нелепость! Я должен иметь возможность связаться с ним независимо от наличия или отсутствия у меня магии! Ведь я — Otolgany. Как я могу быть отделён от Tolgan Draiokh!
Ведь тот же Эльсор, до того как был заточён, всегда имел связь с El’sorah Nearta. Почему же тогда Otolgany может быть изолирован от Tolgan Draiokh!
Возможно, всё дело в том, что я не настоящий Otolgany… Я сам сделал себя им. Если бы я был настоящим прирождённым Otolgany, тогда этой проблемы бы не было. Да и вообще — я был бы другим человеком, магом совсем другого уровня, гораздо выше, чем все Четверо…
Я закрыл глаза и попытался почувствовать бога Tolgan Draiokh и мысленно воззвал к нему. Никаких результатов. Я попытался представить Астральное Пространство и войти в него. Никаких результатов.
Я открыл глаза. Взгляд снова упал на нож на столе. Я не могу атаковать Святую, опасаясь, что это спровоцирует возвращение её памяти. Но это же значит, что я не могу позволить и кому-то другому атаковать её. Если кто-то ранит Святую, и она исцелится — это может спровоцировать возвращение памяти.
Это значит, что я должен оберегать Святую от любых ранений. Я должен вставать на её защиту, прикрывать собой, быть живым щитом, когда какой бы то ни было враг захочет навредить ей. Пусть лучше пострадаю я, чем она. Потому что мои раны можно будет исцелить — если не сразу, то когда-нибудь потом, когда я верну себе магию. (Я когда-нибудь её верну вообще?). Но если ранят её — это может спровоцировать возвращение памяти, и на этом для меня всё будет кончено.
Я посмотрел на Святую, мирно спящую у меня на коленях, моя рука гладила её волосы. Я потрогал ухо Святой. Она улыбнулась сквозь сон и что-то невразумительно пролепетала.
Надеюсь, ей не снится ничего из жизни Святой. Надеюсь, память не будет посещать её во снах в виде каких-то сцен из прошлого.
Я склонился к Святой и поцеловал её в щёку.
— Я тебя никому не дам в обиду, дорогая моя, любимая жёнушка, — прошептал я.
Святая снова что-то довольно пролепетала в ответ.
* * *
Столица Империи, город Yngemla El’sorah. Дворец Совета, Башня Четырёх. Зал Собраний.
Три магические проекции людей в балахонах вели жаркую дискуссию.
— Этот негодник куда-то пропал! Вы можете чувствовать его магию?
— Нет.
— Я тоже.
— Он словно исчез…
— Может, погиб? Я буду только рад, если он подохнет.
— Что с тобой, старший брат? Ты слишком эмоционален в последнее время. Все мы четверо — делаем одно общее дело, служим Тёмному Владыке, все мы на одной стороне.
— Высокомерие этого младшего меня уже достало! Если он сдох — то и хорошо. Его хитроумные схемы и исследования в итоге довели его до такого финала.
— Тем не менее, он единственный среди нас, кто смог хоть что-то предложить для борьбы с Kinnuint.
— Последний раз его магические следы зафиксированы в городе Graen Wilat. Он посетил этот город как и планировалось. Присутствовал во время сражения. Shaendwyna тоже была там, возглавляла атаку. И она тоже пропала бесследно. Невозможно обнаружить её магию. Однако, Kinnuint всё ещё существует — я проверял в Rialir Dommur. Kinnuint на месте, и ведёт к тому же Rialir Foliat, что и раньше. Значит, Shaendwyna всё ещё жива, и всё ещё является Shaendwyna.
— Он исчез бесследно, а Святая всё ещё жива, город захвачен храмовниками, Пророчество не уничтожено, и Святая исчезла вместе с ним! Не значит ли это, что он предал нас и сбежал со Святой?
— В чём смысл такого поступка, старший брат? Shaendwyna намного сильнее, когда у неё под рукой целое войско. Если сейчас у неё есть лишь Анлуинн — то она стала слабее. Так в чём смысл такого хода? Очевидно, наш младший следует своему плану, пытаясь избавиться от Kinnuint.
— Мы не знаем, где он может сейчас находиться. Он может попытаться доставить Shaendwyna прямо в столицу, прямо к Yngemla — чтобы она тут же и атаковала Тёмного Владыку, не тратя время на поход через всю Империю! А чтобы мы не смогли ничего заметить и помешать ему, он скрыл свою магию и магию девушки!
— Я устал слушать этот нонсенс. Твоя истерика всё никак не заканчивается. Давайте свяжемся с Владыкой и узнаем его мнение.
— Я уже связался, братья. Владыка сказал, что доверяет Анлуинну. Он велел нам не вмешиваться в происходящее и не искать Анлуинна.
— Ты связался втайне от нас?
— А что такого? Мы должны собираться все вместе каждый раз, когда кому-то из нас нужно пообщаться с Владыкой?!
— Хе-хе, не обращай внимания на старшего. Просто он никогда не связывался с Владыкой в одиночку. Впрочем, и я тоже. Только вы с Анлуинном, брат Айустин, являетесь на беседу к Владыке когда вам захочется, будто ходите в гости к старому другу.
— Владыка — авторитет, судья и высшее начальство для нас, разве нет? В спорных делах мы должны обращаться к нему за советом.
— Владыка — запечатан, а мы свободны и находимся снаружи. Владыка может не видеть и не осознавать всей картины происходящего. Из-за того, что этот… вороний заклинатель… так часто наведывался к нему для беседы, Владыка может пребывать в заблуждении относительно мотивов и личности Анлуинна.
— Не говори глупостей, старший брат.
— Ладно, мы толчём воду в ступе. Хватит заниматься взаимными нападками и истерить. Давайте уже на чём-нибудь сойдёмся и завершим эту встречу. У всех у нас есть важные дела, к которым нужно вернуться. Нам известно, что Shaendwyna напала на Graen Wilat. Анлуинн присутствовал на поле боя. Во время битвы магия Анлуинна исчезла, также исчезла магия Shaendwyna — и теперь их обоих невозможно найти. Полагаю, Храм тоже не может найти Shaendwyna. Это то, что нам известно на данный момент. Мы знаем, что Анлуинн вынашивал какие-то планы по поводу уничтожения Kinnuint и Shaendwyna — о которых известно только ему и Владыке — и, вероятно, то, что происходит сейчас, соответствует его планам. Владыка посоветовал нам ничего не делать по этому поводу, не вмешиваться. Всё верно, братья? Давайте на этом и остановимся.
— Хм…
— Ты собираешься пойти против воли Владыки, старший брат?
— Нет… Пока что. Я не буду искать Анлуинна и вмешиваться в происходящее. Но только пока.
— Давайте подождём и посмотрим, как события будут развиваться дальше. У нас и без того дел по горло. Армия Shaendwyna и повстанцы атаковали несколько городов на восточной границе, не говоря уже о захвате
