Никто не обещал мне любви.
Семьи.
Я лишь гость в этом мире, и не стоит обманываться, считая иначе. А раз меня угораздило проникнуться к королю и его милой дочери нежной привязанностью, то надо сосредоточиться на победе над общими врагами.
Мегры.
— Мы должны сделать первый шаг, — глянув на короля, твёрдо заявила я.
— Мы уже сделали их сотни, — рассмеялся он, но лицо Стефана оставалось серьёзным.
Разумеется, мужчина уловил перемену в моём настроении и понял, что я говорю не о танце. Я понимала, почему он отшучивается. У меня тоже в планах не было открытого нападения на Аракаш. Но некоторые идеи хотелось озвучить.
— Больше всего меня настораживает отношение ведьм к детям, — прищурилась я. — Слышала, что они охотятся на девочек и растят из них ведьм. Мальчики же им неинтересны и, если попадаются меграм, становятся жертвами. Но мне подумалось, что всё может быть иначе. Что, если жительницы Аракаша ищут особенных мальчиков? А заодно забирают девочек… Это бы объяснило, почему нападения всё отчаяннее.
Я прильнула к королю, чтобы никто не расслышал нашего разговора, и торжественно прошептала:
— Им нужен Гудвин! Настолько сильно, что неважны жизни высших ведьм. Не считаешь?
— Я тоже думал об этом, — пробормотал он и, глянув поверх моей головы, едва заметно поморщился. — Потому и разрешил передать заботу о мальчике кииру Агорею.
— Тебе до сих пор не нравится мой выбор? — огорчилась я и на миг обернулась. Убедившись, что Стефан смотрит именно на того воина, о котором мы говорим, пылко продолжила: — Как ты можешь сомневаться в верности этого человека? Он рисковал жизнью, чтобы защитить всех нас…
— Не всех, — жёстко возразил король и взмахнул густыми ресницами.
На щеках мужчины скользнули желваки, будто Стефан мысленно выругался, жалея о вырвавшихся словах. Я вспомнила, сколько раз мне намекали на слухи о нас с Агореем, и иронично улыбнулась.
— Ты же не веришь в сказки о романе небесной ведьмы и храброго воина? Стефан, ты достаточно умён и хладнокровен, чтобы видеть истину.
— Недостаточно, — проворчал он и тут же со смешком поправился: — Хладнокровен, я имел в виду. Мне неприятно видеть, как на тебя смотрят другие мужчины.
— О, правда? — выгнула я бровь. — Так именно поэтому ты приказал швее изготовить самый роскошный наряд? Это должно было отвлечь всех от обладательницы платья?
— Королевой должны любоваться, — сухо произнёс он, — когда она рядом с королём.
«Как бы я хотела, чтобы это была ревность, — вздохнула про себя. — Но Стефан заботится лишь о репутации».
— Что же до твоего предположения, — заметил он, — кое-что выбивается.
— Знаю, — кивнула я.
Мы переглянулись, и я вдруг ощутила некую связь, что возникла между мной и Стефаном. В этот миг мы поняли друг друга без слов, и моё сердце пропустило удар.
Да, я точно понимала сомнения короля. Он уже говорил мне о меграх. Единственное, что для них важнее всего, — собственная жизнь. Ведьмам несвойственна жертвенность. Если принимать его слова за незыблемую истину, то вся моя теория разваливается на корню. Гудвин — только случайная жертва, а нетривиальное поведение жительниц Аракаша объясняется лишь появлением небесной ведьмы.
Но Стефан тоже думал о мальчике! И разрешил Агорею стать опекуном спасённого ребёнка.
Поверил мне? Как тогда…
Безоговорочно.
— Кстати, — нарушила я повисшее молчание. — Как ты узнал о нападении мегр на деревню? В тот день ты ворвался в мои покои и заявил, что…
В памяти промелькнул образ Стефана, острый взгляд его синих глаз и жаркие слова.
«Ты нужна мне».
Сердце забилось чаще, и я смущённо потупилась.
— Прорицатель, — шепнул король.
Одно слово объяснило многое. Я не очень представляла обязанности Медона, но название его должности явно указывало, что мужчина владеет не только телепатией.
