Читаем без скачивания Алкаш в борделе (сборник) - Олег Путилин

— Валяй!

— Ваши отношения между семьями сохранили ту колоритную схему, по которой они развивались раньше?

— Не-а, — чмокнув языком, сказал Павел. — Мы это… свингерством больше не занимаемся.

— Да, — подтвердил Саша. — Хорошего помаленьку. Ну, было… Ну, прошло… Да и жены у нас теперь другие. С теми мы развелись после той истории.

Похоже, упоминание о давних временах, когда Саша и Паша занимались со своими женами сексом вчетвером, не вызвало у них особенно приятных эмоций. И господа предприниматели вернулись к стандартной схеме жизни новых русских.

— Ну а ты все детективом промышляешь?

— Да. Время от времени.

— Ты молодец, тогда нас здорово выручил.

Ко мне подошел управляющий залом и спросил, не хотел бы я после ужина посетить массажный салон. Я отказался и спросил, свободен ли сейчас Путилин. Управляющий ответил утвердительно, и я выразил желание как можно скорее его увидеть. Я быстренько допил бокал мартини, попрощался с Сашей и Пашей и отправился на второй этаж. Управляющий представил меня охраннику, кто я и зачем, и я снова оказался в кабинете Путилина.

Тот с кем-то ожесточенно разговаривал по телефону и, улучив момент, кивнул мне и попросил садиться.

Путилин по телефону категорическим образом требовал от своего абонента выполнения всех условий контракта по поставкам мяса.

— А я вам говорю — у меня в ресторане должно быть только высшего качества! Иначе я теряю доверие своих клиентов, и та сумма, которую они платят за кусок бифштекса и курицы, не соответствует их потребительской стоимости. А раз это так, то я обманываю своих клиентов. А если я обманываю своих клиентов, то теряю имидж. Если же я теряю имидж, то мне конец как предпринимателю и надо закрывать клуб… Если такое повторится еще раз, то я буду вынужден прервать с вами контракт. И мне плевать, что вы крупнейший поставщик продуктов на нашем рынке. Я лучше буду закупать мясо за границей! Я очень надеюсь на то, что подобного разговора у нас с вами больше не будет. Этот — первый и последний.

Путилин грохнул трубкой по телефонному аппарату.

— Прислали сегодня, — прокомментировал он для меня свои слова. — Это не говядина, это какие-то дистрофики, которые паслись не на лужайке, а в пустыне!

Я подумал: зачем Путилин круглосуточно занимается руководством своего клуба? Без его личного участия не обходится не только подбор массажисток, проституток и официантов, но и продуктов питания и, может быть, даже медикаментов. Этот человек успевает, видимо, везде. От его острого взора не ускользают даже мельчайшие детали функционирования его клуба.

— Ну, что у вас за вопросы?

— Вчера вы говорили, что пропало пять девушек. В досье, которые вы мне дали, содержится информация только на четырех.

— Да, — раздраженно согласился Путилин. — Дело в том, что пятая пропала совсем недавно. Надежда еще не успела переложить подготовленное досье в папку. Вот она, — он достал из ящика стола листок бумаги с фотографией.

На фотографии была изображена страшно худая девушка с продолговатым детским лицом и короткой стрижкой. У нее были маленькие груди и острые, подобно носу «Ту-144», коленки. Пробежав глазами текст, я выяснил, что девушку зовут Марина Мамонтова, двадцати одного года от роду, не замужем, окончила училище культуры. Родители ее жили в нашем городе.

Я отметил этот факт, поскольку в досье, которые я прочел днем, у большинства девушек либо не было родителей, либо они были не местными: жили раньше либо в области, либо в другом городе.

Заметив, что я долго изучаю фотографию, Путилин опередил мой вопрос:

— Да, и такие тоже пользуются спросом. Обычно их заказывают пожилые мужчины.

Я подумал, что у старперов в данном случае срабатывает или нереализовавшийся инстинкт отцовства, или особая извращенческая натура педофила, если их может возбуждать только детское лицо этой девушки.

— Может быть, это из области секретов фирмы, но мне, возможно, потребуются имена постоянных клиентов, которые особенно часто пользуются услугами ваших девушек, — сказал я, выразительно глядя на Путилина.

— Да, — нахмурился он и как-то стушевался, — мы стараемся не разглашать имена клиентов и даже между собой называем их только по имени-отчеству. Но если вдруг такая необходимость возникнет, эти фамилии будут вам предоставлены, — после некоторой паузы твердо заявил директор клуба. — У нас есть специальный журнал, куда заносятся фамилии членов клуба, которые пользовались услугами наших девушек. Кстати, из пропавших пяти девушек только четверо работали на третьем этаже. Оля Карнаухова специализировалась на обслуживании иностранцев в массажном салоне, поскольку владеет языками.

