– Про твою Лельку все давно все поняли, кроме тебя, – вздохнула Катя. – Ну, ладно. Держи меня в курсе. И готовься быть свидетельницей. Станешь за меня ручаться и врать, что я буду хорошей женой. Все, пока-пока!
Про Ивана Катюха не спросила, и Таня была ей за это очень признательна. Чтобы рана перестала болеть, надо постараться ее не расковыривать.
– Не чеши – все пройдет, – говорила в детстве мама.
У этой простенькой формулы оказался очень широкий диапазон применения.
Андрей позвонил уже на следующий день.
– Таня, будь внимательна, – голосом строгой бабушки вещал он. – После перелета начинается акклиматизация, это всегда стресс для организма. Одевайся теплее, не сиди на сквозняке и старайся высыпаться. Иначе ты простудишься и будешь заражать окружающих. Обязательно пей витамины. А еще лучше – ешь свежие овощи и фрукты. В них много клетчатки. Ты любишь овощи?
– Люблю, – машинально ответила Таня, представив, как станет грызть кочан капусты или картофельный клубень. Фантазия на тему поедания сырых овощей ее не вдохновила.
«Интересно, – подумала она. – Это он за меня волнуется или за себя, причислив себя к окружающим, которых я могу позаражать?»
– На днях открылась новая выставка. Фото глазами наших современников. Я думаю, нам бы понравилось. Ты не хочешь сходить в выходные?
– Хочу! – торопливо выкрикнула Татьяна, испугавшись, что лекция про здоровье окажется завершающим этапом их отношений.
– Тогда я позвоню ближе к выходным, – удовлетворенно резюмировал Андрей и положил трубку.
– Хорошо, позвони.
В отношениях с Иваном присутствовала острота, романтика и какая-то чертовщинка, от которой было и весело, и страшно, и любопытно одновременно. И закончилось все это плохо. Как оказалось, интересно жить – это не просто интересно, но и опасно. К опасностям Таня не была готова. Она слишком много сил и времени потратила на ателье и теперь хотела просто спокойствия и стабильности.
Андрей мог их дать. Наверное, он даже мог дать больше. Просто пока было скучновато и надо было к нему привыкнуть. Наверное, по вечерам он станет играть в шахматы с их общими детьми. И читать огромную, как простыня, газету. Обязательно какую-нибудь серьезную, экономическую. А по выходным они будут степенно гулять в парке или ходить в театр. И никаких неприятных неожиданностей не возникнет. И юбку на байке она уже никогда не порвет. И никто не завяжет ей глаза и не сбросит вниз.
– Вот и отлично, – пробормотала Татьяна. – Молодость закончилась. Пришла зрелость. Надо организовывать свое бытие в соответствии с возрастом.
Если вы что-нибудь планируете и в этом задействованы другие люди, все ваши планы будут рушиться, кардинально меняться и многократно перекраиваться. Потому что каждый человек – вселенная, и вселенная эта желает сохранить свой суверенитет и право на нелепые действия. Это вам они кажутся нелепыми, а ваше мнение – субъективное. Субъективное мнение в объективной реальности не учитывается. Вот так-то!
Папенька сидел во главе стола и хмурился:
– Чего это меня за город? Я вам не садовод-огородник, чтобы меня на грядки высаживать!
Семейный совет по дележке квартиры и разъезду был в разгаре.
Мама нервничала и беспокойно косилась на Таню, а Лелька сидела с отсутствующим выражением лица и что-то черкала на листе. Истинные художники всегда выше прозы жизни и меркантильных вопросов. Она всем своим видом демонстрировала легкую снисходительность к затее и изредка улыбалась мудрой улыбкой старой черепахи, впавшей в маразм.
– Папа, – терпеливо объясняла Татьяна. – Мы исходим из реальных финансовых возможностей. Можно сделать по-честному – всем по однокомнатной квартире. Одну мне, одну вам с мамой и одну Лельке с Вадиком. Я так и пытаюсь. Но в этом случае надо понимать, что денег на подобный затратный проект у меня нет. Просто нет! Я же не могу заработать на всех, с учетом ваших запросов. Поэтому и предлагаю вам с мамой квартиру в области, Лельке тоже, а мне в городе, потому что у меня тут ателье. И то мне придется брать кредит.
– А почему мне однушку? – внезапно продемонстрировала глубокое знание вопроса Лелька. – Мы с Вадиком разнополые, нам надо две комнаты. И почему в области? Я в городе хочу.
– А в области пейзажи лучше, – заржал папенька. – Я вообще считаю, что на тебе можно сэкономить. Ты же у нас выше всяких материальных заморочек. Поэтому с каких щей мы будем такие щедрые жесты делать? Давай, Тань, купим ей две комнаты в коммуналке. Для разнополых. Там хоть соседи подкармливать нашу убогую будут, если что. А глядишь, и подружится с кем-нибудь, замуж выйдет, комнаты объединят. Давай искать коммуналку с тихим алкашом. А то ведь трезвый-то в эту яму не попадется.
– Лельке нельзя соседей. Они ее бить будут, – усмехнулась Таня. – Хотя, может, это и к лучшему. Оль, ты вообще понимаешь, о чем речь? Мы тебе ищем жилплощадь без холодильника. Ты бы бумагу-то не портила своими шедеврами, а прикинула, на что и где сможешь жить. А то я тебе деревянный дом куплю, но с двумя комнатами.
– Я в области не хочу, – упрямо произнесла Лелька.
– И я не хочу, – кивнул папа. – Мне нужна нормальная городская поликлиника. И в домино я там с кем стану играть?
– Со мной, – не выдержала мама. – Мы так ни до чего не договоримся. Танюша, ты нам скажи все варианты, а уже от этого будем плясать.
– Вариантов нет, – угрюмо вздохнула Таня. – Вернее, их огромное количество, но надо определиться принципиально. Можно взять квартиры после пожара, но тогда нужен ремонт. Можно взять Лельке комнату в коммуналке, тогда мы по бюджету влезаем.
– Это нечестно, – заявила Ольга.
– Ты рисуй, рисуй, не отвлекайся! – Папенька заботливо пододвинул дочурке листок. – А то как йогурты у пенсионера выпивать, так это честно, а как коммуналка – так нечестно.
– Нам на нее соседи будут жаловаться, – бдительно просчитала ситуацию Александра Семеновна.
– А мы адрес не оставим! – Папашка радостно похлопал себя по животу. – И пусть крутятся, как хотят.
– А внука ты списал? – сурово спросила мама.
Таня ойкнула. Про то, что Вадьке придется менять школу, искать новую, и вообще – оставлять его с этой пародией на мать, она не подумала.
– Вадику будет лучше жить с нами, – сказала мама. – А к Оле он может переехать, когда она… когда-нибудь, проще говоря.
– Нет, я против! – возмутилась Лелька.
– А давайте удалим ее из состава присяжных заседателей, – ядовито улыбнулся папенька. – И выведем за рамки кворума. А то эта курица только и делает, что выражает недовольство. Может, поучаствуешь материально в решении вопроса? А если не можешь, то сиди тихо и запоминай, куда тебя перевезут, чтобы адрес потом не перепутать. Тумбочка дырявая.
