Лора улыбнулась.
– Меня это вполне устраивает, – солгала она, небрежно пожав плечами.
– Прекрасно! Мы доведем это дело до конца и затем сможем расстаться друзьями.
Почему она не злилась и не пыталась выцарапать ему глаза?
Лора улыбнулась.
«Рано радуетесь», – подумала она.
Как только они доведут все это до конца, откроется сезон охоты на профессоров психологии, дружочек!
И она, как бы он ни отбивался и ни кричал, затащит его в свою постель!
Глава 10
Гидеон ехал в северную часть города. Сидевшая рядом Лора хранила зловещее молчание.
Гидеон нервно кашлянул. Он мысленно все еще видел себя, распростертого на полу ее кухни, терзаемого страстью и желанием. Как, черт побери, он собирается пережить все это? А еще психолог.
Конечно, лучше всего было бы восстановить их прежние отношения на равных. Вести себя нормально.
– Полагаю, как только все разрешится, вы вернетесь в Штаты? – спросил Уэллес, решив завязать вежливый разговор.
Лора пожала плечами.
– Не сразу. Я должна поехать в Лондон и там пригладить растрепанные перышки. У одного из моих дядей возникли проблемы с профсоюзом. Затем я должна отправиться в Шотландию и почистить перышки там. Одна из компаний другого дяди только что получила большой контракт на строительство судов. Не на постройку суперлайнера, конечно, – со знанием дела продолжала она, – такие контракты в наше время уходят в Швецию и другие места. Но они получили заказ на постройку яхт. Вы понимаете, этих символов престижа у нуворишей. Очень прибыльный. После этого я должна отправиться во Францию – у моего третьего дяди большое парфюмерное предприятие. Предполагаю, они хотят назвать духи моим именем или уговорить меня провести большую рекламную кампанию. Но сначала они должны посмотреть, достаточно ли я красива.
Лора говорила таким будничным тоном, что Гидеон иа секунду отвлекся от дороги и взглянул на нее. Она смотрела в окно, и никаких признаков высокомерия на ее лице он не заметил.
– Вы это серьезно? – сказал он, и что-то похожее на страх прозвучало в его голосе.
Какая женщина из его знакомых могла быть так беспристрастна к своей внешности?
Лора тоже старалась вести себя так, словно между ними ничего не произошло. Не потому, что она хотела забыть это утро – она все еще не утратила ощущения его близости.
Для ледяного истукана он оказался удивительно теплым. Нет, будет проще, если она перестанет постоянно воображать, что занимается с ним любовью.
Она заставила мысли вернуться к действительности.
– Конечно, серьезно, – честно призналась она. – Выпуск новых духов может стоить миллионы и принести еще больше миллионов. При условии, что сумеете правильно подобрать упаковку и рекламу. Все знаменитые женщины продают духи, и иногда это кажется так просто. Только подумайте, все известные королевы экрана имеют свои ароматы. Французская компания желает слияния с американской – звучит и выглядит хорошо. Если они сочтут меня достаточно интересной, то захотят использовать в рекламе. По крайней мере так, кажется, думает мой дядя, хотя не потратил столько слов, чтобы сказать это.
Гидеон вздохнул.
– Сколько же у вас дядей?
– Три. Все имеют разные куски вангилдеровского пирога.
– А ваш отец?
– Мой отец не так давно умер.
Гидеон стиснул зубы.
– Мне очень жаль.
– Мне тоже, – просто сказала Лора.
– А какие отношения у него были с пирогом Ван Гилдеров?
– Пирог принадлежал ему.
Гидеон сглотнул.
– О! – Ему трудно было даже представить такое богатство.
– Или по крайней мере это так выглядело. Что в Америке одно и то же, – поправилась Лора. – Он был на виду, от него все исходило, – улыбающееся лицо компании Ван Гилдера.
В нескольких словах она объяснила, что отец был плейбоем с добрым сердцем, филантропом, любимцем общества.
– А он не считал эту роль немного… – Гидеон искал подходящее слово, которое не звучало бы снисходительно.
– Пустой? – сухо подсказала ему Лора. – Иногда. Но он добывал контракты, которые его младшие братья превращали в доллары. Он играл в гольф с сенаторами и промышленниками, которые смазывали машину, позволявшую компаниям Ван Гилдера расширять зоны влияния и прочее. То, чем занимался отец, было так же важно, как и то, что делали дяди.
– И кто же теперь собирается этим заниматься?
– Я.
Гидеон почувствовал, как машина чуть вильнула в сторону, и взял себя в руки. Он подъехал к многоквартирному дому; выключив мотор, посмотрел Лоре в лицо.
– Это огромная ответственность, – тихо заметил он.
Лора дернула плечом.
– Он оставил мне акции. Оставил мне свое дело. И маленькая богатая американка собирается отрабатывать свои мультимиллионы.
Гидеон различил в голосе девушки чуть заметную тревогу. Черт, будь он на ее месте, в его голосе тревога была бы более заметна! И вдруг он посмотрел на их расследование с ее позиции.
Лора заметила его взгляд.
– Что? – тихо спросила она.
Гидеон покачал головой:
– Ничего. Просто… вручение премии Ван Гилдера. Это было ваше первое появление на публике в качестве нового главы Ван Гилдеров, не так ли?
Губы Лоры дрогнули.
– Да. И только посмотрите, как хорошо я начинаю.
Уэллес вздохнул:
– Я и понятия не имел, как много это значит для вас. Я думал, вы просто самоуверенны.
Лора рассмеялась:
– Ха, спасибо. Но в мою работу входит контроль над гласностью, из-за этого я должна разобраться с кражей. Если я не могу без оплошностей сделать такую простую вещь, как вручение научной премии…
– Ну-ну, – мягко заметил он, – не ваша вина, что какой-то вор стащил кубок. До сих пор в газетах даже не упоминалась премия Ван Гилдера, если не считать обычного краткого сообщения.
– Знаю. Но может разразиться скандал, – с тревогой сказала Лора. И вдруг совершенно неожиданно для себя жалобно прошептала: – Я скучаю по отцу. Мне так его не хватает.
– Я знаю, – кивнул Гидеон. – Горе длится дольше, чем думают некоторые. Я хорошо знаю, что вы чувствуете.
– О, в самом деле? – рассердилась Лора.
Она была не в состоянии смириться с притворным сочувствием.
Гидеон пристально посмотрел на нее:
– Да, знаю. Я потерял обоих родителей, они погибли в катастрофе, когда я был студентом. Мне было девятнадцать, я имел семью и дом. Мгновение – и все исчезло.
Лора почувствовала, что бледнеет. Она не представляла, как бы справилась, если бы потеряла еще и мать. И свой дом. Она прикусила губу.
– Вот поэтому для вас так важен колледж?
Гидеон задумался. Забавно, что он так не думал. А это действительно было так очевидно. Классическая психология. Потерял одну семью – ищи другую. Он грустно улыбнулся:
