все равно оказалась поражена.
Выдолбленные в скале ступеньки вывели нас к нише в стене, где на воде покачивались ряды лодок. Усевшись в них, мы поплыли в темноту, разбавленную светом и отблесками на поверхности воды, которые шустрыми зайчиками перепрыгивали на стены. В душе вновь задрожало предвкушение чего-то волшебного.
Наше судно вильнуло вправо, и глаза натолкнулись на стену теплого оттенка охры. Прибыли. Лодка подплыла ближе и развернулась. Ее деревянный бок с глухим стуком ударился о стену. Я прикоснулась к ледяному камню. Ладонь полыхнула, словно угодила в горячую воду. Спину начало весьма знакомо жечь. От кончиков пальцев вверх по скале побежало золотистое облачко.
Сияющие искорки, уплотняясь по пути, сплелись в желтую «косу», а потом неожиданно разбежались в стороны, образуя какую-то знакомую фигуру. Толстый ствол, от него отходят тонкие ответвления, от которых, в свою очередь, змеятся еще более хрупкие ниточки. Древо жизни!
И вновь это было лишь началом. Стоило мне снова коснуться стены, как она вздрогнула. Гулкое эхо поплыло под готическими сводами. Водная гладь покрылась мелкой рябью. По Древу жизни прошла ровная черта, разделив его на две симметричные части, которые как створки огромной двери медленно двинулись внутрь, словно приглашая в гости.
Под мерные шлепки весел лодки медленно вплыли во Врата, открытые Древом жизни. Ощущение нереальности происходящего не покидало меня. И это несмотря на то, что все это я уже переживала!
Потолок тонул в облаке желтого сияния от золотых «змеек», что медленно ползли по стенам следом за нами. Горан крепко прижал меня к себе. Его горячее дыхание обожгло кожу, заставив прикрыть глаза и на мгновение забыть обо всем, отдавшись сладкой истоме. Почувствовав мое желание, негодяй подлил масла в огонь, покрыв шею поцелуями. Он тоже помнил, что так было в прошлый раз.
Мы подплыли к нише в стене. Золотые «змейки» доползли до этой «сцены», и внутри нее на стенах расцвели полыхающие узоры. Они плавно перетекали друг в друга, пульсируя, словно живое существо – в знак приветствия. Я улыбнулась, чувствуя ответную пульсацию в сердце.
Лодка причалила к ступенькам. Я прошла в центр полукруга. Огненные узоры проявлялись под ногами и будто манили за собой – к дальней стене. Сопротивляться им было невозможно.
Небольшой выступ на отшлифованном камне напоминал раскрытую книгу. Золотое сияние обвило ее и тонкими ручейками потекло вверх. Вскоре всполохи желтого стали видны даже сквозь толстенный стой пыли. Моя ладонь осторожно смахнула ее на пол, и перед глазами возникла полыхающая в камне вязь букв, которые привычно складывались в слова в голове.
«Путь к Свету откроется тому, кто несет Свет в душе».
- И снова здравствуйте, - я развела руки в стороны.
Золотые «змейки» обвили ноги и шустро поползли вверх, обхватывая все тело.
- Саяна! – Горан бросился ко мне. – Теперь только со мной! Одну не пущу!
- Как скажешь.
- Без подвоха? – осведомился недоверчиво, готовый сражаться за свое право идти с супругой, как всегда, черт знает куда.
- Ага, - подтвердила. – Непривычно?
- Вот именно, - стальное кольцо еще крепче стиснуло талию.
- Только дышать мне не мешай, питон трехсотлетний! Я тебя буду звать Каа, как в Маугли!
- Зови, как хочешь, только не пропадай, как в прошлый раз!
- Уговорил.
Глава 21.2 Лабиринт Истины
Я сосредоточилась на интересном ощущении – будто по тебе ползет огонь, но это не больно, наоборот, очень приятно. Затем положила ладони на листы с вязью и надавила. Книга мягко поддалась и ушла в открывшееся углубление. С кончиков моих пальцев капало сияние. Спину жгло.
Уже понимая, что будет, я расслабилась. Полыхнул свет, меня дернуло за макушку вверх. Сильная волна ударила из-за плеч, едва не сбив с ног. Сияние было настолько сильным, что пришлось закрыть глаза.
Когда я открыла их, стены впереди не было. На ее месте стоял вполне обычный на вид дверной проем – прямоугольный, не выше двух метров. Над входом протаяло огнем изображение знакомого существа, похожего на собаку с крыльями и хвостом дракона. Симург, посредник между мирами.
– Здравствуй, старый друг! – прошептала я. – Идем, Горан.
Мы подошли ближе. Внутри царил полумрак, скрадывающий очертания чего-то похожего на бесконечные коридоры. Я всматривалась в них, пока все не начало двоиться, становясь полупрозрачным. Толчок в спину от Крыльев заставил меня шагнуть внутрь. Время замерло. Пространство и материя пропали. Я шла вперед сквозь них, не думая, не сомневаясь, не дыша. Вместе с любимым Ангелом.
Воздух вошел в грудную клетку, и ощущения сразу вернулись. Уф, кажется, нам удалось пройти Лабиринт Истины. Мне – во второй раз, Драгану – в первый.
- Ты как? – с беспокойством посмотрела на него.
- Все хорошо, - прошептал в ответ.
На губах протаяла улыбка.
- Не ломай мне пальцы, пожалуйста, Каа, - попросила, поморщившись от боли.
- Прости, - хватка ослабла. – Безумно боялся потерять тебя… там.
Я посмотрела на вторую руку, которая сжимала менору.
- И снова привет, Семисвечник Господень, - прошептала, облегченно выдохнув.
Получилось!
Посмотрела на нее. Похожа на обычный подсвечник. Гладкая ножка, от которой в стороны отходят плавно загнутые вверх ветки – по три с каждой стороны. И в основании надпись. Я повернула менору, чтобы свет упал на буквы. Шумерский.
- Душа человека – светильник Господень. – Сами собой прошептали губы.
Тяжелый раритет вздрогнул, нагрелся и неожиданно на всех семи окончаниях задрожали язычки пламени. Тонкие и нежные вначале, они набрали силу и запылали ровным огнем, похожим на пузатую перевернутую каплю. Завороженно глядя на эту красоту, я провела ладонью над менорой. Приятное тепло – даже когда пальцы искупались в пламени.
- Не думал, что когда-нибудь доведется ее увидеть, - пробормотал Давид.
- Хочешь подержать? – лукаво усмехнулась.
- Нет уж, я осведомлен о ее… силе, - мотнул бородатой головой.
- Это точно, - Драган тоже покосился на раритет. – Не знаю, как Саяна ее держит.
- С трудом, если честно, - призналась я, ощущая, как столько искушений овладевают мной, подспудно опутывая мыслями о том, сколько всего можно сделать с помощью Семисвечника.
Сделать. Я ухватилась за это слово. Благими намерениями выстлана дорога в бывшую резиденцию Люцифера, ныне вполне процветающий мир Адалию. Не сделать, в этом случае. Натворить, наворотить, наломать дров – это куда ближе к тому, что получится, если уверуешь в свое могущество и право решать, как кому
