По мнению американских советников, это гарантировало минимальный приемлемый уровень деловых качеств и культуры. Кроме того, подбирали общительных и располагающих к себе офицеров, которые могли бы быстро найти контакт со своими учениками и произвести хорошее впечатление на гражданское население.
При отборе на эти первые курсы политические убеждения инструкторов во внимание не принимали; хотя, конечно, уже сам по себе факт предварительного отбора выпускников курсов в Вашингтоне многое значил, но в данном случае при отборе проявлялась определенная гибкость. Американцы решили приглядеться. Они считали, что у них будет больше времени для отбора инструкторов в последующих наборах.
В первую команду инструкторов вошли: начальник курсов инспектор Эмилио Герра; комиссар Эдуардо Молина, читавший лекции по общественным отношениям; лейтенант Эрве Кастро, известный среди друзей под кличкой «фюрер», вел курс «Применение газов и разгон демонстраций»; лейтенант Луис Лобатти — методику обучения; комиссар Альфредо «Пото» Перейра — стрельбу; субкомиссар Хуан С. Бонауди — полицейские операции. И наконец, помощники инструкторов офицер Ромеро и другие. Весьма знаменательно, что двумя самыми важными дисциплинами были стрельба и применение газов, тем ироничнее звучит, что им предшествовал такой предмет, как общественные отношения.
Фактически руководство курсами находилось в руках советника Сесара Бернала, который все время находился в Сальто, инспектируя классы и «прощупывая» пригодность инструкторов для будущего использования. Саенс наезжал периодически и провел несколько занятий по полицейским операциям. Но он, избегая контактов с курсантами и преподавателями, ограничивая свои отношения с инспектором Геррой и полковником Бертой.
По мнению присутствующих на одном неофициальном юбилейном обеде в честь организации курсов в доме Бернала, где горячо обсуждались различные вопросы, первые курсы были единственными, когда инструкторы чувствовали себя по — настоящему заинтересованными. Многие были убеждены, что они действительно вели заслуживающую внимания работу.
Должен заметить, что американцы в то время действовали с большим тактом и скрывали свои истинные намерения.
Тренировочные курсы и система стипендий являлись эффективным средством для проникновения американцев в уругвайские полицейские силы. Под маской заинтересованности в. повышении действенности полиции сотрудники ЦРУ и ФБР добывали нужную информацию о полицейских чиновниках, которую не так‑то легко было получить из анкет. Кроме того, они могли составить представление о личных и профессиональных качествах каждого.
Первым шагом к проникновению служили так называемые стипендии для изучающих английский язык в культурном центре «Уругвай — Соединенные Штаты». Во главе центра стоял Совет регентов, который назначал директора. Директор, заместитель директора и главные сотрудники центра были американцами. В течение многих лет место директора занимал некий Кинг, который постоянно жил в Уругвае. В 1969 году должен был сменить другой американец, который вскоре должен был прибыть из США. Политические ориентировки центр получал от ЮСИС.
Центр имеет Библиотеку имени Вашингтона — Артигаса (или Артигаса — Вашингтона), открытую для широкой уругвайской публики. Книги и другие атрибуты идеологической борьбы в ней тщательно подобраны.
Уровень преподавания английского языка был средним, хотя старое оборудование и учебные пособия были заменены современными. АИД предоставляло стипендии и давало дотацию этой организации на каждого слушателя. Саенс использовал стипендии в качестве части своей программы общественных отношений, призванной завоевать расположение уругвайских полицейских.
Большинство слушателей из числа полицейских бросали курсы английского языка после четырех — пяти занятий. Исключение составляли полдюжины полицейских, которые ходили на занятия с подлинным интересом. Многие записывались на курсы, думая, что это послужит их быстрому продвижению по службе и понравится американцам.
Второе предположение было правильным, но желаемого результата достигнуто не было с обеих сторон, так как полицейские вскоре бросали занятия. Изучать английский язык посылали также кандидатов, направляемых на курсы полицейских в Вашингтоне. Однако большинство из «облагодетельствованных» стипендиями в Вашингтоне на языковые курсы не шли, считая их унизительными для своего достоинства, возраста или чина. Но для Саенса это не было препятствием, он решил охватить курсами всех сотрудников полицейского управления.
Главным средством для проникновения является международная полицейская академия в Вашингтоне, которая зависит от отдела общественной безопасности АИД, а в конечном счете — от госдепартамента. В разработке учебного процесса академия тесно связана с ФБР. Сами по себе преподаваемые здесь дисциплины не отличаются от изучаемых в любой полицейской академии мира, разве что исключение составляет такой предмет, как применение газов и боевых отравляющих веществ. Но в целом академия является инструментом политической обработки слушателей.
Слушатели академии прибывают сюда со всех континентов, но в первую очередь из Азии и Латинской Америки. Из латиноамериканцев составляются отдельные подразделения с целью воспитать в них корпоративный межамериканский дух.
Вначале в академию отбирали уругвайских слушателей в соответствии с тем политическим влиянием, какое они имели в стране. Это был этап, когда американцы хотели завоевать руководящих чиновников министерства внутренних дел и командный состав полиции Монтевидео. Поэтому большинство стипендиатов составляли инспектора. Советники знали, что обучение не принесет желаемых плодов, поскольку инспектора в ближайшие годы уйдут на пенсию, но зато не будет поводов для недовольства в среде ветеранов.
К концу 1966 года закончили вашингтонскую академию или продолжали учебу в ней инспектора Копельо, Герра, Фернандес Регейро, Герреро и другие.
Американцы пока еще не принимали активного участия в отборе кандидатов, лишь иногда просили включить в список того или иного молодого обещающего офицера. Волки все еще рядились в овечью шкуру.
Высший офицерский состав был вполне доволен: подумать только, поездка в США с оплатой всех расходов, да еще возможность привезти оттуда электробытовые товары и другие вещицы!
Но по мере того, как миссия все больше занималась отбором кандидатов, в Вашингтон стали направляться преимущественно офицеры, хорошо зарекомендовавшие себя в отношениях с американскими советниками. Конечно, открыто идеологические аспекты во внимание не принимались, но анкета каждого кандидата подвергалась тщательной проверке.
В общем, главная цель заключается в поисках союзников среди молодых офицеров, которые могли бы в случае необходимости сломить сопротивление в старой полицейской гвардии к введению новшеств.
Путь к достижению этой цели — покорить молодых людей обещанием создать в будущем эффективную полицию, хорошо оснащенную, имеющую вес во внутренней жизни страны и могущую поделить влияние с военными.
Теперь большинство направляемых в Вашингтон стипендиатов составляют молодые офицеры. Впоследствии они должны пополнить команду инструкторов.
Министерство внутренних дел почти перестало вмешиваться в отбор кандидатов. Теперь это стало прямой задачей миссии, за исключением одного — двух кандидатов — протеже очередного министра внутренних дел.
После третьего набора на курсы в Вашингтон стали направлять полицейских офицеров из провинции, отличившихся и зарекомендовавших себя с положительной стороны перед американцами. Позже из‑за соперничества и по внутриполитическим соображениям отбор кандидатов стал проходить по конкурсу, хотя он и не вполне соблюдался, так как окончательное решение в отношении первых пяти кандидатов принимала миссия, которая также имела право включить в список офицеров, не набравших необходимых баллов.
Второй набор курсов полицейских был организован в середине 1967 года в Парке дель — Плата (департамент Канелонес). Начальник полиции департамента полковник Эдуардо Легнани быстро завел дружбу с американцами. Начальник курсов инспектор Герра был переведен в следственное управление, и его заменил капитан республиканской гвардии Хервасио Сомма.
