слова или объяснения? Мы вернемся обратно или чудесным образом отмотаем историю назад?
Девушка резко присела, устремив взгляд в темноту, продолжила:
— От меня воняет, через пару недель появятся вши, кстати, у тебя и у Виктора тоже. Мы жрем, как дикари — от случая к случаю и полусырое. Зачем мне твои объяснения? Ты виноват за загубленные в городе жизни, за то, что превратил мою жизнь в существование на уровне бомжа?
— Я солдат, как и ты — поступил приказ…
— А ты и рад стараться, — зло прервала меня девушка.
— Ты тоже ведь исполняла приказы? — ответил ей вопросом, — И среди них могли быть такие, что шли вразрез с твоими убеждениями.
— Я старалась жить по совести, отстань от меня, Артур, и без тебя тошно.
— Дай мне договорить, — попросил девушку, — Я виноват в том, что мы оказались здесь. Но в этом не только моя вина — кто-то разместил секретное оружие на вашей территории. Кто-то принял такое решение, позволив превратить свою страну в придаток Запада.
— Артур, мне класть на политику, — Ада говорила устало, — Вы вторглись в мою страну, мы защищаемся.
— Сжигая людей в Доме Профсоюза, обстреливая непризнанные республики? — атмосфера стала накаляться.
— Майдан был нашим выбором, мы хотим в Европу, не хотим быть младшим братом с половиной прав.
— Пожалуйста, но тогда дайте это же право тем, кто не хочет с вами в Европу, кто хочет быть с Россией.
— Это наша земля, наши территории, вы тоже не позволили Чечне уйти в свободное плавание, — огрызнулась Ада.
Только собирался возразить, как появился Саленко с автоматом в руках. Решив не доводить до новой ссоры, попросил оружие. Главное, Ада разговаривала, пусть и высказывала неправомерные упреки и обиды. Ей нужно время, время лечит раны. Сейчас боль утраты прежней жизни еще велика, но пройдет немного времени, и девушка свыкнется с мыслью.
Разобрав автомат, протер по возможности травой, раскладывая детали рядом с костром. Выщелкал патроны— повезло, магазин оказался полным. Надо было еще найти пистолет, но искать его ночью в траве — гиблое дело.
— Вик, у нас есть что-нибудь поесть? — Ада снова растянулась на траве, потеряв интерес к беседе.
— Осталась грудка гуся, а как котелок унесли, мы ели, все подогревая на огне, — археолог нанизал кусок мяса на металлический колышек, поднося его к пламени. Спустя пару минут поплыл аромат жареного мяса, заставляя желудок вырабатывать кислоту. Вгрызаясь зубами в грудку, не забывал вслушиваться — эти места таили в себе много опасностей. Главное — ночь прожить, с утра буду чувствовать себя лучше. А с автоматом и пистолетом смогу противостоять практически любой угрозе, включая ушедших украинцев. В том, что Данила недалеко и ждет своего часа, сомнений не было. Но именно этим «играм» меня учили больше всего — избегать ловушек, перехитрить, найти и уничтожить противника. Первый раунд был не за мной — мое местонахождение известно, и противники имеют преимущество.
— Вик, нам придется сторожить вдвоем по очереди. Как только чувствуешь, что тебя клонит ко сну — буди меня. Сегодняшняя ночь — самая опасная в нашей жизни, доживем до утра, прорвемся.
Ободряюще улыбнувшись археологу, устроился поудобнее — если нападение произойдет ночью, то будет это ближе к утру. Мне же нужно было пару часов, чтобы отдохнуть и подготовиться.
Глава 13
Саленко оказался молодцом, когда он меня разбудил, на востоке начинало сереть, предвещая скорый восход солнца.
— Вик, ты практически всю ночь сторожил, я же просил разбудить, как только захочешь спать.
— Дык я и не хотел, — улыбнулся Саленко, но мешки под глазами свидетельствовали об обратном.
— Поспи хотя бы пару часов, нам надо определиться с дальнейшими планами, оставаться на этом месте нельзя, здесь мы как на ладони. И кстати, Вик, спасибо, что не ушел с Андрием и Данилой.
— Я разбираюсь в людях, — найдя удобное положение для тела на лежанке из травы, Саленко докончил мысль, — В том мире мы были по разные стороны. Но я вижу, что ты честный и бескорыстный человек. Данила же нехороший, ему Ада не дает покоя, даром, что сестра, не уважаю таких. А Андрий просто попал под его влияние — ему мысль, что ты — причина разлуки с его женой, совсем мозги затуманила, вот и повелся на слова инцестника.
Остаток ночи прошел спокойно — вдалеке слышались затихающие звуки ночных обитателей этих мест. Ночные хищники после трудовой ночи готовились отдыхать, дневные обитатели только просыпались. Проснулась и Ада, проигнорировав мое приветствие, девушка ушла в сторону зарослей. Ближе к реке был микроскопический овражек, окруженный стеной камышей. Именно там мы и устроили временный туалет под открытым небом. Если мужчины стоически сносили отсутствие туалетной бумаги, то Ада явно нервничала. Еще во время сплава по реке я видел, как она с остервенением мыла руки после каждого такого похода, используя песок, глину и даже ил.
Сегодня шел одиннадцатый день после вселенской для нас катастрофы. Ада заметно похудела, еще сильнее обозначилась линию талии. На мой взгляд, сейчас она находилась в идеальной весовой кондиции, девушка даже неплохо загорела за эти дни. Вернувшись, Ада дошла до моря и, войдя в воду, долго мыла руки и умывалась. Пока Ада приводила себя в порядок, осмотрел оставшийся у нас скарб. Саленко был прав, эти двое дезертиров, а по-другому их нельзя назвать, обнесли нас почти начисто. Наполовину пустая бутылка воды, канистра для кипячения воды, моток веревки и металлические колышки. У Саленко вчера еще видел зажигалку.
Вспомнив про пистолет, нашел его после недолгих поисков. Оставалось найти нож. То, что его не нашли дезертиры, означало лишь одно — нож остался в голове убитого мной. Вчера попытался получить информацию про этих существ у Саленко, но тот лишь махнул рукой, сказав, что мифы про троглодитов не были лишены оснований.
— Ада, куда вы отнесли трупы нападавших?
Не оборачиваясь, девушка махнула рукой на запад. Я еще не окреп окончательно, периодически меня вело из стороны в сторону, а прокушенное плечо ныло. Пройдя сто метров от костра, почувствовал запах разложения — ориентироваться стало легче.
Трупы были еще сохранны, близость костра отпугивала падальщиков, либо они еще не почувствовали запах. Но крысы, муравьи и черви здесь поработали. С трудом подавляя тошноту, рассматривал странных существ, едва не убивших всех нас. Это были
