мозг вторглись. Я уже не такая, как была раньше. Не знаю, может быть, у меня и характер изменился. Я теперь совсем другая личность...
В глазах Лорджина засветилась ирония.
- Поверь мне, личность твоя не изменилась. Это я тебе гарантирую.
- Но я никогда не смогу знать этого наверняка, - не соглашалась Дина.
- Женщина, с твоим мозгом ничего не делали. Тебе всего-навсего вставили маленькое устройство для перевода.
Упрямое выражение ее лица не изменилось. Лорджин испустил многострадальный вздох:
- Если бы в тебе что-то меняли, я бы в первую очередь попросил, чтобы тебя сделали уступчивой. А этого, как ты можешь заметить, сделано не было! - Лорджин потер висок.
- У меня от тебя заболела голова.
Дина почти не слушала его. Ей становилось все холоднее и холоднее, ее просто трясло.
- Лорджин, я замерзаю. Помоги, мне так страшно.
Заметив ее испуг, Лорджин перестал тереть свой лоб.
- Это лекарство уходит из твоего тела.
- Он лег к ней под одеяло и обвил ее руками. Голос его прозвучал очень ласково:
- Я постараюсь тебя согреть. - Он поцеловал ее в макушку, стал гладить по спине. Его успокаивающие руки несли тепло.
- Не бойся, Огонечек. Я не допущу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое.
- В это я верю, но кто остановит тебя, чтобы ты не вошел в мою жизнь?
Озноб начал отступать, но Дину пугала ее беспомощность перед твердой волей Лорджина. В этой стране она оказалась в полной его власти. Все ее тайные страхи подтвердились его ответом. Приподняв пальцем ее подбородок, он уверенно сказал:
- Никто.
Она оттолкнула его руку и отвернулась. Дина считала, что они... ну-у, друзья, что ли. Теперь же, с ее точки зрения, он предал эту дружбу. В будущем она станет относиться к нему совершенно иначе.
Если он настроен, он узнает, что ни один мужчина не будет командовать Диной Джонс, С этими мыслями она заснула.
И не чувствовала, как охраняющие руки Лорджина снова обвили ее талию, привлекая к себе властно и уверенно. Он тоже задремал.
Лорджин услышал настойчивый, как жужжание насекомых, шепот Яниффа:
- Если все, что ты собираешься делать в постели, Лорджин та'ал Крю, это лежать и спать, то можешь подняться и выйти к вечерней трапезе.
Лорджин открыл свои фиалковые глаза и посмотрел прямо в бусинки глаз Боджо.
- Убери это чудище от моего лица, старик. Боджо оскорбленно крикнул скрипучим голосом.
- Ну-ну. - Янифф погладил перышки, успокаивая птицу. - Вовсе не обязательно оскорблять Боджо из-за того, что эта женщина завязала тебя в узел. - Он посмотрел на Дину, мирно спавшую в объятиях Лорджина. - Трудно поверить, что эта малышка имеет такую власть над рыцарем Чарла. - Старик улыбнулся уголком рта. - Возможно, Риджар...
Янифф не успел договорить, как Лорджин приставил ему к горлу сирикс:
- Ты что сказал? Глаза Яниффа блеснули.
- Убери кинжал, наглый щенок, пока я не превратил тебя в улитку. - Лорджин повиновался. - Так-то лучше. Спасибо. Так что я начал говорить? Ах, да, Лаэва послала меня привести тебя ужинать.
Может, захочешь пойти? - Он повернулся, чтобы уйти, но остановился и хитро взглянул на Лорджина. - В конце концов тебе могут понадобиться все силы для тяжкого испытания, которое ждет тебя впереди.
Янифф вышел, а вслед ему несся звучный раскатистый хохот Лорджина.
От этого смеха Дина проснулась. Этот человек никогда не принимал ее всерьез! Даже теперь он над ней смеется. Может, его забавляет ее отношение к переводному устройству? Но ей это совсем не смешно. А сейчас и он узнает, насколько она серьезна. Высвободившись из его объятий, она смерила его холодным взглядом.
- Ты проснулась? - улыбнулся ей Лорджин. - Прекрасно. Лаэва приготовила еду. Мне помнится, ты говорила, что голодна.
Его ленивый взгляд прошелся по рыжей россыпи ее кудрей. Лорджину так хотелось запустить руку в шелковые пряди и любоваться тем, как эти необыкновенные спиральки обвиваются вокруг пальцев.
- Да, говорила. - "Он, наверное, и над волосами моими будет смеяться", - сердито подумала Дина. Бросив на него еще один ледяной взгляд, она встала с постели и, не оглядываясь, гордо прошествовала из комнаты.
Лорджин с интересом наблюдал за ней. Задумчиво потирая подбородок, он покачал головой. Вот, значит, как обстоит дело! Гарта решила своими колючками держать его на расстоянии. Нет его этим не отпугнешь. Пусть колется сколько хочет, в конце концов, он доберется до сладости. Лорджин поднялся, готовый следовать за ней, предвкушая предстоя-щее противоборство.
За ужином Дина подчеркнуто не обращала на Лорджина никакого внимания. Она весело болтала с Лаэвой, которая ей очень понравилась, но которую она не могла простить. Она подмигивала Яниффу, шутила с Риджаром, которого тоже прощать не собиралась. Но с Лорджином, которого винила во всей этой истории, она не разговаривала вообще.
После трапезы, первой вкусной еды с момента ее появления в этом мире, Дина извинилась и направилась обратно в спальню.
