— Твоя очередь, червь. — сделал я второй шаг, чувствуя, как лицевые мышцы непроизвольно растягиваются, образуя жуткую улыбку. — Попробуй повеселить меня подольше предыдущих насекомых.
Тварь! — вампир не выдержал моего давления на его разум и, осознав, что начинает трястись в ужасе, предсказуемо бросился в атаку. — Ты не сможешь победить!
Эрик был в разы быстрее своих подручных. Вероятно ещё и в разы сильнее. Но, что я мог сказать точно, бесконечно злее их. Я знал это, потому что сам был из этой породы людей и понимал, что его гордость не позволит ему сбежать, даже не попытавшись убить меня.
Вампир настиг меня за какую-то секунду. Скорость его передвижения была сопоставима с тем монстром из психиатрической лечебницы, которого прикончили бойцы Эгиды своей светошумовой гранатой. Его острейшие когти были в сантиметре от моей груди. Он собирался пробить её насквозь и вырвать сердце, чтобы показать мне перед тем, как я покину этот мир.
— Твоя наглость смехотворна. — леденящим голосом произнёс я, смотря прямо в красные глаза вампира. — С чего ты вообще взял, что способен со мной тягаться?
Говорят, что вампиры не дышат. Могу вас заверить в том, что это наглая ложь. Ноги Эрика были оторваны от земли, и он так забавно ими дрыгал, что я невольно даже улыбнулся. Краешком губ. Или же моя улыбка была вызвана выпученными глазами, раскрытой пастью и руками, схватившими собственную шею в надежде найти там ту удавку, что безостановочно стягивалась на его горле.
— Поща-ади-и-и… — едва смог прохрипеть вампир, чьи изначально красные глаза настолько налились кровью, что напоминали собой тлеющие угольки.
Он молил меня о пощаде. Возможно, только возможно, я бы поверил в истинность его слов, если бы только не знал о том, что он врал мне. Нет, глупо с его стороны было надеяться на то, что я в это поверю.
Окажись на его месте я, поступал бы сейчас точно так же. Молил бы о пощаде, обещал всё, что угодно, но стоило бы только проявить ко мне жалость, сразу же нанёс удар. Просто потому что моя гордость бы не позволила существовать тому, кто посмел заставить меня испытать такое унижение.
Потому я знал о том, что он лжёт мне и поэтому не собирался щадить.
Под воздействием моего телекинеза, вампир сучил ногами, в бессилии рвал своё горло и задыхался. Но вскоре мне надоело смотреть на его муки, и проклятый кинжал вошёл ему в грудь, пробивая сердце. Нож с жадностью стал выпивать всю жизненную силу Эрика, отдавая значительную её часть своему хозяину.
Закончив со своим врагом, я отбросил бездушное тело, словно стряхнул прихлопнутого комара и наконец-то обернулся.
Таня стояла в окружении трупов и с усталостью смотрела за тем, как наш оборотень загонял последнего выжившего. Мужчина уже растерял всё своё оружие и даже лишился одной руки. У него остался лишь единственный нож, которым он пытался отмахиваться от лениво ходящего по кругу Игоря. В конце концов, он не выдержал затеянной монстром игры, и, впав в безумие, с криками бросился на оборотня и тут же на его целом плече сомкнулись звериные клыки. Раздался душераздирающий крик и безрукий боец потерял сознание от шока. Его хлещущее кровью во все стороны тело, упало, что бы больше никогда не подняться.
Сам же зверь стал перевоплощаться обратно, а я наконец-то дошёл до Тани.
— Ты как?
— Нормально, — сухо ответила девушка, после чего добавила, — благодаря тебе, я всё ещё жива. Спасибо тебе, Лёша.
Я не стал ничего отвечать, вместо этого подошёл к ближайшему телу и, схватив его за ногу, потащил на дорогу.
— Что ты делаешь? — спросил попавшийся мне на пути Игорь. Сейчас он уже был в человеческом обличье. Из многочисленных отверстий в теле, вместе с продолжавшей бить кровью, выпадали пули, которые выталкивала его регенерация. — Нахрена тебе этот труп?
