Вскоре маг снова вышел из палатки, держа лопату и большой бронзовый диск, покрытый узорами и непонятными письменами.
— Ты спас меня, Кутар, — произнес Кылвыррен, кладя диск на землю и протягивая кумберийцу лопату. — Теперь моя очередь помочь тебе. Становись на этот диск вместе со мной. Но только не на середину: не следует попирать ногами знак самого Набаддона.
Едва они поместились на бронзовом диске, маг принялся нараспев читать заклинание. Воздух вокруг них замерцал, а затем все покрылось серой туманной пеленой. Когда горизонт снова прояснился, Кутар с удивлением обнаружил, что они теперь находятся в совершенно другом месте. Не было ни пустыни, ни брошенного лагеря. Рядом возвышался горных хребет — тот что еще недавно еле виднелся вдали. Кутар не стал тратить времени на лишние вопросы: какая разница, где они очутились и каким образом. Достаточно того, что чародей знает, что делает.
Тот же указал на землю рядом с бронзовым диском:
— Копай здесь!
Варвар принялся орудовать лопатой и вскоре, на глубине в два своих роста, обнаружил мраморную плиту. Остановившись, он обернулся к чародею, вопросительно глядя на него.
— Что же ты остановился? — с улыбкой спросил маг. — Подними ее.
Нагнувшись, Кутар просунул пальцы между плитой и находящейся под ней каменной кладкой, а затем потянул плиту на себя, силясь поднять. Это оказалось не такой легкой задачей: мускулы на спине кумберийца вздулись буграми, казалось, готовыми порваться в любое мгновение, ноги дрожали от напряжения, углубляясь в землю, глаза застилал красный туман. Но наконец могучая сила варвара победила и плита была прислонена к стене ямы.
— Двалка-воительница! — воскликнул Кутар, творя охранительный знак. — Это же гробница.
— Да, гробница, — кивнул Кылвыррен. — Здесь покоится величайший из воинов древней Вандасии. Его звали Айлволд Мудрый. А сейчас он закутан в это уже сгнившее в земле полотно. Сними его.
Недрогнувшей рукой Кутар содрал остатки погребального савана. То, что обнаружилось под ним, когда-то было мужчиной огромного роста и, судя по виду, огромной силы. Но сейчас звенья кольчуги покрывала ржавчина, ножны меча полностью истлели, а то, что когда-то было лицом, представляло собой подобие пергаментной маски, изредка покрытой клочьями седых волос.
Тем временем маг снова принялся читать заклинание, подкрепляя свои слова непонятными жестами, похожими не то на плавный танец, не то на борьбу с невидимым противником.
Стоило прозвучать первому слову, как лежащий в гробнице скелет вздрогнул, а затем покрылся мерцающими огоньками. Сквозь них можно было разглядеть как давно умерший и погребенный воин меняет свой облик. Исчезали пятна ржавчины на кольчуге, снова заблестело оружие. Покрытые высохшей кожей кости стремительно обретали плоть, обрастали кожей, затем одеждой. Седые неопрятные лохмы стали пушистой рыжеватой бородой, вслед за тем Айлволд открыл ярко-голубые глаза и в упор уставился на кумберийца. Это был вовсе не лич, уж их-то Кутар перевидал более чем хотелось. У его ног лежал живой полный сил человек.
— Кто ты такой? — поинтересовался недавний мертвец.
— Кутар из Кумберии, — бесстрашно ответил варвар. — Думаю, ты мне и нужен!
— Ты прав, — рассмеялся Кылвыррен. — Тебе очень нужна помощь Айлволда Мудрого. Я вернул его из-за порога тьмы, где все это время обитал его дух и хочу предложить вам обоим роскошный подарок — возможность совершить отмщение.
Кутар протянул руку и помог Айлволду подняться на ноги. Тот сперва неуверенно пошатывался, с трудом держась на ногах, но затем быстро обрел недостающие силы.
