поплыл по протоке, подняв волну. Волна накатила на берег и приятно накрыла мне ноги. Форменные гольфы сразу же промокли. Речка тут неширокая оказалась, метров двадцать. Вода тёмная, а у другого берега угольно-чёрная. И ещё одна стена леса, только уже зелёная, а не розовая! Сенька, гляжу, чем-то сильно озадачен. Давно я у своего друга такого выражения лица не видел. Как будто ему кто-то очень сложную задачу задал во время урока. Или как будто пытается что-то важное вспомнить. Наконец, он говорит неуверенно:
– У нас на даче Волга совсем не такая. Там Волга широкая-широкая, другого берега не видать. И причал с лесенкой, а тут никакой лесенки нет. И ни одной дачи я не вижу…
– Что ты говоришь, Сеня? – Василиса Альбертовна забеспокоилась. И тут же успокоилась. – Да ладно, ошибки быть не может. Просто ты здесь целых два года уже не был. Может быть, ты просто плохо помнишь? Пойдёмте по тропинке и посмотрим!
Пошли мы по этой тропинке. Слева лес, справа лес, узкая полоска синего неба. Мне ужасно нравится, я балдею от запаха и головой верчу, как только шею себе не вывернул. Но никаких дач не видно. Наконец, Василиса командует:
– Дети, стойте! Позвоню-ка я Анатолию Сергеевичу. Что-то тут не так…
Достаёт коммуникатор, набирает номер:
– Анатолий Сергеевич! Мы, кажется, заблудились. Вы говорили, что у вас дача, что там целый посёлок, что рядом причал с лодками и глиссерами… А тут только какие-то лесные заросли кругом… Может, мы неправильно пошли? Сеня, кажется, дорогу к даче совсем забыл. Может, нам надо было вдоль берега идти, а не по дорожке?
Анатолий Сергеевич, слышно, отвечает:
– Странно. Где у нас на даче можно заблудиться? Какие заросли? Тропинка там ведь есть?
– Есть.
– Вот и идите по ней, обязательно выйдете к посёлку. А там Сенька вспомнит и покажет. Если что – звоните.
Идём по тропинке дальше. Она как в тоннель между деревьями зашла, а как вышла, то очутились мы на большой поляне, поросшей невысокой травой. Но вокруг – ни единой живой души. Никаких домиков. Снова мы остановились.
– Ничего не понимаю! – Василиса говорит. Давайте-ка, дети, передохнём и осмотримся.
Положил я свой чемодан с вещами на траву. И остальные тоже. Тут вдруг мне на руку что-то садится. Я смотрю – какой-то мелкий-мелкий жучок… Или не жучок… В общем, насекомое… Подумал только спросить у ребят, кто это, только вдруг эта штука как укусит меня! Не сильно больно, но всё-таки больно. Тут на другую руку такая же садится, и ещё одна. Потом в ногу меня что-то жахнуло. А потом гляжу – воздух вокруг нас будто ожил! И со всех сторон противный такой звон… Какая-то мелкая тварь попыталась залететь мне в ухо, меня аж передёрнуло от омерзения. Снова в руку больной укус!
– Сенька! – я хлопаю по укушенному месту – Ты раньше никогда не рассказывал, что у вас на даче такая дрянь водится! Это хоть что вообще такое? Ой, уйяа!! – мелкая тварь, похоже, залезла мне под шорты и укусила за то самое место, которое от уколов ещё зажило не совсем.
– Я не знаю, Ром! – Сенька отвечает, размахивая руками над головой. – Я не помню, я же тут два года не был! Раньше всё было нормально. А тут ни лодок, ни домиков, и ещё вот это вот…
Вали-девочки, гляжу, начали руками кренделя выписывать, подпрыгивать на месте и ревут потихоньку. Василисе Премудрой тоже несладко. А Валя-мальчик отбежал к кусту поближе, ветку от него отломал с листьями и стал махать, чтобы разогнать этих животных или как их там…
– Как хотя бы эти звери называются? – спрашиваю.
– Те, которые покрупнее, это комары – Валя объясняет. – А те, которые мелкие и в нос лезут и под одежду, это мошка. Знаешь какие бывают волдыри от укусов?
– Господи! – тут даже в сумерках стало видно, как Василиса побледнела. – У Ромочки же может быть аллергия на слюну мошки, это очень опасно! Я сейчас, слава Богу, у меня от аллергии капсулы есть в аптечке, Рома, немедленно выпей! И вы, дети, все тоже – на всякий случай!
