вводить во Франции.
Двор же, тем временем, вёл себя максимально роскошно. Королева тратила баснословные суммы на драгоценности, балы, маскарады и так далее.
Сам же Король, потворствуя своим подданным, тратил просто безумные деньги на различные проекты. Да, полезные проекты, вроде строительства каналов, но всё же.
И, как вы понимаете, эта парочка умудрялась разорять французский бюджет даже без войн с Англией. Благо, доходы от колоний ранее позволили Франции закрыть весь свой внешний долг и даже выйти из дефицита.
Правда, теперь то эти доходы значительно упали, ведь экономика французских Антильских островов была полностью разрушена циклоном, и теперь нужно было где-то изымать деньги.
Деньги, очевидно, на её восстановление, которое займёт, очевидно, далеко не год и даже не два, прежде чем хотя бы Гаити сможет выйти на свой прежний уровень.
Благо, безупречное финансовое состояние до этой катастрофы позволило Франции мобилизовать значительные суммы по довольно низким процентам.
С другой стороны, заём значительных средств извне сильно навредил французской экономике, так это подстегнуло инфляцию. Да-да, ту самую инфляцию, что итак не щадила голодных и безработных, ведь все эти неурожаи и недороды и без того спровоцировали бурный рост цен на хлеб.
ВОСЕМНАДЦАТЫЙ ГОД
Начался год с волнений в Испании. Да, я, вообще-то, должен был бы упомянуть это ранее, но неурожаи случились не только во Франции. Более того, несмотря на меньший ущерб для бюджета и экономики, Испания, вообще-то, тоже пострадала от тропических циклонов.
И да, именно что циклонов. Небольшой такой факт — 80-ые годы XVIII столетия являются одним из периодов наибольшей активности тропических циклонов.
В это же время случился и самый разрушительный тропический циклон в истории Атлантики — Великий ураган 1780 года. Кстати, он произошёл в октябре 1780 года.
В этом же месяце случилось ещё два крупных урагана, опустошивших Карибские острова. Вообще, как я уже ранее упомянул, 80-ые годы XVIII века — это один из наиболее бедственных сезонов тропических циклонов в истории Атлантики.
И, разумеется, нет ничего необычного в том, что случился очередной крупный тропический циклон, опустошивший Антильские острова вновь. Они были до этого и будут после этого, после чего люди будут снова и снова восстанавливать всё.
Просто, на этот раз, тропический циклон оказался очень некстати именно из-за времени своего прибытия, вызвавшего наложение целого ряда природных катастроф друг на друга.
И пострадали от этого все. Испания тоже. Просто в Испании был решительный король, Артём, готовый помогать своим подданным в час нужды.
Артём не постеснялся принудить свой двор продать драгоценности, чтобы пожертвовать деньги на помощь нуждающимся. И не постеснялся сам продать все имеющиеся у себя драгоценности.
Все эти деньги он, разумеется, тут же потратил на приобретение продовольствия и одежды для голодающих. Он лично явился в регион, наиболее пострадавший от неурожая — в окрестности Севильи.
Не чураясь, Артём лично участвовал в раздаче одежды и продовольствия. Воспользовавшись своим политическим могуществом, Артём лично принудил местных торгашей продавать товары первой необходимости по фиксированным ценам.
Увидев промёрзшую, голодную и болеющую девочку, Артём снял с себя свою шубу и лично вручил её в руки ей, несмотря на лёгкое сопротивление.
Королевские экипажи были по личному же распоряжению Артёма использованы для транспортировки всего необходимого на места. Дворцовая же прислуга, кто бы мог подумать, по личному распоряжению помогала в организованном Артёмом лагере для пострадавших.
Он также организовал общественные работы, которые бы позволили занять безработных, чтобы они, в свою очередь, смогли выручить деньги для приобретения самого необходимого.
Чтобы люди, так сказать, не отрывались от труда и не привыкали к беспомощному ожиданию очередного рыцаря на белом коне. Хотя, разумеется, сам Артём всё это сделал исключительно для того, чтобы значительно улучшить свою репутацию.
Да, это не совсем красиво — помогать людям не потому, что ты искренне этого желаешь, а потому, что ты хочешь получать за счёт этого политические очки. Вернее, это ужасно и чудовищно.
И, тем не менее, это случилось. Артём активно занимался политическим популизмом, за счёт чего приобрёл просто какую-то безумную поддержку со стороны своих подданных.
Вернее, со стороны тупой черни, не разглядевшей за его действиями чётких политических мотивов, но что уж тут поделать — люди, а уж тем более толпа, слишком недалёкие существа, чтобы увидеть, как их нагло используют ради политической выгоды.
Хотя, не то чтобы я могу обвинять Артёма в том, что он действительно спас десятки тысяч жизней. Этого, к счастью, у него не отнять. То, что он сделал — это чудовищно.
Это откровенный популизм с характерными для него манипуляциями. Тем не менее, даже так, благодаря этому смогло выжить значительно большее число людей.
Тем более, что пример Артёма воодушевил и вдохновил многих представителей знати и купечества также помочь нуждающимся. И не только в Испании, но и во Франции, в частности.
И, тем больнее было от этого французскому правительству. Понимаете, трудно осознать, какой же беспомощный трус вами правит, пока вам не с чем сравнить его.
Оппозиция короля Людовика XVI делала всё, чтобы очернить его образ в глазах всей страны. И, разумеется, она и мечтать не могла о том, что король буквально соседней страны, союзника, более того, будет столь удачным средством для удара по репутации короля.
Ведь Людовик XVI свои шубы не дарил промёрзшим детям, свои экипажи не отсылал на помощь черни, не продавал свои и своей жены, а также своего двора, драгоценности для помощи в сборе средств на помощь нуждающимся.
Попытки таксации цен на товары первой необходимости его правительство предпринимало, но вяло. Людовик не организовывал лично лагеря помощи, не отсылал в них свою дворцовую прислугу.
И, разумеется, его нельзя винить за то, что он не популист, и не грамотный политик, но, тем не менее, факт есть факт — Артём показал себя в качестве героя.
Все его проступки и преступления были тут же забыты «просвещённым» европейским обществом, ведь память о причинённом когда-то зле недолговечна.
Ну, а в условиях, когда тебя десятки умнейших людей Европы, просто ненавидевших Людовика XVI, выдвигают на передний план в качестве героя всего и вся, то тут как бы трудновато соревноваться.
В результате, Людовик XVI — посмешище для всей Европы. Король-трус, король-тряпка, король, не ценящий своих подданных так, как должно их ценить.
Ну и, естественно, Людовик XVI, проигравший конкуренцию раздутому образу супергероя, стал не только посмешищем в «просвещённом» европейском обществе.
Нет, разумеется, так просто он отдуться не смог. Его ситуация была гораздо хуже, чем у Артёма, и