— Я снова жив, я снова человек, — с усмешкой произнес он, оглядывая себя и проводя руками по своей одежде. — Клянусь своим мечом, я и сам не знаю, рад ли я этому. Там, откуда ты вызвал меня, старик, не так уж и плохо. Но ты произнес имя Кандары, которую я ненавижу за то, что она сотворила со мной и моими товарищами. Ради того, чтобы утолить горящую во мне жажду мести, я откликнулся на твой зов.
Чародей кратко пересказал воскресшему воину все недавние события. Кутару оставалось лишь кивать время от времени и вставлять пару слов. Вандасиец узнал о бое Кутара с Азтамуром, о том как тот забрал из Ургала Ксикстура, а потом как он сбежал из западни, подстроенной ему Кандарой.
Рядом с Кутаром стоял воин, облаченный в доспехи, которые давно уже не носил никто из ныне живущих воинов. Ростом и сложением он превосходил кумберийца, который рядом с ним выглядел еще не вошедшим в силу юнцом. Айлволд Мудрый с удовольствием подставил лицо ветру, дувшему с лесистого склона и развевавшему его рыжевато-каштановые волосы, рука легендарного воина задумчиво поглаживала плетеную рукоять длинного меча.
— Твоя история порадовала меня, — одобрительно произнес он. — Тебе и твоим деяниям можно лишь позавидовать. Значит, Кандара все же сумела построить свой город. И эта королева-демон все еще наслаждается жизнью. Это длится уже слишком долго, варвар. Пора ей умереть. Отправимся туда вместе и расправимся с этим воплощенным злом в женском обличье!
— Нет, подожди! — воскликнул маг. — Еще рано! Я должен поднять из могил твоих соратников. Ты же не хочешь лишить их возможности насладиться местью — воздать по заслугам той, что предательски отравила всех вас?
— Конечно же, нет, — воскликнул Айлволд голосом, подобным раскату грома. — К тому же мне самому будет приятно снова увидеть их всех.
— Тогда становись на бронзовый диск вместе с нами.
Втроем стоять там было довольно тесно, особенно если учесть, что Кутар и Айлволд были крупными и широкими в плечах. Едва они уместились на покрытой письменами опоре, как воздух вокруг них снова замерцал, все вокруг утонуло в непроглядном тумане. Когда он рассеялся не было ни горного хребта, ни раскопанной ямы. Перед ними был остров, поросший камышами и крохотными белыми цветочками. Промозглый ветер вызывал мелкую рябь на поверхности воды и приносил с собой запах соленой воды и неведомых растений.
— Странное место для кладбища, — заметил Кутар.
— Многие века назад здесь было сухо, — пояснил чародей. — Болота тогда еще не дошли так далеко вглубь материка.
— Узнаю это место, — произнес Айлволд, оглядываясь кругом. — Вон там камни, которые едва виднеются из травы. Даже сейчас они остались черными. Эти камни окружали нашу последнюю стоянку. Там у костра Кандара и отравила девятерых моих соратников, пока я был на охоте.
Сойдя с диска, он протянул руку к Кутару. Тот ни слова не говоря, отдал ему лопату.
— Я был капитаном королевской гвардии, — начал легендарный воин, принимаясь за работу. — Король Каликсиус, брат Кандары, отправил нас вместе с ней, чтобы быть уверенным, что она не станет приближаться к границам его владений. Но новоявленную королеву сопровождала не только гвардия. По ее нечестивому призыву под леопардовое знамя со всех концов мира тысячами стекались все отъявленные негодяи, все отбросы этого мира, отвергнутые человеческим обществом. Эти мужчины и женщины готовы были на любую низость ради своей повелительницы, которая пообещала им все наслаждения, какие только можно пожелать. Единственной помехой в осуществлении ее ужасных планов были мы, так как ничего не мешало нам вернуться и поведать королю Каликсиусу о намерениях его сестры.
