интегрированные аспекты его души. У третьей группы вся эта дискуссия вызывает дискомфорт, поскольку из-за разбирательства с этой темой может сложиться впечатление, что семейная расстановка – некий спиритуальный феномен. По их мнению, ее следует рассматривать как чисто терапевтический метод, а дискуссия об исцелении мертвых ведет к ее опасной мистификации.
При взгляде на столь разные точки зрения создается впечатление, что эта дискуссия не может прийти ни к какому внятному решению. И похоже, что сам вопрос, вокруг которого все и вертится, а именно, может ли расстановка приводить к исцелению в том числе тех, кто уже мертв, вовсе не играет в этой полемике значимой роли. По всей видимости, в ней сталкиваются разные взгляды на реальность. Разные мнения сопровождаются сильными чувствами и порой яростно отстаиваются людьми, активно участвующими в этой дискуссии.
Если рассматривать и определять себя как отдельное существо, которое принципиально независимо, уникально и отделено от других, и полагать, что мы можем свободно выбирать свою жизнь и судьбу, то из этого следует вывод, что мертвые находятся вне нашей досягаемости, что они ушли и пропали навсегда. И касается это не только мертвых, но и живых. Правда, это не так просто увидеть. Если же рассматривать и определять себя не только как участника жизни, но как часть некой большей силы, соединяющей каждого со всем остальным, то вопрос о возможности исцеления мертвых становится нерелевантным. Как можно оспаривать исцеление мертвых, с которыми мы, в конце концов, тоже чувствуем свою связь? Опасность дискуссии о мертвых заключается в том, что между ее участниками может быстро разгореться бурный спор о том, кто прав, а кто неправ.
По моему наблюдению, многие из тех, кто вовлечен в подобную дискуссию, имеют ограниченный опыт работы с подлинным присутствием мертвых. Большинство из них, возможно, очень опытны в своей профессиональной области, например, они могут быть хорошими терапевтами. Однако терапевтический язык уже по самой своей природе не является подходящим средством для исследования вопроса, возможно ли исцеление мертвых. На языке психотерапии мертвые присутствуют лишь в воспоминаниях, это такое присутствие, в котором нет настоящей, собственной жизни, но которое может влиять на живых.
У людей, чей опыт взаимодействия с мертвыми исчерпывается тем, что в расстановках они видят, как ставятся заместители для умерших членов семьи, восприятие мертвых ограничено. Они могут только сравнить появление мертвых в одной расстановке с их появлением в другой расстановке. Семейная расстановка может научить нас разным очень важным вещам, но она не может привести нас к окончательному выводу о том, могут ли мертвые получать исцеление. Прежде чем разбираться с этим вопросом, сначала лучше заняться другими сделанными в расстановках наблюдениями, например, что мертвые могут проявлять себя по-разному.
Поскольку я хочу исследовать духовное измерение семейной расстановки с шаманской точки зрения, сейчас я подробно остановлюсь на том, что наблюдали и что говорили о мертвых шаманы. Я расскажу о традиционном шаманском знании и переведу его в современные образы и концепции, чтобы оно было понятно для людей западного склада ума. Кроме того, я опишу наблюдения, сделанные в шаманской работе мной самим.
Вначале я хотел бы посмотреть на процесс умирания, поскольку это автоматически приведет нас к описанию ситуации, в которой находятся мертвые. Многими поколениями шаманов и знахарей были собраны детальные и тщательные описания этого процесса. Находясь в состоянии транса, квалифицированный шаман может уводить свое сознание в более тонкие тела, являющиеся носителями души. В этом состоянии можно очень внимательно пронаблюдать процесс умирания для эфирного, астрального и ментального тел.
Как я уже объяснял в предыдущей главе, каждый человек состоит из четырех тел: физического, эфирного, астрального и ментального. Душа придает силу каждому из тел и обменивается с ними информацией. Таким образом душа и четыре тела постоянно влияют друг на друга. Личность следит за вниманием и задает ему направление. Личность и четыре тела тоже влияют друг на друга. Процесс умирания по-разному затрагивает душу, четыре тела и личность.
Когда человек умирает, сначала прекращает функционировать его физическое тело, и с этого начинается процесс распада: это тело умирает очень быстро. Как только эфирное, астральное и ментальное тела освобождаются от физического, из него уходит и личность. После физической смерти у эфирного, астрального, ментального тела и личности больше нет физического якоря, так что они постепенно утрачивают контакт с физическим миром.
Через несколько дней после смерти физического тела начинает распадаться и эфирное тело. Оно настолько тесно связано с физическим, что без него оно не может сохранять свою структуру. Примерно через три дня после смерти физического тела от гибнущего эфирного тела обычно отделяются астральное и ментальное тела. У человека, который при помощи духовных практик научился укреплять свое эфирное тело, это происходит позже, возможно, через одну или несколько недель.
Отделившись от эфирной структуры, астральное и ментальное тела могут уйти в миры духов астрально-ментального свойства. В этой точке процесса обращает на себя внимание то, что личность, в принципе, пока сохранна. Личность – это посредник, связанный с каждым из четырех тел. После того как перестали действовать физическое и эфирное тела, структура личности становится более ограниченной, но она по-прежнему функционирует. Однако, поскольку импульсы со стороны астрального и ментального тел больше не тормозятся и не удерживаются в равновесии более плотным и медленным физическим телом, а также эфирным телом, личность начинает реагировать на окружающий мир таким же образом, как это знакомо живым по ночным сновидениям.
Во сне связи между астральным и ментальным телами, как и связи между физическим и эфирным телами, на время ослабевают. Это приводит к тому, что критического сознания становится меньше и личностью управляют ассоциации и эмоциональные импульсы. После физической смерти умерший очень легко может попасть в это подобное сну состояние, оказавшись в плену импульсов и сильных реакций своего астрального тела на все, что ему встречается.
В этом состоянии, с ограниченной в восприятии личностью, умерший может еще долго, вплоть до нескольких лет, жить в своих астральном и ментальном телах. Если в течение жизни человек научился контролировать свои чувства и не давать им над собой власти, то теперь это может очень ему пригодиться. Многие шаманские и тибетско-буддийские практики ставят себе особой целью сохранять контроль над сознанием во сне, во время сновидений. Наряду с умением владеть своими чувствами, не подавляя их, это считается наилучшей подготовкой к смерти.
Астральное и ментальное тело в конце концов тоже постепенно слабеют и теряют свою субстанцию. Когда они распадаются, рассеивается и личность. Тогда индивидуальная часть души остается без носителя. Она автоматически
