вел подрывную работу среди персонала. После взрыва он грамотно использовал недовольство людей и продавил-таки «слабодушных» оставить свои подписи. Теперь их ожидает долгая и нудная проверка канцелярии. Сама по себе она не страшна. Просто потому, что фактов петиции явно не достает. Так что проведут проверку господа канцеляристы и успокоятся. Вот только был в этом всем один маааааленький такой нюанс. Согласно древнему обычаю, коль скоро «сосед» притесняет обычных граждан империи, другой клан имел право прекратить «бесчинства» военной силой до конца процедуры. А это значит…
— И «тяжей»-то у нас скоро не будет, — грустно констатировал Борцов.
Да, их придется вернуть. Вместе с доработками. Дальше новые постановщики иллюзий тестировать будут на полигонах СИБ.
— Сколько у нас времени? — поинтересовался Павел негромко.
— Ранее двух недель не будет предпринято ничего — не успеют собрать силы и средства, — коротко ответил Олег Юрьевич.- Неделя — «зеленая зона». Пока в этих стенах имеются силы СИБ никому и в голову не придет провести «маленькую победоносную войну».
Павел задумался, поставив ногу на край стола и обхватив ее руками. Ситуация-то, на самом деле, хреново складывалась. Им на голову в любой момент мог упасть десант. Предположительно Трубиных. И они с легкостью докажут потом в императорском суде, что действовали в рамках обычаев, обеспечивая «беспристрастность расследования и безопасность жителей империи». А проверка тянуться может долго… Отчего-то Волконский был уверен, что до того времени силы Турбиных расположатся в том самом третьем цеху. И кто знает, что там останется, когда им придётся все же уйти. Неприятностей и сюрпризов они после себя оставят массу. А вот станков не оставят, нет. Обвинять славный род в воровстве — путь к войне. Даже если обвинения после подтвердятся. И сами они подобную заварушку ни за что не вытянуть. Втягивать же в подобное противостояние клан ради станочного парка… нет, на такое никто не пойдет. В первую очередь, владельцы завода.
— А ты что скажешь, Роман? — поинтересовался Павел, поднимая взгляд.
В конце концов, именно банкирский дом решил так просто разрулить непростую заварушку, передав спорные активы, как им казалось, Волконским.
Кулаки банкира сжались еще сильнее. Клановцу даже показалось, что он услышал, как хрустнули костяшки пальцев.
— Для нас этот вопрос… очень личный, — все же выдавил из себя Соколов. — Мой дом был бы очень благодарен, если бы вы смогли избежать попадания… этого актива в руки Трубиных. Однако помочь ничем не сможем.
Молодой человек только хмыкнул. Нормально тут в него так верят. Целый банкирский дом лапки поднял и на спинку лег, а он как-то придумать должен выход.
— Павел, — каждое слово Роману давалось все тяжелее. — Если не сможете сохранить — прошу уничтожить объект. Наш дом… мы компенсируем потери.
«Нооооормальное заявление!» — оценил собеседник. Такого он не ждал точно.
— Минировать будем? — поинтересовался Борцов тут же.
— А есть чем? — поинтересовался Волконский.
Производственная площадка — штука такая, специфическая. Ее и авиаударом не всяким из строя выведешь. Во всяком случае таким образом, чтобы полностью исключить ее быстрое восстановление. Да и не даст им на окраине города никто такие эксперименты проводить.
— Придумать-то не проблема, — вздохнул бывший инструктор, прекрасно понимая, что местные власти на такое самоуправство просто так смотреть не будут. А то и вовсе заглянут в гости поинтересоваться, а какого же тут у них хрена происходит? И наверняка ведь с силовой поддержкой явятся, стервецы!
— Будем искать… — негромко констатировал Павел.
— Что именно? — поинтересовался Соколов чуть нервно.
— Выход, Роман Евгеньевич, выход, — со вздохом заключил Волконский.
Глава 17
Глава 17
— Сергей!
Оклик старшего брата заставил юношу подтянуться. Виктора парень уважал. Все-таки командир одного из самых серьезных полицейских подразделений!
Уважал, да… Но не понимал.
— А что такое⁈ — воскликнул он с нескрываемой злостью.
Как же его бесил тот факт, что единственная причина, по которой он вошел в клановую делегацию — отсутствие Павла. Иначе пришлось бы ему остаться на семейных этажах дожидаться возвращения родичей. А ведь он уже сейчас один из самых сильных магов клана. Не то что этот слабосилок!
— Нельзя так говорить о своем брате, — в который раз веско заявил старший из детей Анатолия Григорьевича, отступая на шаг в сторону.
Мимо молодых людей с сосредоточенным видом пробежали пара бойцов из службы обеспечения авиакрыла клана. Официальный выезд целой делегации — событие особое. Помимо двух традиционных глайдеров, где разместятся высокие гости, к вылету готовилась техника групп быстрого реагирования и сопровождения.
— Пффф… — ожидаемо отреагировал Сергей, попытавшись гордо расправить впалую грудь.
— То-то этот придурок даже не решился отправиться вместе с нами!
Мероприятия подобного типа — особое событие. Нередко их использовали для переговоров, интриг и, чего греха таить, сведения счетов. Именно поэтому делегация и формировалась как полноценное боевое подразделение.
— Павел будет, — ровно сообщила Света, до того в разговоре братьев участия не принимавшая.
— Да как⁈ — буквально взревел Сергей. — Эта немочь — позор нашего клана!
Пламя раздражения охватило сознание младшего из присутствующих Волконских со скоростью лесного пожара. Слабак, позор их рода, ублюдок!.. Так отчего же в семье столько внимания этому ничтожеству⁈ Особенно в последнее время. Вот и сестра равнодушно отвернулась в сторону, явно демонстрируя презрение к его словам.
Виктор тоже не стал хоть как-то комментировать вспышку младшенького.
А вот сам Сергей неожиданно успокоился. И поводом к тому стала простая и ясная мысль: «Урою!». Да, в обычное время до Павла не добраться. Но сегодня… О, какой же великолепный сегодня день! Есть множество способов прибить придурка так, чтобы он еще год не смел высунуть носа из той норы, где до сего времени прятал свою трусливую задницу.
— Будет, говоришь? — переспросил он.
— Обещал, — коротко кивнул Виктор, наблюдая за тем, как гвардейцы крепят ко внешней подвеске «Акул» сопровождения все новые и новы пусковые контейнеры.
— Зря, — коротко вздохнула Светлана, которой куда милее оказалось голубое небо над стартовым столом.
Она прекрасно просчитала реакцию брата. И могла с уверенностью сказать (восемьдесят семь и три процента!), что тот попытается свести счеты с Павлом.
— И как ты мне помешаешь⁈ — прошипел Сергей, уязвленный тем, что сестра даже головы в его сторону повернуть не соизволила.
— Я не буду этого делать, — коротко пожала плечами девушка.
Она уже
