Она заколебалась, Михаил прижался губами к тыльной стороне ее ладони – это было нежным предупреждением о завершение ласк и сигналом к началу охоты.
– Ступай.
Слишком голодная, чтобы продолжать пререкаться, она бесшумно соскользнула с дерева и отменила для себя свой личный запрет на охоту. В темноте, и с той скоростью, которую она разовьет, люди воспримут ее лишь как размытой тенью, обманом глаз.
Она шла за громилой по пятам, пока он не скрылся в подходящем для ее планов кустарнике. Отличное местечко для того, чтобы завести с ним разговор, но прежде чем зайти в кусты, его следует очаровать, однако же, она не стала деликатничать. Алия ворвалась в кусты и грубо повалила его наземь. Он сопротивлялся полсекунды, пока она не завладела его волей. Под покровом темноты, невидимая окружающим, она сделала большой глоток, потираясь о его колено. Она уже настолько привыкла к тому, что кормление не проходило без секса, что вряд ли уже сможет разделить эти две вещи. Возможно, Михаил и охотился по-старинке, но ее охота с последующим кормлением заводила с пол-оборота.
Но все же, Алия не заходила в своих играх с людьми слишком далеко, она лишь слегка, даже можно сказать – тайком, занималась фроттажом . Ну ничем не хуже того, что он испытывает каждый день в толчее метрополитена. Закончив, она перетащила его на парковую скамейку, где он и «воскреснет».
Несмотря на свое повальное презрение к смертным, Михаил все же охранял людей на своих землях рьяней, чем любой другой князь, которого она когда-нибудь встречала. Он ввел жесткие правила во взаимоотношениях вампирь-человек, а волочение громилы через кустарник и осушение его до беспамятства – и не важно, что своими ласками она его возбудила, – нарушало несколько правил. Из-за чувства вины, Алия задержалась в тени, чтобы убедиться, что с ее лесорубом все в порядке. Он ничего не вспомнит о нападение, лишь удивиться, обнаружив на своей одежде грязь и ветки. Но если она переусердствовала с забором крови, то он не очнется в ближайшее время, что в конечном итоге для него обернется ограблением или арестом, а может и то и другое. Довольно забавная перспектива.
Заскучав – и пребывая в возбужденном состоянии, – она ментально потянулась к Михаилу и узнала, что он только что закончил кормежку неподалеку от нее.
Ее жертва свесилась со скамьи. Она вновь уложила его на скамью, несколько секунд подержала, чтобы он опять не сполз на землю. Когда она отпустила его, громила запрокинул голову и захрапел.
Вот ведь дерьмо!
Алия похлопала его по щеке, желая посмотреть, сможет ли его разбудить.
– Эй? Извините?!
Неужто ты получаешь садистское удовольствие, обращаясь с ним столь грубо?
Михаил. Поблизости. Девушка обернулась, ища его взглядом. Его местоположение изменилось, а разум был закрыт. Он хотел ее одурачить, приблизившись незаметно. Она медленно поворачивалась, краям глаза наблюдая за ним, а затем вновь потеряла его из виду. Ее руки покрыла гусиная кожа. На каблуки новых полусапожек налипла листва, из-за того что она поворачивалась вокруг своей оси, пытаясь вычислить его местонахождение.
– Ну ты же знаешь, я не отличаюсь благопристойностью.
Ты бы хотела подобного обращения с собой?
Угроза в его голосе заставила подскочить ее пульс.
– Мне бы хотелось увидеть, как ты попытаешься сделать это, мой милый.
Рождество.
– Что? – вопрос сорвался с ее уст облачком белого пара.
На улице резко похолодало. Алия резко повернула голову, не сомневаясь, что Михаил уже близко.
Мы провели вместе год, как ты и желала, а теперь мое желание – провести здесь Рождество.
Алия моргнула от удивления:
– Ну конеч…
Он неожиданно схватил ее с боку. По инерции, ломая ветки и цепляясь за сучки, они пробороздили кустарник и упали на землю. Она приземлилась в боевую стойку, однако у него было преимущество – заранее обдуманный ход действий. В несколько приемов он повалил ее вниз, завел ей руку за спину, задрал ей юбку и погладил по заднице.
– Ты знаешь, мое слово – закон в этом парке. И ты должна быть отшлепана за нарушение правил.
– Ты заплатишь за это, – проскрежетала она.
– И как же? – он просунул руку между ее ног, прерывисто дыша над ее ухом.
Она знала, что распалена, что влага сочится меж ее ног после их поцелуя на дереве.
– Скажи мне, как я заплачу за это?
Алия знала, что он серьезно настроен и желает знать, что она сделает с ним позднее. И это сводило его с ума. Она призвала свое лучшее оружие – пустячок, который очаровывает и приводит его в сильнейшее смятение.
– Ты еще не знаком с моим пристяжным «дружком». Ты знаешь меня… – Его ладонь накрыла ее естество. Все ее мысли рассеялись, она больше не могла угрожать. Только желать. – Я… Я…
– Скажи мне. – Одним резким рывком он разорвал ее новые колготки на промежности.
– Эй, я только…
Михаил запихал что-то ей в рот. Кожа. Одна из его перчаток. Ее первой реакцией было возмутиться, но он отодвинул ее стринги в сторону и проник в нее пальцами. Мышцы ее влагалища сжались вокруг его пальцев, одобряя столь грязное посягательство. Она слегка прикусила перчатку, уже содрогаясь в опасной близости оргазма.
– Почему ты такая мокрая? Неужели ты возжелала этого ебанного человечишку? – Михаил скользил пальцами взад и вперед, поглаживая стенки влагалища. – Ты терлась об него? Клала руку на его член?
Михаил никогда не был таким агрессивным с ней. Уже давно с ней так не обращались. Однако, она осознала тот факт, что настолько доверяет Михаилу, что позволит ему сыграть в грубые игры. Осознание этого захлестнуло ее, принося с собой чувство глубокого облегчения.
Я в безопасности.
Он вытащил из нее пальцы, оставив ее изнывающей и с чувством пустоты. Однако ее руку он так и не выпустил, удерживая ее одной левой. Алия слышала его жесткое дыхание, чувствовала горячее и настойчивое давление его члена меж своих ягодиц.
– Это, – рявкнул он, – это – то, что тебе нужно?
Она простонала в перчатку:
– М-м.
– Покажи мне.
Она приподняла бедра и расставила пошире ноги, содрогаясь от желания ощутить его внутри себя.
– Скажи мне!
Да-а, прошу тебя.
Михаил раздвинул ее плоть, протиснулся в нее, растягивая, наполняя и полностью погружаясь, но… ох, все это было так медленно. Когда она попыталась насадиться на него и ускорить процесс, он вывернул ей руку. Михаил желал, чтобы она была пассивной.
Она почувствовала, как в нем пробудилась его животная страсть, он овладевал ею, как ему того хотелось – учитывая лишь свои желания и не скупясь на их исполнение. Взамен, Алия нашла в себе силы, чтобы покориться, а сделав это, она почувствовала приближение оргазма. Оргазм становился все сильнее и ярее с каждым дюймом его проникновения. Все, что она могла сделать – это не выдать себя ни звуком. Она понимала, что теряет контроль и не в силах сдержать себя. Закатив глаза, она начала содрогаться под ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
