в один месяц должны родить, — как будто это все объясняло заявила Уяна. — Вот наш капитан и озаботился местом, где это можно спокойно сделать. И сфинкса нашел, чтобы тот с акушерством у дев-монстров помог.
— Знаете, юная госпожа Дипперстоун, меня тут мои коллеги, — великий магистр нашел глазами сэра Макса. — Одному занятному жесту научили. Вместо тысячи слов.
И старейший орденец медленно приложил раскрытую ладонь к лицу. Впрочем, просидел он так всего несколько секунд.
— Вместе с тем не могу не отметить своевременность доставленной информации и спецсредств. Усиленный конвоем караван со стратегическим грузом для Высокогорной Хималии мы отправим прямо завтра.
* * *
Караван, как и обещал Великий магистр, собрали в рекордные сроки. Рассвет двое экспедиторов встречали на борту повозки с грузом ебонита. К обыкновенному эскорту в лице отряда конных рыцарей добавили беспрецедентное усилие — двух всадников для пегасов. Воздушная разведка над лесом была куда менее эффективной, чем над морем — но орденцы решили не пренебрегать ничем.
А еще, к большому удивлению Следопыта, они отправились не от привычных западных ворот города-полиса, а из северных — и практически строго на север. От ворот через дикий лес вела явно недавно пробитая грунтовая дорога.
— Мои соплеменники поработали, — влет определила Уяна. — Колея отсыпана и водоотводы прокопаны.
Поездка на гужевом транспорте явно будила в гноме не лучшие воспоминания, но та стойко держалась и даже пыталась наслаждаться холодным весенним деньком. Не убирая руку с оружия.
— И волы, что тянут телегу, тоже через гномов достали, — откликнулся Павел, тоже кладя лук поверх колен.
Он уже приготовился к часам весьма условно тихой лесной тишины, пронзенной пением тысяч гнездующихся птиц… И весьма сильно ошибся в ожиданиях. Чем дальше на север уходила дорога, тем больше ответвлений от неё отворачивало и тем чаще слышался стук топора, визг пилы и бодрый матерок. Встречались и встречные подводы, и разъезды белых — настолько безопасно Следопыт еще по лесу в этом мире не ездил. Хоть спать ложись.
Привала за весь день не было — лишь предложили на ходу пожевать всухомятку тем, что можно не греть. Только в сумерках отряд встал на ночевку и нормально поужинал — и снялся со стоянки ни свет ни заря. Не удивительно, что путь до отрогов Хребта удалось проделать за три дня.
— Техническая шахта для сброса породы, — сразу классифицировала темный зев тоннеля, из которого тянулась рельсовая “нитка”, гнома. Место было очень оживленным, лес вокруг снесли метров на триста во все стороны, и землю утоптали так, что её даже весенние дожди не взяли. Целый небольшой поселок из домов-срубов дымил печными трубами, с противоположного края поляны дымку поддавали кузнецы и мастерские.
— А еще это самая ближайшая к Ордэру пересадка на метро, — подмигнув Павлу Георгиевичу, сообщил подошедший Сугроб. Он улыбался, но как-то не особо весело. — Хотел бы я знать, что вы такое везете, отчего Айро так перебдел. Не-не, молчи-молчи! — не дал он раскрыть рта Следопыту. — Потом расскажешь. В кругу только лишь дружеских ушей.
— Вряд ли здесь могут быть другие, — покрутила головой Дипперстоун. — Слово гнома — крепче камня. Нужно молчать — будет молчать. А о доблести и чести воинов-рыцарей вы и сами лучше меня знаете.
— Боюсь, Уяна, для некоторых твоих сограждан родственные чувства куда ближе, чем секреты каких-то чужаков, сколько бы они не были союзниками. Когда на кону жизни близких — и не такую глупость сделать можно.
Следопыт от этих слов почувствовал сосущее ощущение “под ложечкой” — а его спутница вообще натурально спала с лица.
— Что? Что случилось?
— Фронтирбург пал, — просто сказал командир крылатой кавалерии. — К счастью, у командира Внешней Фаланги хватило ума сдаться без боя перед двадцатикратным перевесом противника, сидя в городе, где даже завалящих стен нет. Теперь идут переговоры по освобождению жителей…
— Но как?! — новость никак не помещалась в голове у гномы.
— Улустан привел орду, — сказал Сугроб. — Заявляют, что земли от Полуночи до Хребта — их. А на восток — “покуда достанет земли”. Сейчас они еще и Скверными племенами сцепились.
Интерлюдия 6 без правок
Проследовав за контейнером с ебонитом вглубь шахты сброса породы, Павел Георгиевич волей-неволей словил дежавю. Подземелье гномов чем глубже тем сильнее ветвилось, быстро превращаясь в сложный трехмерный лабиринт. Словно в компьютерной игрушке, где вход — нора под корнями дуба, едва протиснуться, а ведет она к огромному данжеону с боссом драконом, поджидающим приключенцев в зале с потолком под сотню метров. Драконов у анфиладовцев не нашлось, у них было кое-что получше: подземная железнодорожная станция! С рельсами нормальной ширины, с паровозом, вагонам пассажирскими и бункерными, грузовыми платформами и классическими “теплушками”. Целый состав, почти загруженный.
Изнутри гномьи вагоны для шахтеров не блистали какой-то роскошью — но в них в каждом кроме туалета имелся горячий душ! И отдельно вагон-столовая по графику кормил работников кирки и горнопроходческого комбайна. Ну и гостей с поверхности заодно. Следопыт едва не пропустил, когда состав тронулся — он успел смыть дорожную грязь и наестся до предела щедрой порцией. И наконец-то можно было выдохнуть: ценный контейнер теперь охранялся бородатыми союзниками.
Уяна сразу после посадки на поезд куда-то умотала из их плацкартного отсека. Она вообще очень приободрилась, оказавшись среди соплеменников. Зато занять вторую нижнюю полку неожиданно пришел Миротворец.
— Лапу пристроил в вагоне-стойле, — пояснил он. — Ей столько вкусняшки отвалили, что с набитым пузом будет до самой Хималии спать.
— Ты тоже туда едешь? — максимально глупый вопрос сам прыгнул на язык.
— Да вот, пришлось, — повел плечом зверовед. — И как консультант, и как Изыскатель, и как командир крылатых… Ты это, не устраивайся надолго тут. Как только паровоз дотянет нас до Подземных Дворцов — пересадят согласно дипломатическому статусу.
Так все и произошло. Толком полюбоваться великолепием гномьей столицы удалось лишь из окна, пока состав двигался по прозрачной трубе внутри циклопической полости жилого грота. Дальше служебная станция, недоступная обычным пассажирам и пересадка в вагон вип-класса, сразу за которым перецепили платформу со спецгрузом.
— Господин Перегрин! — напарница низко поклонилась опустошающему кофемашину незнакомому Следопыту гному в деловом костюме. Рейнджера неприятно кольнула увиденная сцена: слишком он привык видеть свою спутницу совершенно другой. На его памяти девушка никому так подобострастно не кланялась. Даже собственной смерти.
— М-м-м… — явно пришлось напрячь память незнакомцу. — Уяна, правильно? Ты ведь на пенсии по инвалидности. Формальности больше не нужны.
— Может и так, но вы все еще один из наследников Старшей Семьи Рода, — почтительно и одновременно возмущенно отвергла критику гнома.
