Хати ничего не осталось, кроме как сесть за стол и сделать так, как говорил дед. Первым делом он нарисовал маленький кружок, чтобы следом вокруг кружка нарисовать еще один, только побольше.
- А теперь нарисуй еще пару кружков, но на границе листа, - Хати закатил глаза на вещь, которую как он уже думал, можно просто объяснить на словах, однако… - А теперь где-то рядом с теми островами на краю, можешь нарисовать три-четыре черепка. Все это, мой Хати, будет приблизительной картой, окружающей нас местности. Круг в центре наш остров. Круг вокруг нашего острова, это лёд, окружающий остров на многие километры, и который не дает даже за целый день пути добраться до нас. Острова на краю — это места, где живут другие люди…а черепки, это острова безумных людей, пиратов. Понимаешь, к чему конкретно я клоню?
- К тому, что рядом с нашим островом есть острова пиратов, но мы защищены природой, - Сухо ответил Хати, окончательно убеждаясь, что все это можно было рассказать на словах.
- Почти. Заметь, что я просил нарисовать ни одного острова Дозора, который защищает территории рядом. Ни одного на несколько сотен километров, даже маленького филиала. Мы, считай находимся в опасной зоне, уплыть дальше которой можно только если ты проплывешь большую дистанцию, не встретившись с пиратами, которые находятся на каждом шагу. Чуть более безопаснее ближе к островам, но это только из-за того, что пираты там не грабят суда, они откормлены и рады. А еще забава в том, что лёд вокруг острова не только не позволяет подплывать кораблям, но и быстро меняет курс лог-посов. Из-за этого никому не нужно идти несколько дней пешком, чтобы добраться до сюда, все смогут уйти через пару минут, если в своем путешествии компас указал на наш остров.
- А если они все же решат узнать, что именно находиться в глубине, они навряд ли выйдут на нашу деревню, и попадут на смертоносную территорию, - Дополнил тихим голосом Хати, на что Оливер сразу закивал головой, – Но где тогда стоят корабли, на которых плавают люди нашей деревни?
- Ну…где-то. Я даже не представляю на самом деле. Знаю лишь то, что они должны быть со стороны моря, которое находиться рядом с деревней.
Услышав в принципе все, что его интересовало, Хати вернулся к своему подносу с едой, как просто почувствовал, что есть уже не хочется. И протянув поднос Оливеру, оно тут же получил от деда еще один удивленный взгляд.
- Я наелся, - Уточник Хати, и просто поставил поднос на комод рядом с кроватью, до которого дед мог легко дотянуться. И Оливер был этому только рад, ибо вся еда, оставляемая Хати на случай долгой отлучки, имела свойство охлаждаться. К тому же аппетит имел свойство пропадать, если кровать после долгих дней никто не убирал, а ты сам не имел возможности отойти в туалет, - Я лягу спать.
И просто устроившись на кровати, Хати решил все же дать себе нормально расслабиться, а не просто слегка отдохнуть за едой перед возвращением к занятиям. И Оливер, только улыбнувшись на это, достал из комода рядом с собой небольшую давилку, сделанную из дерева. Это была крохотная тара со ступкой. Положив кусочек мяса в саму тару, Оливер начал дробить его на волокна, после чего выкладывать на хлеб, и медленно есть. Только таким образом, издеваясь над мясом, он мог есть что-то жесткое. Впрочем, даже хлеб доставлял проблем, из-за чего кушал он весьма медленно.
Но по почти ничего не выражающему лицу было видно, что к такой трудной жизни он уже привык. Почти более часа он неспешно делал себе крохотные бутербродики, успев при этом съесть не более десяти штук. Пока в какой-то момент не раздался стук в дверь, после чего не раздался звук того, как сама дверь медленно приоткрылась.
- Я могу войти? – Раздался шепот старика, который практически тут же заставил Оливера улыбнуться.
- Да, только тихо, – Немного повышенным и все таким же хриплым тоном ответил Оливер, и у входа в дом сразу послышалось шебуршание. Манзо, который решил навестить друга после катаклизма, тихо двинулся в комнату, держа при этом в руках небольшой пакет, – Привет…Хати спит.
