был плотно прижат к моему уху, и беседа была приватной. Она словно читала каждое слово прямиком из моей головы.
— Что молчишь? — потребовала ответа Леся. — Поди завелся уже?
Би усмехнулась.
— Да ни разу! — отрезал я, отворачиваясь.
— Ага, так и поверила! — парировала кузина. — Я же тебя знаю!.. Ладно, встретимся скоро, оторвемся на этих выходных! Только держи член в штанах и на многое не рассчитывай! — вновь хмыкнула она и отключилась.
Экран смартфона медленно погас в руке. Хуже новости сложно было и придумать. Несколько секунд я в замешательстве обдумывал расклад, а потом очень нехотя повернулся к Би.
— Можно, я на пару дней сниму медальон? — осторожно попросил я.
— С какой стати? — удивилась суккуба. — Только нормальными темпами пошел, и уже снимать?
Потянувшись, Би вальяжно раскинулась на моей кровати. С учетом того, сколько времени она на ней проводила, кровать уже была больше ее, чем моя.
— Можно сказать, у меня экстренные обстоятельства, — уклончиво ответил я. — Сегодня ко мне кое-кто приедет.
— И? — Би пристально смотрела на меня, явно требуя пояснений.
— Моя кузина. И я не хочу носить медальон при ней.
Демоница молчала, блуждая взглядом по моему лицу, словно этот ответ не был достаточным оправданием и требовалось что-то еще.
— Слушай, — с нажимом произнес я, — это же моя родня. А что будет, если я вдруг случайно сорву ее флаг?
— Ничего страшного, — ее губы растянула ухмылка, — энергия от инцеста самая терпкая…
— Какой еще инцест? — возмутился я. — Да она мне даже не родная! Брат отца женился на женщине с ребенком. Вот с этим, блин, ребенком! — я отбросил смартфон. — Только сейчас она выросла, а мозги нет!
— Ну если остальное тоже выросло, — с иронией заметила Би, — я не понимаю, чего ты вообще переживаешь…
От одной мысли, что медальон полыхнет от моей кузины, становилось душно. Я перевел дыхание, понимая, что придется открыть все карты — рассказать то, о чем мне не слишком хотелось говорить.
— В общем… — я на секунду замолчал, подбирая правильные слова, — однажды, давно, когда мне было тринадцать, а ей четырнадцать, — почему-то все слова казались неправильными, — я случайно увидел, как она принимает душ. А она потом рассказала всем, что я подглядывал…
— А ты подглядывал? — моментально перебила Би.
— Слово «случайно» тебе хоть о чем-то говорит? — проворчал я.
— Ну как скажешь…
Цепочка медальона будто царапала шею, хотя обычно с ним было очень комфортно.
— После этого, — нехотя продолжил я, — она почему-то решила, что я ее хочу, и с тех пор это большая проблема.
— А ты ее хочешь? — снова оживилась Би.
— Нет, — отрезал я, — ни капельки.
— Ну тогда вообще не вижу проблемы. Просто не срывай ее флаг!
Я вздохнул, теребя позолоченную пластину на груди. Видимо, придется рассказать все.
— Не получится! Я знаю, где ее флаг, и сорвется он на раз-два. Потому что это не я ее, а она меня хочет! Стоит ей узнать, что я уже не девственник, и она сама меня изнасилует!..
Вслух это звучало даже хуже, чем в мыслях, но было чистой правдой. Даже вспоминать не хотелось, что она со мной вытворяла. Из самого невинного: в подробностях рассказала мне про свой первый раз — кто, как и куда в нее входил, а еще что она при этом чувствовала и сколько раз при этом кончила. Реальная же извращенка! И это я еще молчу, сколько других, не первых разов она упоминала вскользь.
Би долго смотрела на меня, словно взвешивая мои слова на каких-то внутренних весах, а потом ухмыльнулась.
— Нет, даже не вздумай, — небрежно бросила она. — Медальон — это твоя работа, а я еще пока не давала тебе отпуск. Разбирайся со своей кузиной сам и если согрешишь, — насмешка в ее голосе читалась вполне отчетливо, — я тебя не буду осуждать…
Захотелось с разбега долбануться головой о ближайшую стену — может, тогда она хотя бы даст мне больничный?.. Но с другой стороны, свободы воли демоница меня не решала, а потому я мог сам снять медальон в любой момент. Только дождусь, когда она исчезнет с моей кровати.
— На случай, если решишься меня не послушать, — из-под ее ногтя в воздух вырвалась тонкая струйка пламени, — тебе не стоит снимать медальон по двум причинам…
За все время знакомства с Би я так и не понял, угадывала она мои мысли или все-таки их читала. Напрягало это одинаково.
— Первое, — кончик ее пальца плавно опустился вниз, и пламя нарисовало римскую цифру «I», — если его на тебе не будет, и ты попадешь в переделку, я не смогу прийти на помощь, потому что не буду знать, что с тобой происходит.
Я завороженно следил за пляшущими в воздухе язычками. Может, попросить ее научить меня этим спецэффектам? Девчонок можно было бы клеить и без медальона.
— И второе, — уже два пальца проскользили в воздухе, оставляя после себя горящую римскую цифру «II», — без этого медальона вся магия твоего очарования растает, как у золушки после полуночи. И девчонки, которые хотят тебя с ним, без него могут уже и не захотеть. Так что подумай, — с мнимой заботой произнесла она, — надо оно тебе или нет…
Промолчав, я поправил цепочку на шее. Если со второй причиной еще можно было поспорить, то первая казалась весьма веской.
Лесю мы встречали целой делегацией, чуть ли не с фанфарами. Отец еще был на работе, и, решив, что в одиночку прием будет недостаточно гостеприимным, мама со словами «что ты как неродной!» вытянула в коридор и меня. Немного подумав, я все-таки снял медальон, решив не носить его хотя бы дома. Вряд ли инкубы нападут на меня в собственной спальне, а вот кузина на это вполне способна.
Трель звонка радостно разнеслась по квартире, мама распахнула дверь, и прямо мне в руки, без лишних предупреждений, прилетела дорожная сумка. Я машинально ее поймал, уже привыкший к подобным выходкам.
— Соскучились?..
Иллюстрация: https://telegra.ph/file/fa3ba55fd42c87497f48a.jpg
Леся переступила, почти перепрыгнула порог. Будь она не моей кузиной, я бы точно так же подпрыгнул от восторга, глядя на ее стройные ноги и вполне себе аппетитную грудь. Даже просто дружить с такой девчонкой уже было достижением. Как всегда, в ее глазах скакали бодрые, шальные огоньки, которые мне одновременно нравились и порядком пугали — не оставляло ощущение, что мысли в ее голове носятся такими же бешеными хороводами. Она сорвала кепку, и густая копна рыжих волос рассыпалась по плечам. Почти уверен, что этот жест она оттачивала уже много на ком.
— Иди сюда, красотка! — мама раскинула руки,