– Сссспасибо! – я проглотил капсулу и снова заплясал. – А капсул против этих маленьких животных у вас случайно нету?
Глядел-глядел я, как Валька лихо веткой размахивает, и тоже решил так сделать. Выломал себе и стал комаров-мошек отгонять. Но, чувствую, так долго я их не проотгоняю, сожрут заживо. Да куда же, чёрт побери, провалилась эта дурацкая Сенькина дача?! Ай… Снова укусили… Ну и жуткое местечко эта ваша Земля! У нас на Венере такой мерзкой напасти никогда не было и нет. А если бы и появилась, то давным-давно кто-нибудь что-нибудь придумал… Но это у нас, на Венере… Да, вот именно, у нас на Венере!
– Есть! Я сейчас! – кричу радостно. Подбегаю к нашим чемоданам.
– Сенька! – спрашиваю. – У тебя комбезов станционных сколько?
– Три.
– Доставай все. У меня тоже три. Нас как раз шестеро. Раздевайтесь, быстрее!
Открыл я чемодан, выхватил комбез, набрал в грудь воздуха, скинул с себя земные шмотки (уй, как больно! эта мошкара так на меня и накинулась!), потом в комбинезон ловко влезаю, липучки застёгиваю. Получилось! Садятся эти твари на руки-ноги, а ткань прокусить не могут! Голову бы ещё придумать чем прикрыть…
– Ну, что встали? – поворачиваюсь, остальных подгоняю. – Вот комбезы, натягивайте, ну же!
Сенька с Валькой самые первые сообразили. Сенька в комбинезон пулей переоделся, зря что ли он столько на Венере прожил. А Валька копается.
– Сеня, Вале помогай! – командую. Потом поворачиваюсь к девчонкам:
– Ну что встали, как истуканки? Перестанут вас кусать, понимаете? Переодевайтесь, сто раз повторять, что ли?
Валька-три нос воротит:
– Вот ещё! Это некультурно! Отвернись хотя бы!
Я злюсь уже:
– Да не буду я отворачиваться! Ты всё равно комбез надевать не умеешь, помогать буду! Василиса Альбертовна, ну скажите ей!
– Тише, Рома, успокойся! – Василиса отвечает. – Валюша, как я поняла, у костюмов с Венеры очень прочная ткань. Её насекомые прокусить не могут. Так, Рома?
Я энергично головой киваю. Соображает!
– Валя! И другая Валя! Разве лучше, если вас искусают комары? Это во-первых. Во-вторых, вы с мальчиками друзья. А в-третьих, не такие уж вы и взрослые, чтобы сильно стесняться… Рома, – это она снова мне, – неужели ваш комбинезон на меня налезет?
– Они очень эластичные – отвечаю. – Должен налезть, вы меня примерно на голову выше, не больше…
– Вообще-то побольше, – смеётся Василиса, – но всё-таки давай попробуем. Валечки, берите с меня пример! – и начинает в комбез переодеваться. Я ей помогаю. Краем глаза гляжу – сдвинулось дело с мёртвой точки, Вальки-девчонки тоже зашевелились. Вот что за люди эти земляне – их заживо жрут, а они про какие-то глупости думают! «Некультурно»! Помог я им липучки закрепить. Нормально! Пяти минут не прошло – все в комбинезонах кругом стоят. Будто бы на станцию вернулся.
– Только вот ботинок станционных у нас всего две пары… – Сенька говорит.
Валя-пацан земные сандалеты поверх комбеза обул:
– Ну и что! У ваших костюмов с Венеры нижняя часть со всех сторон наглухо закрытая. Так что всё равно не прокусывают! Молодец, Ромка, супер придумал!
– Точно! – говорю. – Получается, от наших комбезов даже на Земле есть польза, да ещё какая!
Вооружились мы все уже ветками, от мошкары отмахиваемся. Но сильно легче стало. Потом Василиса придумала нам всем снятые рубашки на головы повязать, как платки, чтобы в волосы и в уши мошкара не лезла. Почти совсем хорошо.
– Что будем делать дальше, дети? – воспитательница спрашивает. – Сенину дачу искать?
– Да не найдём мы здесь никакую Сенину дачу! – вдруг уверенно Валька отвечает. – Я сейчас…
Засветил он фонарик, хоть ещё и не совсем стемнело, неторопливо пошёл от нас в сторону, потом в другую, ещё дальше отошёл, зачем-то веткой пошевелил в траве, нагнулся пару раз, потом что-то на земле высматривает внимательно,
