Так вот, если кому-то из нас покажется странным поведение того или иного участника фестиваля, постарайтесь заговорить с ним о земных делах. По ответу уж точно можно определить наш он или оттуда, Юлдаш показал глазами на небо.
— У меня есть предложение… — сказал Аяр и вдруг осекся.
Неожиданно виноградные лозы раздвинулись и в беседку просунулась голова вожатого Вундергая.
— Вот вы где? Режим, как видно, не для вас. Все ребята уже спят. Марш по палатам.
Ребята, словно загипнотизированные, медленно стали подниматься и, не проронив ни слова, друг за другом выбрались из беседки, и только возле своего корпуса Аяр, замыкавший цепочку, быстро оглянулся. Вожатого как не бывало.
— Стойте, — сказал он вполголоса.
Все остановились, Аяр посмотрел по сторонам, потом многозначительно произнес:
— Где же ваш вожатый? — И сам ответил: — Нет его. Сгинул…
— П-перевоплотился? — заикаясь, сказала Бибимо. — Так, значит, в беседку заглянул не вожатый, а…
— Выходит, так, — с завидной невозмутимостью перебил ее Юлдаш.
— А где все-таки настоящий вожатый? — спросил Аяр, ни к кому не обращаясь. Он посмотрел по сторонам, пожав плечами.
— Надо я ходить корпус, там смотреть вожатый Вундергай, — предложил Джонни Старт.
— А я сбегаю в штаб, — сказала Бибимо и, не дожидаясь согласия, сорвалась с места.
Но голос из-за кустов живой изгороди осадил ее:
— Эй, Бибимо, стой! Ваш вожатый уехал на автобусе. А вы, ненормальные, продолжайте парить друг другу мозги про инопланетянина.
Голос принадлежал Колобку. Самое досадное то, что он подслушал весь их секретный разговор.
— Хватайте его! — заорал Аяр.
Шпиончика схватили и бросили на раскаленную от солнца дорожку, от чего он завертелся на спине, как перевернутый кверху лапками жук, подергал конечностями и, вскочив на ноги, бросился вон. С крыльца корпуса прокричал:
— Я вам теперь такого пришельца устрою, вы меня еще запомните!..
«Да здравствует время сенсаций!»
Через неделю после фестиваля, отделавшись от назойливых приятелей, под предлогом посещения зубного кабинета, Аяр пробрался тайком к дальней беседке, тщательно замаскировал вход зелеными лозами дикого винограда. Метров за десять, прямо на тропинке, ведущей к беседке, поставил старую табличку на ржавой треноге, выпрошенную на время у завхоза. Буквы на табличке тоже покрылись ржав чиной, а некоторые и вовсе были размыты дождем. Однако суть угрожающей надписи можно было понять издалека: «Внимание! Зона повышенной опасности! Возможен камнепад!»
Разумеется, на этом квадрате никакого камнепада и быть не могло — ближайшая вершина в пяти километрах от этого места. И все же, если учесть присутствие в зоне инопланетянина, следует быть готовым ко всяким сверхъестественным вещам. Подстраховавшись от повышенного внимания любопытных обитателей «Планеты», — только Юлдаш-звездочет знал, где скрывается юнкор, — Аяр удобно устроился на широкой скамье. Предвкушая приятный час творчества, раскрыл блокнот. Рука с зажатой в пальцах трехцветной шариковой ручкой застыла над чистой страницей, мысли начали напряженную работу. Аяр почувствовал даже жар в висках. Он почесал кончиком авторучки макушку, на мгновение поднял глаза к окошечку из виноградных листьев, в котором просматривался синий лоскуток неба, и начал так:
«Да здравствует время сенсаций! Более оптимистического предложения я не могу найти для выражения впечатлений от событий за прошедшую историческую неделю. Каждый из семи увлекательнейших дней, промелькнувших мимо со скоростью гоночного автомобиля, сравниваю с большим выигрышем по лотерейному билету. Чтобы не терзать любопытство будущих читателей своего репортажа, начинаю излагать фестивальные события в хронологическом порядке.
Открытие фестиваля было назначено на семнадцать ноль-ноль. Но гости начали прибывать с утра.
Поэтому это был единственный день, когда отменили тихий час. Какой же тут тихий час, если каждая минута проживания на солнечной «Планете» наполнилась веселыми мелодиями, радостными голосами, яркими красками, предпраздничными хлопотами. Зарубежные друзья не пожелали долго оставаться в роли почетных гостей. Они тотчас подключились к группам ребят, занимающихся последними приготовлениями. Среди молодых гостей обнаружились и художники, и плотники, и электрики.
Наш Джонни Старт слегка загрустил. Он спрятался в углу сцены «Зеленого театра» и тихонько играл на губной гармошке. Высокий худощавый гость из Шри-Ланка, в больших роговых очках, проходя мимо, уловил мелодию и по звуку нашел Джонни, сел возле него прямо на деревянный пол сцены. Он сказал, что тоже знает эту мелодию. Отец его, старший матрос на торговом корабле, с хорошим слухом и сносно играет на трубе. Эту мелодию он привез с Сейшельских островов. Джонни так обрадовался, словно встретил земляка.
В этот день мы со Спагетти старались вовсю, не переставали щелкать затвором фотоаппарата. Возле Музея природы я фотографировал Лолу, вдохновенно рассказывающую гостям о применении в кулинарии душистой мяты и райхона. Лола сразу же спросила, не видел ли я Джонни Старта, — тот неожиданно исчез, чего никогда с ним не бывало. Я кивнул и удалился к «Зеленому театру» — надо было сменить пленку. Присев на крыльце перед входом за кулисы, принялся сосредоточенно возиться с фотоаппаратом.
И тут передо мной, словно из-под земли, выросли две пары ног. Одна пара в громадных желтых сандалиях, другая — обутая в кеды.
Я быстро поднял голову и встретился теперь уже с двумя парами глаз. Одна пара — круглые и черные, как сливы, приветливо улыбалась, обладателем другой пары оказался длиннющий и тощий молодой человек с бритой головой и короткой бородкой. В белоснежном кителе, наглухо застегнутом на горле, несмотря на летний зной, и просторных шароварах из такого же материала, он выглядел необычно. В подобной ситуации любой решил бы, что перед ним возник неуловимый Пришелец в образе заморского гостя: смуглолицего, с зелеными глазами и головой, бритой до блеска. Тут не может быть сомнений относительно инопланетного происхождения этого феноменального типа. Остается только уяснить, какое отношение к нему имеет Джонни Старт.
— Хэлло, — поприветствовал Джонни. — Нам, пожальста, снимать аппаратом…
— Кого это вас? — осторожно спросил я, не отрываясь от гигантских сандалий гостя.
— Нас… — Джонни Старт ласково притронулся к плечу гостя. — Это мой… френд… друг Вайдьянатх из Коломбо, ты знать остров Шри-Ланка? Почему Аяр так смотреть на нас? Мы инопланетянин нет.
— Ничего себе «нет»! То есть я хотел сказать, очень приятно, рад познакомиться. — И снова покосившись на сандалии загадочного гостя, я подумал: «Ну и ходули у этого… Даже во сне не выговорить это имя… Что-то он не похож на землянина…»
Джонни Старт угадал мое волнение и принялся успокаивать, как только мог.
— Аяр, на слов я джентльмен. Это твой, мой друг, он знает мой песня… Он инопланетян нет…
— Чем докажешь?! — крикнул я и тут же боком стал отходить в сторону, затем неожиданно три раза пронзительно свистнул — это
