— Бабуля!!! — Девчонка упала на колени перед оцепеневшей старухой и начала трясти ее за плечи. — Бабуля! Что ты молчишь? Что делать?!
Оксана почувствовала, как ужас сковывает мышцы, и поняла, что она уже в теле девушки.
«Спокойно! — приказала она себе. — Что сказала бабушка? Выйди и покажись им!»
На дрожащих ногах Ксенька встала и пошла к двери. Было страшно, но Оксана заставила и себя, и ту, в чьем теле сейчас находилась, выйти за порог.
— Что вам нужно? — изобразив удивление, спросила она у мужчин, которые обкладывали соломой дом.
— Что вы делаете?
Оксана почувствовала, как губы Ксеньки растянулись в обворожительнейшей улыбке. При этом по всему ее телу пошла горячая волна какой-то энергии. Один из мужчин начал быстро-быстро осенять себя крестным знамением, другой вдруг схватился за сердце и медленно осел на землю. Но тут в калитку вбежала женщина в черном платье с большим кованым крестом в руках и навела его на Ксеньку, как пистолет. Оксана усмехнулась: «Неужели она на самом деле думает, что этой железячкой можно меня напугать?» Но к ее удивлению, все мужчины оправились от замешательства и продолжили свое дело.
— За что? — ангельским голосом спросила Ксенька у женщины.
— А ты не знаешь за что?! — со злым прищуром ответила та. — Все ты знаешь! А ну иди в дом! — и она начала наступать на Ксеньку, держа перед собой крест.
Оксана нисколько не боялась креста, понимая, что он безопасен, если, конечно, женщина не решит применить его в качестве оружия. Но тело само отступало назад, и, в конце концов, женщина загнала ее обратно в дом. Оксана услышала, как дверь подперли чем-то тяжелым, а через несколько секунд почувствовала едкий запах. Занавеска на окне заиграла алыми всполохами, и сквозь щели в дом поползли серые струйки дыма. Треск огня, который она так любила слушать зимними вечерами, на этот раз доносился не из глубины печи, а со всех сторон. Стены мгновенно нагрелись, стало нечем дышать, дым щипал глаза. Ксенька упала на пол, в ужасе теребя ногу, казалось бесчувственной бабки.
И старая ведьма внезапно ожила. Спокойным голосом она приказала: «Лезь в печь!» Ксенька не сразу поняла, но, увидев, куда указывает рука старухи, беспрекословно, не требуя никаких дополнительных объяснений, нырнула в жерло русской печи. «Через трубу», — подумала Оксана, но влезшая за ней следом бабуля, наоборот, разгребла золу и открыла люк в подземный ход. С проворством кошки ведьма вниз головой нырнула в узкий лаз и исчезла во тьме.
Оксана открыла глаза и медленно, успокаивая бешено колотящееся сердце, разжала побелевшие пальцы, вцепившиеся в подушку. «Туда?! Да легче уж сгореть заживо, чем там застрять». Переведя дух и собравшись, Оксана вернулась в тело перепуганной Ксеньки. Размышлять было некогда, дым плотными клубами обнимал свою жертву, не пропуская чистого воздуха, и только из черной дыры тянуло запахом сырости и жизни. Оксана еще раз попыталась залезть туда, но тело сопротивлялось. Она могла только выйти из Ксеньки и, сидя на кровати, «смотреть кино», как та ползет через подземный ход и спасается вместе с бабкой. Но что-то подсказывало, что таким образом проблему не решить.
Снова и снова Оксана пыталась залезть в спасительный тоннель, но снова и снова неуправляемая сила выталкивала ее обратно. «Что ж такого ужасного могло произойти, что поселило в душе страх настолько сильный, что даже перед лицом смерти он не отступает?» — подумала Оксана.
Она поставила сидящую в печи Ксеньку на стоп-кадр и отправилась искать старуху.
Подземный ход вывел ведьму в лес. Она вылезла из узкой щели между двумя камнями. Ее пальцы были ободраны в кровь, ногти поломаны, видимо, пришлось копать там, где подземный ход местами обвалился, а местами зарос корнями деревьев. Ведьма доползла до мелкого ручейка и умылась, потом села на траву рядом с камнями и несколько секунд с надеждой смотрела на выход. Внучка не появлялась. Тогда старуха в отчаянии упала на землю, схватив себя за волосы, и глухо застонала. Потом она резко встала, вытерла слезы с морщинистых щек и крепко обняла первое попавшееся дерево, прижавшись лбом к стволу. Какое-то время она так стояла, а потом отцепилась и, снова подойдя к лазу, помогла выбраться исцарапанной чумазой внучке.
Ксеньку всю трясло, глаза ее блуждали, как будто она впервые в жизни видела деревья и небо. Оксана поняла, что, спасая ей жизнь, старуха была вынуждена сломить ее волю и обречь тем самым на полусонное существование обычного человека.
— Идем! — сказала ведьма, и Ксенька безропотно, как пугливая собачонка, пошла следом за бабушкой.
Оксана встала, чтобы размять уставшее от напряжения тело, потянулась и выглянула в окно. Половинка луны грустно смотрела с неба.
«Надо менять ситуацию, — решила Оксана. — Но сама я не справлюсь. Нужно звать помощника». И не успела она задуматься над тем, кто в этой ситуации мог бы ей помочь, как вспомнился «светящийся старик» Серафим Саровский. Оксана мысленно снова оказалась в той маленькой провинциальной церкви, сидя на полу напротив освещенной солнцем иконы, с которой ласково глядел на нее святой.
«Здравствуйте, дедушка, — сказала Оксана. — Извините, не знаю, как к вам обращаться. Преподобный, кажется?»
Старец вздохнул, опираясь на клюку, вышагнул из тяжелой оправы и сделал Оксане знак следовать за ним. «Странно, — подумала Оксана, — неужели православный святой будет помогать ведьмам?»
Она пошла за старцем, мимо неоштукатуренных колонн, перешагивая через какой-то мусор.
Стены церкви были в строительных лесах. Выйдя на улицу, Оксана увидела бригаду плотников, которые эти самые леса, по-видимому, и строили. Спускаясь по ступенькам, она почувствовала похотливый взгляд одного из строителей. В реальной жизни, ощутив подобный интерес, она не позволила бы себе обернуться, но здесь было совсем другое дело. В путешествиях по генетической памяти любая мелочь может оказаться важной деталью, подсказкой или ключом.
Она увидела высокого бородатого красавца, который ловко махал топором, при этом поглядывая на нее. Он хитро подмигнул ей, приглашая подойти. Оксана немного помешкала, но направилась в его сторону. Увидев, что барышня откликнулась на приглашение, парень воткнул топор в бревно, и сел, улыбаясь пьянящей улыбкой ловеласа.
— Сколько просишь за свои услуги, красавица? — спросил он, когда Оксана подошла.
— Я?! — в ужасе отшатнулась она. — Да ты за кого меня принимаешь?
— А за кого я должен тебя принимать? За монашку? — расхохотался парень и, встав, сделал шаг в ее сторону с явным намерением бесцеремонно схватить.
