Вступление в войну Италии не только ударило по средиземноморским коммуникациям Англии, но и расширило арену боевых действий на Северную Африку. Вообще, несмотря на то, что итальянцев никто всерьез не воспринимал — а возможно именно поэтому — их первоначальный удар французам в спину ознаменовался значительными успехами. Конечно, на общий итог по гамбургскому счету это никак не повлияло, война французами к этому моменту уже была проиграна, и кардинально изменить ситуацию мог разве что удар СССР в спину Третьего Рейха, и то не факт.
Однако прорыв через перевалы, которые к тому времени охраняло три с половиной человека и выход итальянцев на равнину с оккупацией средиземноморских портов Франции ощутимо ударил по планам эвакуации армии в Африку и дальнейшего сопротивления с упором на колонии. Часть войск перекинуть в Алжир все равно удалось, но это было совсем не то количество, которое в будущем позволило бы чувствовать себя уверенно.
В целом, из всей почти трехмиллионной армии Третьей Республики тем или иным образом спасти удалось меньше полумиллиона человек. Большая часть из этого числа — примерно половину — героическими усилиями французского флота получилось вывезти в Африку. Часть оказалась в Америке, часть на Британских островах, а кое-кто даже в Советском Союзе. Последняя часть — не самая причем малая — перешла на нелегальное положение, опираясь на заранее разработанные планы и предусмотрительно заложенные склады с провизией, оружием и боеприпасами.
Понятное дело, удалось увести весь флот, разрушив по возможности портовую инфраструктуру, так же в Африку перелетели все способные на это самолеты, отправились кое-какие производства, в первую очередь военного назначения. Впрочем возможность их развертывания в самых что ни на есть спартанских условиях — разрыв технологических цепочек, утрата сырьевой базы, чехарда с кадрами и все остальное — вызывала совершенно отчетливые вопросы.
Остальная же армия еще недавно гордой и прекрасной Франции существовать перестала. По официальным данным в течение летней кампании только погибшими французы потеряли почти полмиллиона человек, часть разгромленных соединений — особенно это касается недавно призванных — банально сняли с себя форму, выбросили оружие и разошлись по домам. На таких немцы даже внимания не обращали. Несколько тысяч человек перешли испанскую границу и интернировались в нейтральной стране. Ну а почти полтора миллиона человек попали в плен, к чему система немецкого тыла оказалась не готова. Ситуация еще осложнялась тем, что официальное правительство Франции из Европы эвакуировалось, приказав оставшимся сражаться до последней капли крови, а найти того, с кем можно было бы подписать перемирие, оказалось не так просто. Понятное дело, что часть генералитета попала немцам в плен, однако пропаганда, три года настраивающая французов на сопротивление, сделала свое грязное дело, и участвовать в подписании капитуляции из них мало кто желал. Пропаганда и репрессии соответствующих органов, выпалывающие крамолу без всякой жалости. А кто желал, абсолютно не пользовался авторитетом в войсках: с тем же успехом можно было предложить подписать документ первому попавшемуся Полю или Жану, отловленному на опустевших после последних событий улицах Парижа. Может быть — если хорошенько дать по шее а потом еще и еды предложить отсыпать — он и согласится, вот только какую силу будет иметь такая капитуляция? Никакой.
Закончившись на континенте война выплеснулась наружу, переехав в Африку, Атлантику и частично на Британские острова. Логичным продолжением немецкого наступления в Европе стала попытка задавить Англию, чтобы окончательно развязать себе руки на западном направлении. Тут, однако, немцев ждало полнейшее разочарование, причем настигло оно Геринга, который еще недавно обещал вбомбить англичан в каменный век очень быстро.
