меня родители на двоих столько в месяц получают. Вот это попили кофе! Переждали пробку!
Закрываюсь в туалетной комнате, больше похожей на будуар. Подхожу к зеркалу, висящему над мраморной раковиной. Гляжу на свое бледное лицо и больше всего на свете хочу оказаться в другом месте. Где угодно! Только подальше от этого ресторана и Альберта.
«А вдруг он потребует расплатиться?» — проносится в голове ужасающая своей реальностью мысль. Зачем-то же он меня кормил этим шоколадом? Что потребует взамен?
Поправляю волосы трясущимися руками. Заново собираю их в хвост и приказываю себе.
«Возьми себя в руки. Ничего пока не случилось. Альберт не отморозок. Просто решил шикануть. Он привык жить на широкую ногу. Стыдно бояться. Никто тебя в постель насильно не потащит. А если и потащит… Всегда можно закричать.
Мою руки холодной водой. Выдыхаю и выхожу к Альберту. А он уже ждет. В руках две коробочки с конфетами.
«Это уже четыре тысячи», — отмечаю мысленно. А Валдаев протягивает мне одну.
— Ален, это тебе.
— Ой, не надо было! — ойкаю я. — Зачем…
— Тебе же понравились, — бесхитростно улыбается мне Альберт. — В шкаф на свою полку поставишь, в воскресенье дома кофе попьешь… Нас вспомнишь…
— С-спасибо, — мямлю через силу. И неожиданно вспоминаю, что скоро все закончится. В эту субботу я прощаюсь с Валдаевыми и возвращаюсь домой. Надо к свадьбе готовиться, Олега ждать из Тюмени.
— Тебе спасибо. Я никогда не забуду, что ты для нас сделала, — уже на лестнице сжимает мою руку Альберт. — Ты для нас теперь родная, Алена. Помни об этом. И всегда обращайся за помощью. В лепешку разобьюсь, но помогу, — порывисто заявляет Альберт. Обнимает меня за плечи. Целует в темечко. И словно испугавшись своего собственного порыва, быстро отпускает меня и первым сбегает по лестнице.
Глава 36
В субботу утром я уезжаю в Вербное. Со слезами на глазах прощаюсь с Катериной и Любовью Даниловной. Попадаю в крепкие объятия Валерия Георгиевича и Сэма, целуюсь с Ларой и спешу к машине, около которой меня поджидает отец.
— Как родную тебя провожают, — улыбается он задумчиво. — Видимо, за полгода ты тут ко двору пришлась.
— Пап, просто люди хорошие, — беззаботно тяну я. Машу на прощанье своим друзьям и, высунувшись в окно, кричу. — Встретимся на свадьбе!!!
— Ты их пригласила? — приподнимает бровь отец. Выезжает со двора. Затем из поселка, где у шлагбаума установлен КПП и ребята из ЧОПа несут охрану.
— Они не приедут, Лена, — усмехается криво. — Придумают какие-нибудь отговорки. Но оно и правильно. Другого полета люди. Таким зазорно с нами-колхозанами за одним столом сидеть. Подарок пришлют дорогой, и все. А потом и про тебя забудут, — рубит он напрямую.
— Нет! Это неправда! — подавшись вперед, выкрикиваю запальчиво. — Валдаевы не такие. Они просили звонить и приезжать в гости. Катерина Даниловна пообещать заставила. А Валерий Георгиевич и Альберт взяли с меня слово с любой проблемой приходить к ним. Представляешь?
— Сначала все так говорят, — усмехается отец, выезжая на объездную дорогу. — Тебе они не друзья, Лена. Думай о свадьбе, о своем Олене. Уезжайте в свой Владивосток и живите там спокойно…
— Пап, ну какая разница? Дружу я с Валдаевыми или нет? Кому от этого плохо? Валерий Георгиевич и Катерина обещали приехать на свадьбу. Альберт тоже…
— Это мордатый такой парень? В синей рубашке? — уточняет отец, перестраиваясь в левый ряд. Большие ладони спокойно и расслабленно лежат на руле. Только плечи напряжены и взгляд мрачный.
— Неет, — смеюсь я. — Это Семен. Двоюродный брат Альберта и сын Катерины. Он на Ларе женат. В розовом сарафане стояла…
— А-а, — тянет отец. — А Альберт где же? Не вышел тебя проводить? — стебется добродушно.
— Он в командировке почти неделю. Куда-то в Астану улетел…
— Да и бог с ним, — морщится отец раздраженно.
Понимаю, как его бесят мои Валдаевы. Он же предупреждал! А я все равно с ними общалась.
— Ты мне лучше скажи, Ленок, — улыбается папа. — Оленят нам когда с матерью ждать?
— Не знаю, — смущаюсь я. — Пока дети только в планах. Вот я окончу универ. Тогда.
— Ну и правильно, — соглашается отец. — Планы — это хорошо. Но иногда все идет через ж… Если залетишь, то домой возвращайся рожать. Поняла? Тут для тебя и ребенка будут лучшие условия. Во Владике у меня никого знакомых нет. Даже если найду, где уверенность, что все пройдет благополучно? Потом волосы на себе рвать не надо. Делу не поможет…
— Хорошо, папочка! — изловчившись, целую щетинистую щеку. — Как только начнутся схватки, сразу к тебе, — смеюсь заливисто.
— Нет, дурная башка, — фыркает он. Смотрит на меня как на маленькую глупую девочку. — До седьмого месяца приезжай. Меньше рисков. Поняла?
— А Олег…
— Да обойдется без тебя твой Олень. Если голова на плечах, сам тебя к нам привезет. Но что-то я сомневаюсь в его умственных способностях…
— Почему? — перебиваю на полуслове.
— Нормальный человек, окончив училище на отлично, находит место службы поближе к дому. А это придурок за каким-то хреном во Владивосток намылился…
— Так мы вместе выбрали… Там красиво…
— Значит, оба придурки, — постановляет отец. Врубает музыку и до самого дома молчит, явно обдумывая что-то.
А я отворачиваюсь к окну. Мечтаю о встрече с женихом. О наших свиданиях в сарае у тети Светы.
Плехов, как обычно, притащит котлеты и жареную картошку. Будет меня убеждать, что его родители ни о чем не подозревают. Ага, сейчас! Как же! Ну какая хозяйка не заметит пропажи продуктов? Только не тетя Света. Все она знает, просто подыгрывает нам. Две недели до свадьбы осталось.
«Надо шоколад с собой взять», — размышляю лениво. И внезапно вспоминаю о коробочке шоколада ручной работы, подаренного мне Альбертом. Лезу в сумку и не нахожу.
Я его у Валдаевых оставила! Вот же дурында!
Надо будет позвонить Катерине, пусть они с Любочкой чай попьют.
— Забыла что-то? — косится на меня отец.
— Нет, — мотаю головой.
Ну как рассказать ему о коробке конфет по цене его зарплаты? Может, папе и дарили что-то подобное благодарные пациенты. Его явно шоколадом не проймешь. Но начнутся вопросы. Зачем? Почему?
А мне сейчас только этого не хватало!
Забыла и забыла. Подумаешь!
«Альберт расстроится», — проскакивает в голове странная мысль. Но я гоню ее прочь.
Глупости какие! Он даже не узнает. Не его уровня эта проблема. Валдаев подарил по доброте душевной и выкинул из головы. И меня, и конфеты!
А как я распорядилась подарком, его совершенно не волнует. Альберт — взрослый серьезный мужчина. Никакими глупостями не интересуется. Ни разу ни намеком, ни словом