— Хочу кое-что сделать, пока мы отсюда не ушли. — ответил я ему на ходу. — И не задавай лишних вопросов, а лучше помоги мне.
— Ладно, — легко согласился оборотень, — сколько тебе ещё этих трупов нужно? И куда ты их, кстати говоря, тащишь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— На дорогу, — бросил я через спину, — тащи всех.
Судя по сбившемуся шагу, Игорь удивился моим последним словам, но переспрашивать не решился. Что же до его вопроса, на который я так и не удосужился ответить, то эти тела были необходимы для одного ритуала, который я собирался провести прямо сейчас.
Что же, Эгида. Раз вы всерьёз собрались воевать со мной, не обижайтесь. У меня нет сейчас времени заниматься вами лично, но воевать ведь можно и опосредованно. То, что я сделаю, вам придётся разгребать очень долго.
* * *
День не задался с самого утра. Стоило только Себастьяну встать с кровати, как зазвонил телефон и вместо того, чтобы двинуться в уборную, где требовалось срочно справить нужду, ему пришлось снимать трубку и слушать взбудораженного шефа.
Себастьян уже не первый год работал в полиции, но в этот раз босс смог его порядком удивить. Наплел какую-то непонятную историю про массовое убийство немаленькой группы вооружённых людей, совершённое некими сатанистами за чертой города и вот теперь ему приходилось, на всех порах мчатся на место происшествия. Из рассказа шефа было многое не ясно. Во-первых: эта вооружённая до зубов группа? Кто они такие? И как здесь замешаны взявшиеся неизвестно откуда сатанисты?
Себастьян всё ещё ехал по дороге, но уже было ясно, где именно произошло страшное событие. Просто огромное столпотворение людей и машин говорили сами за себя. Вскоре он и сам остановил машину и направился через кучу любознательных гражданских.
Двое рядов полицейских быстро пропустили его за огороженную территорию, когда он предоставил им свои документы, и тогда Себастьян увидел всё своими собственными глазами. В этот момент он безумно обрадовался тому, что из-за настойчивости босса не успел сегодня даже позавтракать.
На всю ширину асфальта была кровью нарисована огромная пентаграмма, а тела мертвецов положены таким образом, что повторяли внутренние линии замысловатых геометрических фигур. Также были заметны непонятные слова, тоже написанные кровью. Она вообще была тут везде, где только можно.
Подойдя достаточно близко, Себастьян вдруг стал ощущать странное беспокойство. Поначалу он списывал эти чувства на кошмарное зрелище, но чем дольше детектив находился в этом месте, тем сильнее в нём нарастал страх. Казалось, воздух провонял не только мертвечиной, но и им.
Вдруг через толпу протиснулся солидно-одетый мужчина среднего возраста. Взгляд Себастьяна быстро заметил висевший католический крест на его груди и ещё один на чётках, которые он держал в этот момент в руках.
Про себя Себастьян усмехнулся, сомневаясь, что здесь действительно необходимо присутствие священника, но озвучивать своих мыслей не стал.
Тем временем, священник как-то чересчур уверенно подошёл к пентаграмме и стал внимательно её осматривать, обходя со всех сторон. Детектив решил не обращать внимания на него и заняться своей работой. Долго проторчать в этом месте желания у него совершенно не было.
Приблизившись к пентаграмме слишком близко, он ощутил настоящий ужас и при этом настойчивое желание наступить на внешний её контур. Не понимая, что делает, Себастьян нарушил его и сразу же за это поплатился.
Тело детектива отбросило на несколько метров назад, но не это было самое страшное. Внезапно Себастьян стал ощущать присутствие в своём теле чего-то чуждого и опасного. На него вдруг нахлынула злость на всех в округе, не понимая, что творит, мужчина поднялся на ноги и с яростным рычанием набросился на ближайшего человека, коим оказалась привлекательная женщина с микрофоном в руках.
Остатки, его теряющегося глубоко во тьме сознания успели запечатлеть, как вся толпа внезапно озверела и стала драться друг с другом. И только священник в этот момент оставался спокоен и упрямо смотрел в лицо бегущему на него проявлению зла.
Глава 16
