надавил на него Сяо Бай.
– Хорошо-хорошо. Су Е расплакалась, стоило ей нас увидеть. Тянь Дун сказал, что меня нужно немедленно лечить, поэтому меня отнесли под священное дерево. Су Е разрезала кору, собрала сок и нанесла его на мои раны. Пока она наносила лекарство, то спросила, кого мы привели с собой. И тогда мы поняли, что незнакомец последовал за нами. Су Е и Тянь Дун погибли, защищая дерево, а я избежал этой участи, притворившись мертвым. Когда я приехал в эту страну, император уже знал о моих предыдущих подвигах и позволил мне возглавить армию, так я и стал Цзо Сымой. Мне не хотелось вспоминать болезненное прошлое, и я никому о нем не рассказывал.
Когда мужчина договорил, небо над долиной все еще было покрыто густыми облаками – очевидно, он не сказал всей правды.
– Господин, молодой господин Бай не владеет магией и не знает заклинаний, с ним все будет в порядке?
– Я обещал Учителю, что с ним ничего не случится. – Фэй Ю передал сороку Лю И. – Присмотри за ней и не дай улететь.
Когда Фэй Ю вошел в долину, происходящее превзошло его ожидания. Цзо Сыма потерял сознание, его шляпа съехала набок. Сяо Бай сильно вспотел, но его глаза сияли.
– Я думал, ты уже не выйдешь, – сказал Фэй Ю.
– Есть такое, совсем чуть-чуть, – улыбнулся Сяо Бай.
– А я говорил тебе, не стоит его спасать. – Фэй Ю взглянул на Цзо Сыму. – Если ты умрешь из-за него, как мне объяснять это Учителю?
– Но он же все-таки пациент, – возразил Сяо Бай, почесав затылок.
– Я не могу следить за таким количеством людей, – резко ответил Фэй Ю. – Ты просто должен жить хорошо, хотя бы ради меня.
Договорив, они повернулись к обугленному дереву.
– Это действительно священное дерево? – спросил Сяо Бай. – Может ли его сок спасти жизнь человека?
– Ну… – Фэй Ю не нашелся с ответом.
– Если это правда, то можно спасти кого угодно.
– Дерево погибло, и теперь мы не сможем проверить, – покачал головой Фэй Ю.
– Зачем тогда тот человек уничтожил дерево?
– Кто?
– Человек в маске с нарисованным золотым глазом.
– Цзо Сыма рассказал тебе?
– Тот человек появился из густого тумана и пообещал ему помочь захватить город и получить чин генерала.
– Какова цена его помощи?
– Проводить его туда, где растет священное дерево.
– Вот как. – Темные глаза Фэй Ю были полны беспокойства. – А что было дальше?
– Ты сказал, что если Цзо Сыма солжет мне, то облака будут становиться все гуще, поэтому я продолжал наблюдать за небом. Конечно, он не был искренен, пока я не напел ту мелодию.
– Что?
– Тогда облака почти полностью закрыли небо. Я знал, что Цзо Сыма скрывает правду. Ни он, ни я не могли покинуть странное видение, поэтому я решил сыграть мелодию и отправить ее своей матери.
– Что это за песня?
– Ничего особенного. Детский стишок, который знают все. Моя мама пела его мне. – Сяо Бай вытащил флейту и наиграл несколько нот. – Вот. Цзо Сыма, услышав, чуть не прослезился. Он сказал, что хоть и не знает этой песни, но, кажется, он ее слышал из соломенной корзины. Я спросил про корзину, он промолчал, а потом ответил, что он сирота и его родители погибли при бегстве во время войны, а дедушка принес его с высокой температурой в корзине в деревню. Вскоре и дедушки не стало. Я не знал, что ему сказать, поэтому снова сыграл эту мелодию. После этого Цзо Сыма наконец признался, что это он убил Тянь Дуна и Су Е. Даже если бы он умер тысячу раз, то не смог бы искупить грехи, которые он совершил.
Выслушав рассказ Сяо Бая, Фэй Ю ничего не сказал, только подумал: «Неудивительно, что Учитель взял Сяо Бая в ученики. Хоть он не владеет магией, у него есть способности, превосходящие обычных людей».
– Все было не совсем так, как я рассказал, – грустно начал Цзо Сыма. – Незнакомец проследовал за нами в долину и уничтожил дерево. На самом деле я очень обрадовался чину генерала. Я не только не послушал совета Тянь Дуна не нападать на город, но также, когда напал таоу, я прикрылся Арахисом, обезьянкой, которую мне подарила Су Е, чтобы отразить смертельный удар зверя… Когда незнакомец в маске предложил мне сделку, я сразу же согласился, рассматривая ее как последний шанс. Тянь Дун был категорически против. Он просто хотел вернуться в родную деревню и не понимал, почему я так хочу стать генералом. Он был дураком, что он вообще понимал? Ходил ли он когда-то по домам, выпрашивая еду? Смотрели ли на него когда-то свысока? Толкали ли его деревенские дети на землю и тыкали палкой в лицо? Оставался ли он с лампой один в Новый год?.. Я притворился, что согласен вернуться, и обманом провел незнакомца к дереву с помощью лепестка.
Сяо Бай подражал тону голоса Цзо Сымы.
– Какой ужас, – вздохнул Фэй Ю.
– Да, но Тянь Дун мог бы спастись, но он забеспокоился о Су Е и все же последовал вместе с другом в долину, – продолжил Сяо Бай. – По словам Цзо Сымы, когда незнакомец направился к дереву, Су Е бросилась вперед, чтобы защитить его своим телом при помощи магии. Незнакомец лишь взмахнул рукой, и девушка, подлетев в воздух, упала на землю. Тянь Дун ринулся сразиться с незнакомцем, но был сброшен им со скалы после нескольких ударов. Цзян Го, на глазах которого все это произошло, так испугался, что не мог пошевелиться, и молча наблюдал, как дерево превращалось в уголь. О сделке он даже не осмелился упомянуть. Прежде чем уйти, незнакомец сказал ему: «Я обязательно уничтожу Инь и исполню твое желание».
– Что ответил Цзо Сыма? – спросил Фэй Ю. На его белоснежном лице не было ни следа улыбки.
Цзян Го вздрогнул и сказал: «В этом нет нужды». Незнакомец ему ответил, что как же так, если он уже обменял самое ценное, что было у людей, их сделка должна быть выполнена. После этих слов он покинул долину. У незнакомца все получилось. Цзян Го в один миг вновь оказался в городе Инь, который был полностью сровнен с землей, а повсюду лежали его мертвые боевые товарищи. Цзян Го увидел старика Гэ Таня в его доме. Он потратил все силы на призыв и лежал неподвижно, будто мертвый. «Ты можешь убить меня, но ты никогда не найдешь настоящий город Инь» – вот и все, что сказал ему старик Гэ Тань.
– Цзян Го не убил его. Он подумал про себя: «Какой смысл быть таким упрямым, разве город Инь не у меня в кармане?» Тогда он вспомнил о Тянь Дуне. Смерть друга и Су Е нанесла ему серьезную душевную рану, но он решил разобраться
