Вот здесь, в Нарготронде, и обосновался Финрод со своим народом. Гномы прозвали Финрода Фелагундом, Пещерным Ваятелем; так это имя и осталось с ним до самого конца. Да только Финрод Фелагунд не был первым, обжившим пещеры Нарога.
Сестра Финрода, Галадриэль, осталась у Тингола в Дориате. Там повстречала она Келеборна, родича короля, и вспыхнула меж ними великая любовь. Живя рядом с Мелиан, Галадриэль постепенно перенимала от высокой Майа могущественные знания и глубокую мудрость.
А Тургону не давала покоя память о светлом Тирионе на высоком холме в давно оставленном Благословенном Краю. Долго ходил он по земле, но, не найдя того, что искал, вернулся в Невраст и остался в Виниамаре, на морском побережье. Прошел год и снова во сне явился к нему Ульмо и повелел отправиться в долину Сириона. Ведомый Валаром, достиг Тургон уединенной долины Тумладен. Горы кольцом окружали долину, а в центре возвышался большой выступ. Вернувшись в Невраст, Тургон, осторожно советуясь только с самыми близкими друзьями, стал создавать план города, напоминавшего Тирион на Туне, тоска по которому сжимала его сердце.
Соглядатаи доносили Морготу, что предводители Нолдоров бродят по всему Среднеземью и, видно, думать забыли о всякой войне. Тогда Враг решил испытать, не ослабла ли в самом деле бдительность эльфов. Скрытно пробуждалась его мощь, но вот однажды содрогнулась земля, полыхнули огнем Железные Горы, и орды орков внезапно хлынули на равнины Ард-Галена. Одновременно они прорвались сквозь западное ущелье Сириона, затопили земли Мэглора и протиснулись между горами Маэдроса и дальними отрогами Синих Гор. Но Финголфин и Маэдрос были начеку. Пока отряды Нолдоров разыскивали и уничтожали разрозненные орочьи банды, лиходействовавшие по всему Белерианду, они с двух сторон ударили по основной силе Врага, наступавшей на Дортонион, разбили вражьи орды и гнали их по всему Ард-Галену, уничтожая безжалостно, до самых ворот Ангбанда. Дагор Аглареб, Победоносная Битва, стали называть это третье великое сражение из Битв Белерианда.
Да, сражение принесло победу Нолдорам, но оно же послужило им грозным предупреждением, заставило теснее сплотить ряды, усилить дозоры и взять Ангбанд в осаду. Почти четыреста солнечных лет длилась она. Вожди Нолдоров нагнали такого страху на приспешников Моргота, что еще очень долго после Победоносной Битвы ни один из них не смел показаться за воротами мрачной твердыни Севера. Финголфин надеялся тогда, что если не допустят эльфы в своих рядах измены, то Врагу никогда не разрушить эльфийский союз, не застать Эльдаров врасплох. Правда, Ангбанд стоял нерушимо и Сильмариллы вернуть не удалось, да и война, по сути дела, не затихала во все время осады, потому что Моргот постоянно затевал новые злодейства и не уставал испытывать силы Нолдоров. Кольцо осады по-настоящему так и не замкнулось. Ведь Ангбанд со всех сторон защищали Железные Горы, на склонах и вершинах которых вздымались башни Тангородрима. Непроходимые горные перевалы, снег и лед вставали перед Нолдорами неодолимой преградой. Так что с севера выход для Моргота всегда оставался свободным; им-то время от времени и пользовались его лазутчики, пробиравшиеся в Белерианд. Всеми силами старался Враг посеять страх и рознь среди Эльдаров. Орки его имели строгий приказ хватать живыми и доставлять в Ангбанд всех, кого только удастся. Многие пленники не смогли вынести ужасного взгляда Врага и дальше уже без принуждения, из одного только страха перед Темным Владыкой, выполняли его приказы. От пленников узнал Моргот обо всем случившемся после бунта Феанора, узнал и возрадовался, ибо предвидел в этом семена будущих раздоров среди своих противников.
