приедут за город с жёнами и детьми, холостые с подругами. А мы приглашаем вас. Привезём, увезём, это не проблема.
Девушки тут же о чём-то стали перешёптываться, а потом Карина ни с того ни сего вдруг спросила именно меня:
— А почему ваш друг всё время молчит? Вам, Иван Иванович, будет неприятно, если мы поедем к вам на пикник?
«Чё ты ко мне прицепилась, заноза в одном месте? Иду, никого не трогаю, дышу свежим воздухом, любуюсь падающими снежинками. Или ты думаешь, что если ты — ленинградская красавица с высшим образованием, то все горьковские мужики вокруг тебя должны прыгать как около какой-нибудь принцессы? Как бы ни так! Не дождёшься», — проворчал я про себя, а вслух ответил:
— Вам, милые барышни, как социологам будет очень полезно провести с нашей командой семейный вечер. Вдруг психологический климат у нас не на высоте? Тогда вы сможете дать полезный совет нашему старшему тренеру и получить несколько очков в кАрму.
— Несколько очков в карму! — прыснула от смеха Лида.
— Хорошо, мы согласны, — ответила, одарив своей очаровательной улыбкой, Карина.
«Кто ж меня за язык-то тянул?» — выругался я про себя.
* * *
В воскресенье на лёд автозаводского стадиона Виктор Сергеевич Коноваленко выходил, словно давным-давно на свою дебютную игру. Ноги и руки прославленного голкипера немного подрагивали, голова предательски гудела.
«Виданное ли дело, два раза меня на пенсию уже провожали, два раза по этому поводу водку с парнями пил, — думал Коноваленко, наматывая круги на первой за долгие месяцы общекомандной тренировки вместе с остальными хоккеистами. — А сейчас если не подкачаю, то снова вернусь в Высшую лигу. Снова настоящий хоккей, снова переполненные арены, снова адреналин в крови. Главное, как любил приговаривать Тарасов, не пропускать лёгких шайб. Если влетит что-нибудь заковыристое, никто плохого слова не скажет. Правда, Иван мне вчера что-то слишком много набросал. А с другой стороны, у Ивана бросок как из пращи, по нему ориентироваться не стоит. Главное лёгких не пропускать».
— Закончили пробежку! — дунул в свисток старший тренер Валерий Шилов, который тоже стоял на коньках в центре ледяной площадки. — Виктор Сергеевич на ворота, Фёдоров — защитник, Мишин и Федотов — нападающие. Работаем выход два в одного. Ковин и Скворцов приготовились!
«Вот и настал час икс, — пробурчал про себя Коноваленко, заняв место в рамке ворот. — Если сейчас первую же шайбу отобью, то буду играть. А если нет, то наверное нет».
— Пошли! — скомандовал Шилов и дунул в свисток.
Виктор Сергеевич сжал как можно сильнее в правой руке черенок вратарской клюшки, чуть-чуть выехал из ворот. И когда Алексей Мишин и Александр Федотов с шайбой покатили в атаку, а Юрий Фёдоров стал сдавать спиной назад, готовясь клюшкой перехватить пас от Федотова, Коноваленко зашептал: «Только бы отбить. Только бы отбить». А через секунду Саша Федотов, сблизившись на пять метров, вместо передачи, хитро бросил в ближний левый угол. И Коноваленко, каким-то чудом выставив щиток, первую же шайбу отбил в левое закругление.
«Даааа! — закричал он про себя и уже менее эмоционально пробормотал, — теперь я точно буду играть».
Глава 11
— Чё ты шайбу на крюке елозишь? Бросай в касание, — высказал я Саше Скворцову, когда ближе к концу воскресной тренировки он не забил из вернейшего положения, и наша тройка, несолоно хлебавши, покатилась на скамейку запасных.
— Хотел наверняка, — виновато пробурчал он.
— В реальной игре, пока ты выцеливаешь, тебя могут толкнуть, заблокировать, и кипер, приехав из другого угла, перекроет всю рамку ворот, — прошипел я. — Привыкай работать быстро. Прибежал на свою точку, получил пас, шлёпнул по шайбе — гол и проси премию в квартал.
— Да, но с лёту промахнуться проще, — заступился за друга Володя Ковин.
— После каждой тренировки из своего «офиса» сто бросков в касание и будет вам счастье и удача, — усмехнулся я. — А по-другому никак. Талантливых хоккеистов много, но на самый верх пробиваются только талантливые трудяги.
Я присел на лавку и вперился взглядом в Виктора Коноваленко. Он сегодня в первый раз в этом сезоне работал с командой, и получалось у него не хуже, чем у наших штатных голкиперов: Геннадия Шутова и Александра Котомкина. Конечно, Коноваленко тоже пропускал, но во время этой двухсторонки он сделал несколько таких спасений, которыми напомнил себя в лучшие годы. Вот и сейчас тройка Саши Федотова вошла в зону атаки, Лёша Мишин получил пас около левого борта и отдал неплохую передачу на противоположный край Виктору Доброхотову. И хоть Доброхотов немного замешкался, через секунду он бросил из убойной позиции. Однако Виктор Коноваленко плечом отбил шайбу в заградительную сетку.
— А Сергеич сегодня в большом порядке, — хохотнул Саша Скворцов.
— 38 лет для кипера не возраст, — проворчал я и тут же подумал, что как бы наш старший тренер не решил выставить Виктора Сергеевича против «Крыльев», которые недавно Риге отгрузил 11 шайб, и идут по результативности на почётном втором месте. Рано ещё Сергеича бросать в серьёзный бой.
— Тройка Тафгаева на лёд, — вывел меня из задумчивости голос Валерия Шилова.
И я с Ковиным и Скворцовым вновь оказался на ледяном поле автозаводского стадиона. Мы сменили тройку Владимира Орлова, и на вбрасывание в зоне защиты я выехал против Александра Федотова. И в данной ситуации ворота Коноваленко мне нужно был оборонять, а ворота Шутова, наоборот, атаковать. Однако когда ассистент Александр Рогов бросил шайбу на точку, и я без особого труда отбросил её своим партнёрам, играть в обороне мне не пришлось. Ведь через несколько секунд Александр Скворцов вдоль правого борта уже вовсю летел в зону атаки.
Правда, перед чужой синей линией его притормозил защитник Саша Куликов. Но тут я, набрав в средней зоне приличные обороты, требуя пас, постучал клюшкой по льду. И Скворцов моментально наградил меня чёткой передачей прямо в крюк. После чего и я, и мои партнёры по тройке нападения, лихо влетели в зону атаки и расставились, прижав соперника к воротам Гены Шутова.
— С ходу надо было атаковать! С ходу! — недовольно прокричал старший тренер Шилов, когда я со своими парнями стал разыгрывать шайбу в позиционном нападении.
«Не надо суетиться, товарищ старший тренер, — криво усмехнулся я про себя, отдав пас защитнику Володе Гордееву на синюю линию. —
