построить, слишком маловат спрос получится. Зато его в достатке на другом рынке, который во все времена считается нелегальным.
Нет, оружие здесь можно купить даже у прохожего на улице, никакой специальной лицензии не нужно. Да и за патронами люди чаще, чем за хлебом ходят, особенно в приграничных посёлках. Но вот алкоголь и наркотики – это уже совсем другое дело, особенно на войне.
Были, конечно, и невольничьи рынки, ну а как иначе? Тяжёлые времена всегда требуют непростых решений, однако в центральных племенах за подобные дела свои же в спину пристрелят. Но кайфом торговать — достаточно прибыльное занятие. Да и люди не осудят, потому как очень многим хочется расслабиться.
Вот к одному подобному дилеру мама с папой и напросились на свидание. В целом ничего особенного: в определённом месте оставили записку, в которой уже указали точку для встречи.
Здесь же, неподалёку, мы и расположились на ночлег, в ожидании, когда соизволит явиться «чёрный торговец ништяками». И всё бы ничего, но буквально в четырёх часах на север находился приграничный город, в который будто мухи на гов... упс, Винни-Пухи на мёд, стягивались Троперы.
Вот одного никак не пойму: их же вроде убивают пачками, а они всё равно лезут и лезут. Ну нет бы обойти опасное место, благо разлёт между поселениями серьёзный и спокойно позволяет исполнить подобные манёвры. А там уже по тихой грусти, раз и большой кучей на кого другого напали, ну кто послабее. Хотя ладно, они вроде и без моих советов всех вокруг изрядно закошмарили.
Но к чему я, собственно, это всё? Троперы нападают на заставу, люди в свою очередь от них отбиваются, тем самым шумят и привлекают очередные волны атакующих. Стрельба стоит практически круглосуточная, хотя днём, конечно, её интенсивность заметно снижается.
Однако этой ночью уже и нам пришлось принять участие в схватке. Слишком близко подобралась группа приблизительно из десятка особей. Их не было слышно буквально до самого последнего момента.
Пресловутое «Троп-троп» громыхнуло едва ли не под ухом. Здесь даже тревогу поднимать не потребовалось, так как все самостоятельно подскочили и вполне себе резво. Я ещё не успел глаза продрать, как прозвучал первый выстрел.
Судя по всему, это Катюха воспользовалась винтовкой и срезала кого-то на дальней дистанции. В общей какофонии регулярных перестрелок, наша настороженности не вызывала, а потому батин автомат смело протрещал в ночной тишине, оставляя двух гадов трястись и вставать на «мостик».
Я с момента выхода из тоннелей старался передвигаться самостоятельно как можно чаще. Вот и сейчас, едва пошёл замес, тут же шмыгнул поближе к отцу. Ну его на фиг этого Ржавого, не доверяю я ему. И вот ведь как чувствовал, нашу оборону как раз прорвали именно с его стороны.
Пока один Тропер отвлекал внимание на себя, двое других успели прорваться через окно из дома напротив. Воспользовавшись моментом, они оседлали ржавую тушку, на что отвлеклась Катюха. Это естественно повлекло за собой очередной прорыв периметра. В итоге всем пришлось оставить посты, дабы спасти друзей, да и самим не сдохнуть.
Батя дал из окна длинную очередь, сменил автомат на пистолет и рванул на помощь сестре. Тройки выстрелов оказалось достаточно, чтобы снять с неё урода, но здесь им на помощь через балкон уже лезла парочка новых. Их отец оставил нам с Катюхой и переключил внимание на Ржавого, который уже и не кричал из-под монстров. Точнее, кричал, но то больше походило на девчачий визг.
Мама в этот момент держала прихожую, убивая каждого, кто посмеет высунуть нос. И таковых нашлось трое. Первый вылетел вслед за батей, но три медные пули быстро выбили из него всю прыть. Он даже затормозить и развернуться не успел, и со всего разгона врезался в противоположную от двери стену, да так и остался там, выгнувшись мостиком.
Мама успела сделать короткую перебежку и сбила ногой арку Тропера на пол, после чего заняла позицию прямо на нём, используя труп в качестве упора.
Второй попытался атаковать из подъезда и едва мелькнул в дверном проёме, как заработал две пули. Его товарищ решил повторить успех того, что смог пробить оборону Рыжего, вот только с мамой подобный номер не пройдёт.
Батя как раз заканчивал спасать товарища. Он прямым ударом ноги снял Тропера с Сани и тут же всадил в пасть врагу аж четыре пули. А последнего замочил сам Ржавый, лупанул по нему из обреза, до которого наконец смог дотянуться.
Оставались лишь двое в нашей с Катюхой комнате, и если одного она снять успела, то второй, судя по всему, решил выбрать меня в качестве жертвы. Это он, конечно, зря, совсем не подумал.
Нет, в целом я понимаю, с чего вдруг такое решение: «Вроде мелкий какой-то шкет, трётся себе в уголочке, прячется, наверняка ещё и от страха трясётся. Ну и какой из него воин?!»
Но сейчас симбионт вовсе не тот, что был в самом начале, и я быстро это доказал ублюдку.
— Не стлеляй! — крикнул я Катюхе, и сам рванул навстречу опасности.
В руке блеснул нож, и как только Тропер распахнул пасть, чтобы проглотить мелкого наглеца, то есть меня, я оттолкнулся и, сложив руки рыбкой, самостоятельно в неё нырнул.
— Сёма! — раздался позади крик матери.
Но я оставался спокоен, мне нужна была кровь и желательно добытая в бою, а потому именно этим я и занялся, с великим, давно забытым чувством азарта.
Нож у бати всегда как бритва, хотя я уже об этом рассказывал. Так вот он без особых проблем вспорол толстый пищевод Тропера.
Ой что началось, когда до него наконец дошло, с чего вдруг еда сама прыгнула ему в пасть. Он, конечно же, её открыл и попытался выковырнуть меня оттуда, схватив за ногу. В первые мгновения я попытался отбиться, а затем просто всадил клинок ему в язык, по самую рукоятку.
Чудище взвыло и сменило тактику поведения. Не то, чтобы это как-то помогло, но попытку я ему засчитал, тем более что она наверняка достаточно забавно выглядела со стороны. Ну ведь не каждый день видишь, как жуткий Тропер пытается убить себя о стену. А таких попыток он совершил аж три штуки.
Симбионт прекрасно отработал и кроме тряски, словно от езды на тракторе по полю, я, в общем, ничего такого и не почувствовал. Ну а затем я продолжил прорезать себе путь наружу в противоположной части от рта, естественно.
Кровь быстро заполняла пасть чудовища, тот отплёвывался, завывал