Спустя еще сотню лет после Победоносной Битвы, Моргот, опасливо сторонившийся Маэдроса, попытался застать врасплох Финголфина. К белым снегам Севера выслал он немалое войско, повернул его потом на запад, а затем на юг. Оно прошло вдоль побережья к заливу Дренгист почти тем же путем, которым шел в свое время Финголфин по вздыбленным льдам. Отряд пробирался в Хитлум, но был вовремя обнаружен Фингоном. На севере залива он сбросил орков в море. Битва не вошла в летопись великих сражений: орков было немного, и Нолдоры Хитлума обошлись малыми силами. Только после этого Моргот наконец понял, что орки сами по себе не соперники Нолдорам, и принялся искать другие пути, а пока в Белерианде надолго установился мир.
И еще сто лет прошло, пока однажды ночью из ворот Ангбанда не вырвался Глаурунг, первый из породы северных огнедышащих драконов. Совсем еще молодой и не очень большой Глаурунг (драконы живут долго и все время растут) натворил столько бед, что эльфы в ужасе бежали от него к Эред Ветрин и в Дортонион. Дракон успел основательно разрушить и загадить Ард-Гален, прежде чем Фингон собрал своих конных стрелков, вооруженных тяжелыми луками, окружил дракона живым кольцом всадников и засыпал стрелами. Броня Глаурунга еще не окрепла как следует, стрелы больно ранили его, он бежал и на долгие годы пропал за воротами Ангбанда. Нолдоры ликовали и превозносили отважного Фингона. Мало кто из них осознал опасность этих новых исчадий Врага. Сам Моргот был очень раздосадован, что дракон полез на рожон раньше времени и нарушил его планы. И снова долгий, почти двухсотлетний мир снизошел на земли Белерианда. Мелкие пограничные стычки вряд ли стоило принимать во внимание. Край богател и процветал. Под надежной охраной Нолдоры много строили. Удивительные творения украсили землю. Слагались прекрасные песни и баллады, составлялись книги знаний. Во многих местах Нолдоры и Синдары снова слились в один народ, как это было когда-то на заре Мира под звездами. Они говорили на одном языке, и только искушенный глаз примечал, что одни, ведущие происхождение от Нолдоров, покрепче телом, более сообразительные и умелые, предпочитают селиться по склонам гор и в долинах, а другие — из Синдаров, звонкоголосые, одаренные музыкальным слухом, менее расположенные к воинским делам, обживают леса и речные долины. Ну и еще Серые Эльфы по-прежнему бродили с песнями по всему Среднеземью, нигде подолгу не задерживаясь.
Глава 14
БЕЛЕРИАНД
3десь повествуется о том, каким застали Нолдоры Среднеземье и каким оно было в Древнейшие Дни, когда вожди Эльдаров и их народы обживали свои владения, заключали союзы и сражались против общего Врага.
В далеком прошлом Мелькор воздвиг на Севере Мира Эред Энгрин, Железные Горы. Огромной подковой по самой границе вечного холода охватили они Утумно, надежно защищая цитадель от любых неожиданностей. За ними, с западной стороны, страшась гнева Валаров, построил Мелькор еще одну крепость, Ангбанд, Железный Ад. Именно здесь нашел он пристанище, вернувшись в Среднеземье. От Утумно давно уже и следа не осталось — разрушили ее Валары в Битве Сил, а вот Ангбанд уцелел, ибо запрятан был глубоко в недрах гор. Оттуда вел на юг длиннейший туннель, запертый мощными воротами. Бее пространство перед ним занимали мрачные башни Тангородрима, возведенные из скапливавшегося в подземных кузницах шлака и камней. Черные валы днем и ночью курились едким дымом. Раньше от ворот Ангбанда простиралась грязная, безжизненная равнина, но после прихода Солнца оделась она буйными травами. За время осады, пока ворота не открывались, трава подобралась к самому адскому порогу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