Имея более-менее налаженную систему ПВО, вынесенные вперед радиолокационные станции и наработанный опыт использования всего этого богатства, англичане раз за разом отражали налеты на острова, нанося врагу тяжелейшие потери. При этом оказалось, что "спитфайер" восьмой модификации, которая как раз стояла на вооружении ничем новейшим Мессершмиттовским "густавам" не уступают, а кое в чем даже превосходят. Например в вооружении: у англичан на борту было две 20мм "испано" против одной МГ151 аналогичного калибра у немцев. При этом практическая дальность "мессершмитов" никогда не бывшая их сильной стороной, при налетах на острова и вовсе стала критическим фактором. Даже использования одноразовых подвесных топливных баков ситуацию на спасало, тем более, что баков этих постоянно не хватало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В итоге за два месяца воздушного наступления с сентября по ноябрь 1942 года немцы потеряли 1643 самолета и 1212 пилота, в то время как потери союзников были чуть ли не в два раза меньше. А учитывая, что за спиной Англии стояла вся производственная мощь США, шансов передавить врага силой своей промышленности у немцев тоже не было.
Апофеозом провала попытки решить английский вопрос исключительно авиационными методами стал налет на Заводы Бирмингема 28 октября, когда за одну ночь немцы потеряли восемь десятков машин или 20 % от всех участвующих в операции, что вызвало не иллюзорную истерику Гитлера, жесточайший разнос толстого рейхсмаршала и приказ прекратить "уничтожение авиации" в "глупых и бесполезных попытках потешить свое эго".
Тем более, что попытка Италии расширить свои владения в Африке за счет соседей ожидаемо провалилась и уже 2 ноября Дуче официально запросил помощи у своего старшего союзника.
Вообще, итальянцы умудрились обделается самым глупым образом, каким это вообще было возможно. Объявив Франции войну 19 августа, Итальянцы начали наступать в Европе начисто "забыв" что общая граница с враждебными теперь странами у них есть в том числе и в Африке. И если на севере средиземного моря, имея более чем десятикратный перевес в силах, макаронники в итоге сумели достичь успеха, то на юге время было упущено. Французы сумели эвакуировать часть войск, англичане, понимая, что наземное вторжение на острова им сейчас не грозит, перекинули резервы в Египет, и уже в начале ноября маршал Бальбо, губернатор Ливии и командующий всеми войсками в Северной Африке, столкнулся с тем, что на западе у него двухсоттысячная группировка французов плюс пара американских дивизий, а на востоке почти сто пятьдесят тысяч англичан. И все это опытные, обстрелянные войска, имеющие железную мотивацию и лучшую технику. В общем, положение итальянцев в Ливии в длительной перспективе выглядело практически безнадежным. Спасало римлян только то, что и французская и английская армия были после летних событий в весьма расстроенном состоянии и соответственно к немедленному наступлению не способны.
Гитлер живо откликнулся на призыв Дуче и выделил для боевых действий на южном континенте две армии — по одной на два наметившихся фронта — каждая в составе двух корпусов: танкового и армейского. Командовать немецкими войсками в Африке должны были Роммель на востоке и Модель на западе.
Вот только перебросить войска через Средиземное море оказалось не так просто. Хотя формально итальянский флот по числу вымпелов был сильнейшим на Средиземноморье, боеспособность его оставляла желать лучшего. По сути английские и французские корабли чувствовали себя тут достаточно свободно, если не подставлялись под действие базовой авиации.
В этой ситуации для того, чтобы укрепить свое положение на этом ТВД, а также для того чтобы окончательно перерезать Англичанам короткий путь в оставшиеся еще у них в руках колонии, ОКХ приняло решение о захвате Мальты.
Не смотря на местоположение острова вблизи берегов Италии, а также на небольшую площадь этого клочка суши, просто раскусить этот орешек не представлялось возможным. Итальянцы буквально с первого дня вступления в войну без перерыва пытались бомбить Мальту, однако ни к чему кроме роста потерь собственной авиации это не привело. Англичане перебросили туда два крыла своих "спитфайеров" и этого оказалось достаточно, чтобы не самые лучшие самолеты макаронников обломали об них зубы. При этом было понятно, что в условиях превосходства союзников на море, осада острова быстрого результата не даст, и значит необходимо решать вопрос одним решительным ударом.