— Да, и еще. Я обратил внимание на то, что все пропавшие девушки не имеют, за исключением последней, почти не имеют родственных связей в нашем городе.

Путилин отреагировал мгновенно:

— Это общий принцип подбора кадров на эти должности. Наличие близких родственников приводит к осложнениям, а мне проблемы не нужны. Разбираться с разгневанными мужьями и негодующими матерями мне некогда.

— Последний вопрос, чтобы сразу уяснить для себя ситуацию. Ваши девушки работают у вас по контракту, накладывающему на них жесткие временные и финансовые обязательства? Или же их работа регламентирована другими соглашениями, по которым они могут уволиться в любой момент?

Путилин посмотрел на меня, несколько секунд посидел насупившись и наконец ответил:

— Видимо, речь идет о том, являются ли девушки моими вечными рабынями?.. Давайте проясним и эту ситуацию. У меня солидная структура, я много зарабатываю и даю хорошо заработать моим сотрудникам. Естественно, такая структура не может работать без жестких принципов, без неукоснительного соблюдения правил игры, которые я определяю. Но я не идиот и прекрасно понимаю, что бизнес может быть успешным и иметь серьезные перспективы только в том случае, когда он основан на экономических интересах всех его участников. И это главный критерий, которым я руководствовался, создавая свою фирму. Мои девушки много работают и хорошо зарабатывают. Да, у них есть контракты, есть жесткие правила поведения, которые они должны соблюдать, есть и штрафные санкции… Но контракт я заключал только с теми, в которых вложил деньги — в их обучение и профессиональную подготовку. Эти деньги они должны были отработать, и все они их отработали. Далее все наши отношения строились по обычному принципу: работаешь — работай и соблюдай правила; не работаешь — увольняйся. Я никого здесь не держу. Все мои сотрудники сами держатся за меня. Главное наказание в моей структуре должно быть одно — увольнение. За три года я сменил три состава сотрудников из разных подразделений. Остались люди, которые способны удовлетворять моим критериям и требованиям. Так вот, могу сказать, что все пропавшие девушки вложенные в них средства отработали и никаких долгов за ними не числилось… Вот, собственно, и все, что я могу вам сказать. Если вас не убеждают мои слова, можете побеседовать с любой нашей сотрудницей наедине.

— Что ж, спасибо, — сказал я. — Думаю, что ваши аргументы вполне убедительны. На сегодня больше вопросов к вам у меня нет. Кроме одного — обычно, когда я берусь за дело, мне дают аванс.

— Ах да, конечно. Вы правы, — Путилин несколько секунд поразмышлял, — думаю, что тысячи долларов будет достаточно.

— Вполне.

Директор клуба залез в боковой карман пиджака и вытащил оттуда кожаный бумажник. Вынув из него десять стодолларовых купюр, он протянул их мне.

Мы распрощались, и я отправился на такси домой. Уже поздним вечером, когда купленная мной бутылка джина «Гордонс» была ополовинена, я вяло стал обдумывать план дальнейших действий.

По данным имеющихся у меня досье, я составил хронологию исчезновения девушек. Примерно год назад исчезла Елена Петрова, следом за ней, месяца через два, пропала Екатерина Вампилова… Затем, через три месяца, — Ольга Карнаухова… С момента исчезновения Натальи Костенко прошло два месяца… Две недели не выходила на работу Марина Мамонтова… Были все резоны начинать поиски с последней.

Глава 3

Майор Дынин был пунктуальным человеком. Если он говорил, что придет утром, то приходил с точностью московских поездов — плюс-минус пятнадцать минут. Вот и сегодня в девять ноль две Дынин решительно нажал кнопку моего дверного звонка.

Как всегда по утрам, а точнее, особенно по утрам, Дынин был бодр и активен. За последние несколько месяцев, с того момента, когда моему старому — с детства — приятелю присвоили звание майора, в его внешнем облике произошли серьезные изменения. Дынин стал намного солиднее. Нет, он не распустил пузо, поскольку при его кипучей натуре и деятельности это было сделать сложно, и не стал зачесывать волосы назад, поскольку зачесывать было просто нечего — он был совершенно лыс. Просто во всем его облике произошли некоторые мелкие изменения, повысившие тем не менее представительность Дынина в глазах общественности.