Пока Семен раздумывал, Хазра деловито предложила Торрексу:
– Зовите племянника. Заодно и на него посмотрим.
О появившемся в комнате человеке можно было сразу сказать, что он не воин. А если и воин, то так себе. Тонкой кости, со стройной фигурой, с юношеским лицом в обрамлении темных кудрей, парень скорее походил на странствующего поэта. Но встал он возле своего дяди с таким достоинством, что открыто сомневаться в его воинском мастерстве было бы неуместно.
Юноше, которого звали Теодоро, тоже задали несколько десятков вопросов, на которые он ответил охотно и правдиво. А затем Хазра неожиданно переключила свое внимание на ветерана:
– Майор Торрекс, Теодоро действительно ваш племянник?
– Скажу больше, госпожа, он для меня как родной сын.
И столько горячей любви послышалось в ответе, что подтверждение Нимим о том, что это правда, можно было проигнорировать.
Семен повел плечами:
– Все равно предлагаю пройти во внутренний дворик гостиницы. А дамы могут остаться здесь и понаблюдать за нами из окна.
Когда мужчины ушли, из ванной выскочила Виктория с арбалетом и пристроилась за спиной у Хазры. При этом она бормотала себе под нос:
– Не нравятся мне эти дядьки. Да и желторотый юнец явно не для меча создан. Вот еще и ему кто-то сопли утирать должен.
Нимим подошла и оперлась о подоконник:
– Зря ты так. Отец правильно рассчитывает. Ведь эти два воина могут стоить чуть ли не всех остальных наемников вместе взятых. Так что обузой ни они, ни юноша в походе не станут. О, вот они и вышли на позицию. Сейчас посмотрим, действительно ли можно считать гензыра наставником.
Настоящим мастерам боя на мечах не обязательно доводить ознакомительный поединок до крови, а то и до смерти. Им достаточно лишь обозначить начинающиеся атаки и такими же невидимыми постороннему глазу приемами проявить свои действия при защите. Зрителям показалось, что оба соперника просто несколько минут быстро перемещались по всему дворику да порой весьма интенсивно размахивали мечами. Но лязг соприкоснувшихся лезвий раздался раз пять, не больше. Зато к концу поединка спина у Семена взмокла, а смуглая лысина Савазина блестела от пота.
Оба воина остановились и с почтением поклонились друг другу.
– Рад познакомиться с настоящим мастером. – Семен не скрывал восхищения. – Надеюсь, в пути найдется время, чтобы почерпнуть у вас некоторые знания?
– Буду рад оказаться полезным, – дружелюбно отозвался Савазин. – Но должен с огорчением признать, что слишком рано я позволил именовать себя наставником. Мне еще многому надо поучиться.
И каждый из двух воинов подумал об одном и том же:
«И хорошо, что учиться придется не в бою с врагом…»
Прощание с Далтеном
Семен вновь посетил оружейный магазин и купил каждому наемнику по три недорогих арбалета и болты к ним. Оружие это здесь явно недооценивали в бою из-за того, что его приходилось долго перезаряжать, но Семен знал, как важны арбалеты при позиционной обороне. На каждого члена отряда приходилось по две запасные лошади, и места для оружия хватало.
Остаток дня прошел в хлопотах. Надо было закупить сменную одежду, обувь и разные бытовые мелочи типа мыла, ножниц, мочалок и принадлежностей для походной кухни. Дети помогали как могли, но больше всего расстарался отец. Не считаясь с расходами, он лично выбрал одну из лучших походных карет с широкими осями, на больших колесах и с хорошими рессорами. Разложил по карете перины, одеяла и подушки. А напоследок проверил умение двух нанятых кучеров.
– Пап, да чего ты так беспокоишься? – спросила Виктория. – Все равно скоро Бениды на коней пересядут, а карету продавать придется.
– Мало ли что. А вдруг непогода? Тогда и ты от дождя сможешь укрыться.
– Еще чего! Накидки вполне хватит, не сахарная, не растаю.
– Как не сахарная? – возмутился отец. – Неужели только один мармелад остался?
Братья величали порой Викторию Мармеладой Шоколадовной. Или Мармеладой в шоколаде. Или просто Мармеладкой. Хотя бывало, что и вреднющей Мармулядиной обзывали.
– Отец, может, ты сам мечтаешь в карете прокатиться? – улыбнулся Виктор. – Да еще в компании с такими симпатичными женщинами?
– Ты это… – растерялся Семен. – Да они мне в дочери годятся!
Виктор захохотал, и ему звонко вторила сестра.
– По крайней мере – внешне, – проворчал Семен. – И вообще, чего это вы над отцом зубоскалите? Все свои задания выполнили?
– А как же, – посерьезнел Виктор. – Мало того, я уже и ужин заказал в отдельной комнате. Не нравится мне в общем зале, там слишком шумно и дышать нечем.
– Правильно. А как там Бениды?
Виктория пожала плечиками:
– Мне кажется, они из лекарей все силы вытянули, бедняг аж шатает от усталости. Но зато сами становятся все прекрасней и, похоже, скоро будут выглядеть моложе, чем я.
– Ой ли?! А что в городе заметили?
– Сегодня завершаются народные гуляния, поэтому будет грандиозный салют, – сообщила Виктория. – Приедут для этого дела специально приглашенные шаманы Красных гор. А ведь мы когда-то мечтали с ними потолковать по душам.
Семен тут же насторожился:
– Действительно. И надо это постараться сделать сегодня же. Потом возможность долго не представится. Виктор, прогуляйся к центральной площади и постарайся выведать, кто, где и как. И мы после ужина с ними побеседуем. Если удастся…
Виктор тут же развернулся и зашагал прочь.
– И я с тобой! – воскликнула Виктория, устремляясь за ним.
Виктор оглянулся на отца. Семен пожал плечами. И брат с сестрой удалились вместе.
Загребной посмотрел им вслед и отправился в гостиницу.
Перед тем как зайти к себе, он деликатно постучал в комнату Бенид.
– Входите! – раздалось из-за двери.
Хазра в новом платье крутилась перед зеркалом. Семен постарался вернуть на место свою отвисшую челюсть. Перед ним предстала женщина поразительной красоты. Гордая осанка, осиная талия, высоко приподнятая грудь в смелом декольте и румяные молодые щеки.
– Хазра, вы за полдня превратились в самую красивую женщину этого города! Что же будет к концу путешествия?
– Наконец-то! – засмеялась Хазра. – А нам уже показалось, что вы совершенно равнодушны к женским прелестям.
– Как можно… А… где Нимим? Я зашел, чтобы сказать: через полчаса для нас накроют ужин в отдельной гостевой комнате.
– Хорошо, будем без опоздания. А Нимим до сих пор нежится в ванне. После этих лекарей она совсем обессилела. Но обязательно успеет набраться сил до ужина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