- О…хорошо, - Бросив мимолетный взгляд на лежачего Хати, пришедший док вспомнил разошедшиеся по деревне слухи о том, что этот парень в одиночку убил троих снежных скрытней, - А я и тебе и ему сладостей принес, - слабо улыбнувшись, Манзо тихо подошел ближе к кровати друга, уже собираясь сесть за стол, как увидел поднос с маленькими кусочками мяса и хлебушком, а после и ступку в руках Оливера, - …он заставил тебя самого мять мясо? – глаза старика расширились, как только его друг слабо улыбнулся, - Да что это за отношение…он это специально?
- Просто отдал то, что не доел сам, - Манзо от такого ответа нахмурился только сильнее, однако говорить уже ничего не стал. Просто положив пакет на стул, он достал оттуда несколько упаковок сосательных конфет, пару аскорбинок, а главное пудинг, - О-хох…откуда такое сокровище? – продолжил шептать Оливер, удивившись сокровищам.
- Решил вытащить из своих закромов, когда услышал, что сделал Хати…ладно, держи. Даже если он дал тебе такую еду, я не буду забирать ничего обратно. Но Оли, ты не мог попросить его самого что-нибудь помять или приготовить что-то нормальное?
- Да ладно. Я не хотел его отвлекать, он к тому же сильно устал. А мне еще немного стыдно, что первым, чем я его встретил, как только он вернулся, это грязной кроватью. У меня самого глаза слезились от того, что тут было. Он зашел в дом только через пол часа, как одна барышня тут все убрала.
- Ну всегда ты так. Не важно, что тебе стыдно, это как минимум последнее, что…что он может сделать перед тем, как ты уйдешь, - Манзо очень грустно улыбнулся, и в его старых глазах собралось немного влаги, - Нам, старикам, тоже ведь хочется пожить. Не ужимайся.
***
- Знаете, что самое грустное в болезнях, от которых тело начинает отказывать и медленно умирать? Я часто думал над этим, но пришел только к тому, что плохо от этого не только одному человеку, - Стоя в черном наряде, Манзо, старый доктор, смотрел на собравшийся перед собой народ с опечаленным лицом, и заплаканными глазами, - Если больной будет медленно умирать, он страдает не один. Его родные, друзья, проходят через все вместе с ним, - протерев глаза, Манзо уставился на свежую могилу и надгробие рядом с собой. На плите не было ничего, кроме имени. Хито Оливер. И ни даты рождения со смертью, ни каких-либо прощальных слов, как на некоторых других надгробиях поблизости. Не все хотят чего-то подобного, - И я могу сказать, что мне было очень грустно следить за развитием его болезни. К счастью, Оливер умер не по плохому сценарию. Паралич не успел целиком сковать его тело, не позволив ему почувствовать беспомощность.
Толпа жителей деревни грустно покачал головами. Часть из них уперла взгляд в землю, чувствуя депрессию из-за смерти соседа, кто-то натурально плакал, как большинство детей, которых эта ситуация пробирала сильнее всего. А кто-то более более подготовлен, и просто смотрел на могилу с нечитаемым взглядом.
К таким причислялся и Хати. Только в отличии от остальных, он даже не слушал речь, а просто смотрел на могилу своего деда, смерть которого и правда произошла до его дня рождения. Тем не менее, какой-то ожидаемой радости, от смерти человека, из-за которого Хати страдал морально, не последовало. Не было ничего, из-за чего парень понял, что для него этот случай не интереснее смерти кого-либо другого человека, и все что Хати делал сейчас, так это вспоминал дни, когда представлял, как освободиться жизнь после этого момента.
Хати вспоминал об этом во время речи Манзо, во время того, как пару слов сказали другие, и продолжал даже после того, как люди начали расходиться. Планов было не мало, но все они требовали пересмотра, ибо за все это время у него как минимум появилась цель. Правда, заниматься этим на месте он уже не мог. Его отвлекли покачиванием по плечу, заставив перевести взгляд на раздражителя. Это был Манзо.
- Ты не засиживайся, - Коротко проговорил Манзо, постучав при этом Хатимана по плечу, расценив как-то по своему его взгляд, который он не сводил с могилы, - В этой части острова хоть и не идет снег, но зато путь домой может встретить снегопадом.