— То есть он предсказал нападение? — пытливо уточнила у короля. Вспомнила свои слова о том, что у меня неспокойно на сердце. Этого было достаточно, чтобы Стефан напал на повозку. — И то, что я смогу помочь? Так это была не проверка…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В этот момент музыка закончилась и мужчина остановился. Когда он молча улыбнулся мне и отступил на шаг, я испытала горькое разочарование. Как же было приятно вот так, как минуту назад, легко разговаривать! Будто мы не фиктивные супруги, а хорошие друзья или напарники.
В этот раз «помощь» Кофе была не нужна. И очень хотелось продолжить нашу беседу.
— Желаешь ещё танец? — иронично прищурился король. Приподнял бровь. — Я не любитель подобных увеселений, но ради улыбки супруги пойду на эту небольшую жертву.
Я понимала, что он шутит, но всё же в груди разлилось приятное тепло от предложения. Но, беспокойно глянув на возвышение, где под золотистым кружевом накидки дремала Тетис, отрицательно покачала головой.
— Если этикет позволяет нам вернуться, то стоит отложить увеселения до победы над Аракашем.
— Позволяет, — склонил голову Стефан и, развернувшись, неторопливо повёл меня к трону.
— Могу я пригласить Её Величество на следующий танец?
Вкрадчивый голос кузена короля застал меня врасплох. Привыкнув, что к королевской чете на балу без позволения не смели приближаться, я вздрогнула и остановилась. Но как ответить кииру, если обращался он не ко мне? Глянув на Стефана, заметила, как окаменело его лицо.
«Не отказывайте кузену в этой просьбе», — голос прорицателя, внезапно прозвучавший в моей голове, заставил меня затаить дыхание.
Но в этот раз я не испугалась, а вцепилась в возможность получить подсказку. Почему я должна принять приглашение? Мысленно я взмолилась об ответе, надеясь, что Медон сумеет уловить мой запрос.
Видимо, Стефан тоже получил негласное послание. Ощутив, как неохотно разжимаются его пальцы, я в панике оглянулась в поиске старика в белых одеждах, но нигде его не увидела. Как и Агорея.
В груди болезненно кольнуло.
Беспокойство росло, как катящийся с горы снежный ком, и я не могла поклясться, что это из-за Калхаса. Да, этот киир не был мне симпатичен, но я не могла с чистой совестью связать сильную тревогу с предстоящим танцем.
Наоборот, возникло странное чувство, что я должна сделать это. Как если бы мне предстоял неприятный разговор с бабушкой и хотелось побыстрее пройти через это и жить дальше.
— С удовольствием, — шевельнулись мои губы.
Ощущая себя деревянной куклой, повернулась к кузену короля. Взгляд его был холоднее льда. Я будто смотрела на Стефана, вернувшись в тот день, когда мы только встретились. Но мой фиктивный супруг постепенно оттаял, проявив доверие и тёплые чувства. Этот же дракон — я чувствовала это быстро бьющимся сердцем — искренне ненавидел меня. Но уголки его губ приподнялись, а голос прозвучал вежливо:
— Благодарю за честь, Ваше Величество.
«Ваше Величество» прозвучало как издёвка. Я вспомнила, как перед тем, как я подошла к алтарю, спутница киира сетовала на позор для рода драконов. Возможно, заперев небесную ведьму в покоях, Стефан пытался оградить меня не только от ведьм…
Первое па напоминало шаг на ринг, и я настороженно следила за каждым движением своего противника. В том, что передо мною враг, не сомневалась ни секунды. Движения киира были рваными, будто мужчина желал моей ошибки. Но жёсткая практика моей бабушки не позволяла мне оступиться. Раз научившись танцам этого мира, я уже никогда не забыла бы их.
— Говорите. — Сказав это, я будто освободила от ножен невидимый меч.
— Что Ваше Величество желает услышать от верного раба? — выразительно покосившись на мои светящиеся руки, промурлыкал Калхас.
— Правду, — потребовала я. — Предположу, что вы долго ждали этого шанса. Танец со мной — единственная возможность спросить что-то. Или рассказать. Я слушаю.
— Хм, — остро глянул он. — Знаете, почему на самом деле погибла королева Ликона?
Я насторожилась ещё сильнее. Киир угрожает? Или намекает, что смерть первой жены Стефана — дело моих рук? Не просто же так он на них поглядывает.
