ясный задорный взгляд. Из-под серых усов блестела белозубая улыбка. Черные брови, выразительные темно-карие глаза, прямой нос. Густые волосы на голове были с серебряной сединой. Пальцы рук украшали перстни и платиновое кольцо, которое говорило о том, что он человек женатый. Одет был в серый костюм. Образ украшал стильно повязанный красный платок на шее. Мистер Леопольд Доурэл был харизматичным и располагающим к себе мужчиной.
Он с хорошим настроением рассказывал попутчику, что возвращается с командировки домой, в свой особняк к любимой собаке породы Энтлебухер-зенненхунд по кличке Бэтти и к жене, миссис Кэтти Доурэл. Мистер без всякой скромности рассказывал, что его Кэтти ягодка, каких нужно еще поискать. Молодая, озорная, стройная, с веселым характером и вечными затеями. Рядом с ней он чувствовал себя жизнерадостным и, как минимум, на двадцать лет моложе. Кроме того, что она была хороша собой, еще и обладала острым умом. Могла сама себе заработать на то, что ей нужно было, и умела жить по средствам. Деньги, которые дал мистер Доурэл своей жене на ее собственное развитие, она вложила в цветочный бутик. Женщина хорошо разбиралась в сортах цветов, знала какой цветок обозначал любовь, а какой измену. Поэтому, чтобы не попасть впросак, мистер Доурэл чаще ей дарил драгоценности, чем цветы. Сам же он увлекался собранием коллекции живописи известных художников и антиквариатом. Для его увлечения в особняке была специально отведенная комната. У его собаки тоже была своя комната, но Бэтти предпочитала общество и спала на шелковых подушках просторной кровати женатой пары.
Особняк располагался недалеко от исторического центра Хелвилла. Он стоял на холмистой возвышенности. От главной дороги города к особняку вели две дороги. Одна для проезда авто, другая для тех, кто хотел пройтись пешком между лиственными деревьями и голубыми взрослыми елями. Территорию особняка ограждал высокий забор. Увидеть, что там происходит, не попав за ворота, не представлялось никакой возможности.
Поезд прибыл на вокзал Хелвилла. Попутчики решили подождать, пока все пройдут, чтобы не толпиться и не стоять у входа. Собеседник мистера Доурэла жаловался на боль в коленях. Когда нужно было уже выходить, мистер Леопольд привстал с койки и наткнулся на острый изогнутый нож. Он издал последний звук и сел обратно, после чего его бездыханное тело повалилось на бок. Убийца взял свою легкую кладь и быстро вышел из вагона.
В особняке, в одной из спален проводили время две подруги, миссис Кэтти Доурэл и мисс Полли. Кэтти перевернулась на бок, взяла наручные часы с полки и ахнула, увидев время.
— Скоро муж приедет, — испуганно сообщила она.
Девушки стали спешно снимать с себя белые чулки, белые пеньюары, меняя это все на их повседневную одежду. Кэтти и Полли рассовали нижнее белье, кто куда. Кэтти надела свой домашний халатик, Полли брючный костюм. Вместе прибрали кровать, посмотрели, не валяется ли что лишнее по комнате. Заметили белую повязку на глаза, лежащую на полу, и тут же ее убрали. Полли застегнула пуговицы на блузке, Кэтти запахнула халат. Они чмокнулись в губки и пропорхали по лестнице со второго этажа на первый, пить чай. Спустя несколько минут, девушки уже сидели за белым круглым столиком с изящными ножками и на таких же стульях. Кухня была в нежном винтажном стиле, как и другие комнаты особняка, в котором предметы интерьера напоминали кремовый белый узор торта. Комната самого мистера Леопольда была с темным покрытием стен и некоторыми такими же деталями, но также с тонкими растительными узорами.
Кэтти снова посмотрела на часы.
— А муж твой, когда должен прийти? — поинтересовалась Полли, нежно водя ногтем по фарфоровой чашке.
— С минуты на минуту, — с небольшим волнением ответила Кэтти. Взяла зеркальце с соседней полки шкафа и увидела легкий багрянец на щеках.
— Ой, — вздохнула она и приложила к щекам ладошки. — Ну, и вид у меня, потрепанный…
— Тебе кажется, — отмахнулась подруга. — Нормальный у тебя вид, муж ничего не поймет, не бойся.
Раздался звонок в дверь.
— Муж, наверное, — немедля, встала со стула Кэтти.
— Дворецкий откроет, не суетись, — задержала подругу Полли, мягко положив ей руку на локоть.
— Я все-таки должна его встретить.
Миссис Доурэл поспешила к парадной прихожей. Там уже на мягком диване сидел молодой человек. Он был высокого роста, хорошо сложен. Цвет волос был неестественно ярко рыжим. На вид ему можно было дать лет тридцать не больше. На его коленях стояла кожаная большая сумка. Поза его была скованная, вид серьезный.
— Ах, это Вы, Лоренце, — Кэтти не ожидала его увидеть на тот момент. — С чем к нам пожаловали?
Миссис Доурэл старательно затягивала халат, чтобы он крепче запахнулся и не открывал ее длинные нежные ноги. Лоренце особо не рассматривал ее, лишь равнодушно бросал взгляды в ее сторону, для приличия.
— Я выполняю просьбу своей тетушки Морри, — равнодушно ответил парень. — Она просила меня прийти к вам и сказать мистеру Доурэлу, что нужно передать для его матери некоторые вещи. Сейчас дам список.
Лоренце повозился в сумке и достал оттуда свернутый лист бумаги. Развернул и подал миссис Кэтти. Кэтти посмотрела на список и лишь вздохнула.
— Мистер Доурэл не приехал еще, — ответила девушка. — Вам придется подождать, пока я все это найду. Попробую дозвониться, может, он подскажет, где лежат эти вещи.
— Это надолго? — нахмурился молодой человек.
— Скорее всего, — кивнула Кэтти. — Проходите на кухню к мисс Полли.
До своего мужа она не дозвонилась. Он уже задерживался на полчаса. Кэтти попросила Полли развлечь гостя, а сама направилась в комнату, где могли лежать вещи матери ее супруга. Кэтти в шкафу отыскала пуховый платок и остановилась, чтобы его рассмотреть. Запиликал телефон, она подняла трубку и услышала слишком молодой и нежный голос сотрудника полиции, представившегося как детектив Марл. Услышав информацию от детектива, у Кэтти выпал платок из рук, она обессиленно села на диван и нажала на кнопку вызова домработницы.
Глава 13. Психохроник
По просьбе Кэтти домработница принесла успокоительного. Приняв несколько капель, миссис Доурэл попросила ее всем сообщить, что необходимо дождаться детектива Марл. Сама Кэтти на время ожидания предпочла остаться в комнате. Она легла на кожаный диван и свернулась калачиком. Краем розового
